Кровью из глаз, гуашью из вен

— Мне тогда показалось, что ты умерла, правда. Не знаю, может, это был сон, но он так походил на реальность! — восклицает девушка, вытирая тыльной стороной ладони слезы, стекающие по щекам. Под глазами синяки, щеки бордовые и шершавые. Слишком долго она плакала. — Но я же здесь. Не плачь... — играет ветер, развивая запутанные черные волосы. Он хранит в себе память о других, тех, приходивших на это место и мечтающих о смерти. Ветер играет. Ему весело. — А я опять плачу? Не может быть, дорогая. Я же обещала не плакать. Это не я, кто-то другой. — садится на край и опускает голову вниз. Ветер рвет деревья вокруг с корнем, посмеиваясь над страдающей душой. — Ты оставила меня одну, даже не сказав, куда уходишь. Почему? — Потому что любила тебя, глупышка, — слово в слово повторяет ветер. Он, как пластинка, все вторит податливо под напором иглы. Только теперь ему нравится причинять боль. В королевстве не все счастливы. В королевстве есть изъян. В королевстве после смерти Бубльгум поселилось отчаяние. Кто-то касается бледной кожи Марселин. Она лишь закрывает глаза, представляя за спиной стоящую принцессу. — ... я хочу, чтобы ты прыгнула... — дрожащим голосом произносит вампирша, сжав кулаки. — Я хочу быть с тобой всегда, Марселин. Иди же ко мне! — кричит сама на себя, вытирая слезы. Только вот вместо них потекла кровь. Но Марси не видит. — Мне очень страшно... — ноет ветер. — Мне одиноко без тебя... Сквозь боль, она смотрит вперед и нежно улыбается, увидев ее, протянувшую руки. Марселин отталкивается от обрыва и летит вниз, прямо на рифы. Плачет кровью Вампир просыпается ночью на песчаном берегу. Холодно. На бледной коже появился новый шрам и три синяка. Ее платье намокло и окончательно испортилось. Но есть еще целый гардероб одежд Бубльгум. Она уже не станет ругать.