Аутсайдер-блюз

I've never seen my own heart. We never see our own hearts, that's the truly weird part!

У Дейва Страйдера было слишком много коленей, прыщей и понтов. Так повелось с младшей школы: днём он лихо пререкался с учителями, вечером получал под дых от старшеклассников. Дейв был по сути комбинацией общененавистных черт - умный, ленивый, наглый, нескладно-уродливый, зависимый от старшего брата и плохого рэпа. Научившись строить рожу кирпичом, не менял её класса эдак с третьего. Эту рожу частенько вытирали о шкафчик, разукрашивали в прямом и переносном смысле, а основную часть времени демонстративно игнорировали или одаряли смачным плевком, удачно подгадав момент. Тем не менее, внешнего равновесия её владелец не терял (морская вода во рту, какая же солёная, алая - под цвет глаз, стекает на подбородок, смешивается с менее солёной голубизной откуда-то из под век). Но как бы не бесили лезвия, зашитые в шлейки рюкзака, или разбитые очки (вначале Дейв просто склеивал их, потому что дорожил подарком старого друга, а потом друг примкнул к банде сучки Серкет, виновато улыбнувшись - и можно было с чистой совестью сменить их на идентичные), как бы ни доводили до рваных простыней и закушенных губ пендали, на которые он неизменно отвечал взаимностью - был в школе человек, которому доставалось и похлеще. Страйдер не замечал его вплоть до начала старшей школы. Он выполз к доске с задней парты - коротышка, расплывчатая серая тля в свитере с горлом, огромном, несоразмерном, облепленным катышками размером с приличную бородавку; картофельный нос, гнездо волос и глаза, хмуро утопающие в щеках - абсолютно бесцветные. Уравнения давались ему без особых усилий, в отличии от общения с преподавателем. "ХВАТИТ МЕНЯ ТОРОПИТЬ, ДЕРЬМА КУСОК, САМ СПРАВЛЮСЬ" - было первое, что Дейв от него услышал. По неясным причинам учителя не проводили с ним личных воспитательных бесед. Ни директор Инглиш, ни даже мистер Скретч ни разу за неделю наблюдений не вызвались промыть ему мозги, только стабильно оставляли после уроков. Дейв провожал его взглядом к кабинету (пересекались они только на математике, а так учились на одной параллели), садился за ближайший пустой стол в столовой (пустовали только два, так что ни один из них не менял место дислокации так уж часто), а однажды даже забылся и довёл того до туалета, что было абсолютно не круто и в той же степени неловко. За первый семестр Страйдер успел узнать, что коротышку зовут Каркат, он общается с каким-то задротом из класса программистов, имеет идеальную посещаемость и катастрофически скверный характер (не то чтобы последнее было для кого-либо тайной). Они даже пересеклись на Хеллоуине - коротышка нацепил мелкие притуплённые рога, хвост и вилы, а Дейв - цельный костюм марсианина (чёрт побери, он гордился этой маленькой антеннкой на макушке даже несмотря на то, что его снова окунули в унитаз под общее улюлюканье). Во втором семестре расписание перестроилось, и общим для девятых классов стал урок биологии. Впервые сев в углу кабинета, ближе к совиным чучелам и плавящему дужки очков солнцу, Дейв наблюдал. Наблюдал, как поджатые губы жуют кромку рукава, брови бороздят лоб морщинами, ноги непрерывно двигаются, периодически влетая носком кеда в сидение соседа спереди ("Вантас, убедительно прошу тебя прекратить" - сипло откликается тот из-под липнущих к лицу длинных волос). Наблюдал, как в блокноте постепенно накапливается месиво из малопонятных заметок, домашнего задания на день вперёд и перекошенных схематичных физиономий. Наблюдал, как веки собираются в мерзкую гармошку, когда Каркат задерживал взгляд на окне; наблюдал, как скалятся грубые желтоватые зубы, и почти слышал их скрип. Глядя на то, как Серкет заправляет за ворот вантасовского свитера лягушачьи внутренности, Дейв усмехнулся. Учитель покосился на него с долей беспокойства. В последний раз улыбку на этом лице он видел классе эдак в пятом.

-

- Слушай, любитель паршивого речитатива, я понимаю, что ты уже полгода мечтаешь облобызать мои мозолистые ступни, как грёбаный спаниель домашней закалки, НО УБЕРИ СВОЮ ПРЫЩАВУЮ ЗАДНИЦУ ОТ МОЕГО ШКАФЧИКА, БЛЯДЬ. - Я тоже рад знакомству, чел. И сразу скажи - сделать тебя менее забавным и более приветливым мне удастся, только споив до кондиции? На самом деле Дейв был слегка обескуражен тем, как быстро прогорел. Немного. Совсем чуточку. - Я буду просто охрененно приветлив, если ты только изволишь свалить отсюда в как можно менее предсказуемом направлении. - Воу, мастерски завуалированный посыл в анальные глубины. А ведь я со всей душой, понимаешь? Я подношу тебе своё тяжело бьющееся сердце на блюдечке, предлагаю, считай, весь свой огромный внутренний мир, а ты просто берёшь и засовываешь его в чью-то неблагодарную задницу, бесстыжий ублюдок! Ты разбил мне грёбаное сердце! Жизнь Дейва - театр, и коридор - его сцена. Когда-то он даже записывался в театральный кружок, получил роль снежинки и примерно месяц отделывался от славы балеруна в голубых лосинах. Помнится, очков он тогда так и не снял, а Бро восхищённо нащёлкал ироничных кадров на пол-длины плёнки. Каркат попытался поднять его, вцепившись в рукав. - Страйдер, полудурок ёбаный, встань с колен, - сквозь зубы цедил он, - и без этой своей дегенеративной клоунады объясни, чего хочешь помимо моих изувеченных нервов, а то нам обоим достанется. - Руку, сердце и номер телефона, а ты как думал, - Страйдер насмешливо усадил свою груду костей ещё основательней и привалился спиной к шкафчику. - Но как минимум пару часов беспечной болтовни. И я серьёзно, легче не спрашивать, потому что дальнейшие объяснения зайдут в невъебенно глубокие космические дали фатума и совместимости знаков зодиака. Звонок. Ученики хаотичным течением расползаются по кабинетам, оглядываясь на них с лёгким недоумением. - Ну так как? - переспросил Дейв, подымаясь и на шаг отходя от шкафчика. - КанцероГенетик. - А? - Мой чамхэндл - канцероГенетик, ублюдочная ты королева драмы, и не вздумай доставать меня в школе, пока не получишь официальное, мать его, нотариально заверенное письменное разрешение, - проворчал Каркат и смешными короткими шагами направился в противоположное крыло.

-

Они общались примерно два месяца, и каждый вечер непременно начинался с "эй чел", а заканчивался затейливым эвфемизмом на тему "зачем ты вообще родился". Всё это садомазохистское трение мозолей выглядело бы непримечательно, не будь постоянным тот факт, что другого полноценного собеседника ни один из них не имел. Роуз, смотревшая на жизнь братца с высоты выпускного класса, однажды заметила, что в его жизни взаимная недоненависть к конкретному человеку занимает места несколько больше, чем следовало, на что отшутившийся в пестерчаме Дейв по ту сторону экрана ответил стиснутыми зубами. Во всём этом читалась жалость. Жалости он не терпел. Ещё столько же они совершали ошибки по общей договорённости, а в итоге ходили с парно подбитыми глазами, парно расцарапанными щеками и парно злобными усмешками. Иногда Дейву казалось, что именно Каркат совал его голову под открытый кран, и что именно из-за него приходится выпрашивать у Бро деньги на тоналку. Иногда он даже задумывался над тем, что как-то странно получать удовольствие от идентично разбитой нижней губы неухоженного заморыша с угловой парты, но в итоге клал на это свой метафорически большой прибор, потому что было по-своему кайфово. Под конец года это стало всё больше напоминать дружбу, взломанную корявым трояном и пропущенную через мясорубку. Киновечера по скайпу состояли из отборных помоев, которыми Дейв поливал предлагаемые Каркатом ромкомы, а тот в свою очередь - Дейвовы "перлиозные шедевры, выгравированные на стенах Олимпа вселенской иронии" (тут последний оставался в выигрыше, с удовольствием подливая масла в огонь). Досталоги сохраняли внешнюю беспредметность, но каким-то образом Страйдер знал, что Каркат искренне ненавидит своего отца и получает половину побоев именно с его протезной руки, Каркат же со всей возможной деликатностью игнорировал шрамы на шее и предплечьях. В школе они периодически переглядывались - один исподлобья, другой с приподнятой бровью - переглядывались подолгу, кривя рты, буравя друг друга почти идентично красными глазами (сквозь затемнённые стёкла и каркатовы лезущие волосы). Так же они переглядывались и на последнем звонке. Переглядывались, пока во время директорской речи Каркат не ухватил Дейва за запястье, вдавливая ногти, и не увёл в сторону, дальше, за стену школы. Пока не толкнул к этой самой стене и не сжал вторую руку. Он стоял, стоял минуты две к ряду, скрёб манжеты чужой рубашки, будто пытаясь содрать пуговицы, а потом подался вверх и до крови прокусил дейвову губу. И сплюнул кровь. И ушёл обратно в строй, попутно морщась.

-

–– carcinoGeneticist [CG] начал доставать turntechGodhead [TG] в 23:07 –– CG: ЗНАЧИТ ТАК. CG: СО СЛЕДУЮЩЕГО ГОДА ТЫ ПОЛУЧАЕШЬ ВРЕМЕННУЮ ВИЗУ В СКАЗОЧНУЮ СТРАНУ ПОД НАЗВАНИЕМ "ЛИЧНОЕ ПРОСТРАНСТВО КАРКАТА ВАНТАСА". CG: ТУРИСТИЧЕСКУЮ, ЗАМЕТЬ, ВИЗУ, С ОХРЕНИТЕЛЬНЫМ КОЛИЧЕСТВОМ УСЛОВИЙ И ОГРАНИЧЕНИЙ, ТАК ЧТО НЕ ОБОЛЬЩАЙСЯ. CG: И ПОМНИ О ГРЁБАНОМ ЛИМИТЕ, А ИНАЧЕ ТЕБЯ ДЕПОРТИРУЕТ ОТРЯД ПОГРАНИЧНИКОВ-БОДИБИЛДЕРОВ С ПОТЛИВОСТЬЮ ЗАХХАКА. СG: ОТБОЙ. –– carcinoGeneticist [CG] теперь бездействующий кореш! ––

---

- ...А помнишь Карката? - Карката? - Ага. Он ещё в одном свитере ходил, пока нитки гнить не начали. Мерзкий. - А, да, с ним тогда Страйдер таскался. Они друг с другом дрались постоянно и получали вместе, а потом чуть ли не за руку к медсестре ходили. Странные ребята, их девчонки даже побаивались. - И Неп на него заглядывалась в десятом, пока он её не отшил. Там мутная история была. - Помню, после перевода этого самого Страйдера он совсем озверел, Вриске сумку канцелярским ножом изрезал. - ...А потом год выплачивал карманными, ха. Ну так вот...

---

Каркат Вантас снимает двухкомнатную квартиру вместе с человеком, которого ненавидит настолько, насколько вообще можно ненавидеть живое существо. За этим закономерно следуют тонны разбитой посуды, вываленный на голову мусор, расшатанные нервы, жалобы соседей и распитие среди ночи из горла на двоих вина в картонной коробке, плечом к плечу, в свете звёзд под фанерным навесом балкона. Каркат Вантас стоит, перегибаясь через ржавеющее кованые перила, впивается отросшими ногтями в плечо Дейва Страйдера и лениво кренит его вниз с высоты пятого этажа. Дейв посмеивается и хлещет кислое подгулявшее пойло, щедро проливая его на футболку. Время от времени он сидит на кухонном табурете и рассуждает о том, что для завершения метафоры всей степени их дерьмовости не хватает только снять вместо квартиры подвал, но все подвалы уже заняты более удачливыми неудачниками. Каркат Вантас абсолютно счастлив отсутствию горячей воды и возможности разразиться по этому поводу громкой матерной тирадой, окуркам в омлете и отвратному алкоголю, и в этом отношении Страйдер был для него бесконечным вином в картонной коробке изобилия, тёплым, приторным и гармонично вливающимся в глотку. Дейв Страйдер абсолютно счастлив усыпанной перхотью макушке на уровне своей груди, пятнам плесени на потолке и выдраенной чужими стараниями квартире, и в этом отношении Вантас был для него единственным, что имеет постоянное значение. Потому что в такую звёздную ночь нет никакой надобности выбираться из своего глубокого грязного болотца. Можно устроиться, прислушиваясь к чавканью тины в кроссовках, и рассматривать зодиаки, проводя пальцем от созвездия к созвездию. Потому она любит неудачников, эта звёздная ночь - и продлится достаточный кусок вечности для того, чтобы не расхлёбывать его в одиночку.