На пересечении путей пустоты

Прошло несколько дней, Заххаки познакомились чуть лучше и пришли к выводу, что они состоят в родстве, которое им до конца неясно. Хоррусу пришлось объяснить, что это за место. Даже несмотря на странности механики времени и законов пространства пузырей снов, Хоррус держал большую часть пузыря в своём подчинении. Силами своего ума он поддерживал своё воспоминание, превращая его в своё владение, которое имело комфортный ему отчуждённый вид. Силами пустоты он скрывал своё присутствие и дом, заставляя пришедших сюда обходить его стороной. Но если кто и зайдёт в дом, то Хоррус тоже изгонит гостя, нагоняя на него страх и истощая его дух своим аспектом и другими разными ухищрениями. Эти пару дней Заххаки показали, чего они стоят,: они проводили часы в упражнениях и дуэлях, часами они любовались картинами и рылись в роботах и механизмах. Эквиуса ранила зависть, сильно и глубоко уколола его самодовольство. В каждой драке он был прижатым лопатками к полу. Но благородный не нашёл в себе уверенности и сил как-то принизить достоинства своего соперника. В итоге он пересилил себя и попросил у Хорруса помощь в тренировках. Тот не был против, тем более новый знакомый кое-как веселил его. В изучении путей силы, как пафосно говорил Хоррус, шли дни. Счёт времени, который только был возможен в пузыре снов, был заброшен. Заххаки подымались засветло, пробегали кросс вокруг дома, который выглядел не больше фаланги пальца во время этих пробежек вокруг, мерялись силой так, как они только могли. Что было странно, сине кровный слабел, лицо Эквиуса осунулось, сон не восстанавливал силы. Складывалось ощущение, что во время спаррингов, после которых Хоррус оставался бодрым и мало уставшим, тот выбивал из Эквиуса внутренности. Впоследствии силы так изменили благородному, что первым же ударом его оглушило, и тот опал как озимая. Начались новые мучения благородного. Ощущая себя выжатым лимоном, Эквиусу пришлось какое-то время лежать с равносильно кислой рожей, которую он корчил к вящей забаве Хорруса. Но импровизированного лечения он не ослаблял, кормил, ухаживал и присматривал за своим гостем. Вскоре Эквиус уже ходил по дому, но ничем себя не занимал. Книги его не увлекали, для поэзии и живописи настроения у него тем более не было. Вечера он проводил с Хоррусом, сидя на крыше и общаясь, когда тот медитировал. Эти разговоры инициировал сам Хоррус, в надежде хоть чему-то научить своего родича, кроме грубой силы. «Что такое пустота, Эквиус?» «Ну, это когда пусто. Например комната пустая.» - ответил он. «Ну, проверим.» Шло время, темнело. К удивлению Эквиуса темень пришла такая, что Хорруса едва было видно. Не найдя, что ответить ещё, Хоррус хотел принести лампу или что-то в этом роде, но, пройдя метра три, наткнулся на стену. Темнота сгустилась. Хорруса не видно. Ощупывая стену, Эквиус пришёл к выводу, что это бетон, и описав несколько кругов вдоль стен, не обнаружил выхода. «Эй, что за…» - начал было благородный. «Я говорил, что могу вспомнить, что я захочу, дело только в концентрации мысли.» - прервал его Хоррус. – «И тут пустота,по-твоему, да?» «Разве нет?» Очередное молчание. Через пару минут Эквиус захрипел, горло у него перехватило судорогой. «Вот теперь, да.» - как ни в чём не бывало сказал Хоррус. Каменный мешок исчез, не оставив и следа. Эквиус осел, восстанавливая дыхание. «Отдыхай и приходи завтра вечером. Будет интересно.» - пообещал загадочный парень, оканчивая эту странную сцену. Утро и день благородный провёл мрачновато: "Что это было? Какого хрена он вытворил?". Приблизительно так звучали бы его мысли, если их можно было воспроизвести, фильтруя всё, что в них добавили злоба и страх. Вечер начался точно так же, как и вчера. «Эквиус, тот факт, что мы одной крови, что мы – герои пустоты, не может не роднить. Мне стоит тебе пояснить на много больше о случившемся, чем о моём доме. Ты захотел стать сильнее и попросил помощь. Но тренироваться ты мог бы и сам. Я согласился помочь, но эта помощь будет куда больше, чем тренировка. Я хочу раскрыть твои силы пустоты. И вчерашний опыт показал, что о пустоте ты ничего не знаешь, что и говорить о её использовании» - начал так Хоррус. «Он бы нашёл общий язык с Канайей » - подумал благородный. «И то, как я начал тебе выматывать, было не более чем вступлением. Мне пришлось сломать твой подход к использованию твоих навыков и умерить твой пыл. Теперь о пустоте. Любой аспект – это некая сущность, отображающая особенности своего носителя. Ты, к примеру, не одарён каким-то умением или талантом, это проявление аспекта, то есть пустота тебе свойственна. А если говорить об отсутствии сущности, то это уже сверх абстрактно даже для меня. Но что ты скажешь, интересно?» «Интриговать ты умеешь» Что бы не говорил Хоррус, всё звучало серьёзно в его исполнении. Путь пустоты Эквиуса он решил начать с «введения в этот вопрос». И с простых упражнений. Пару вечеров он заставлял Эквиуса менять ландшафт и дом. Вызов воспоминаний прошёл абсурдно успешно: на крыше дома Хорруса возник улей Эквиуса вместе с каким-то полуразрушенным напротив, из ущелья, разделяющего ульи, зашипел паук, который начал было лезть к Заххакам. Нейтрализуя эту кунсткамеру, Хоррус вернул прежний вид пустоши. Тогда он поменял задачу, заставив думать о какой-то степи, в которой находится его дом. Долго благородный восстанавливал образ дома, после чего вокруг него зачернел грунт. День спустя Эквиус смог создать растительность. Две недели продолжалось это безобразие, пока пустошь опять не приняла свой привычный вид. «Пустотой можно пользоваться как чутьём. Если ты нашёл ту область, в которой властвует пустота, то за ней можно следить, и, судя по изменениям или нарушениям этой пустоты, об объекте наблюдения можно получить много информации. И не важно какая это область, будь она физической, мысленной, психологической, любой. Как я одолел тебя в спаррингах так часто? Я ощутил отсутствие твоих умений, твои слабые места: реакцию и защиту- и одолел тебя. И поверь, я даже чуть слабее тебя. Ты прошёл свой «экзамен»: ты восстановил эту пустошь, почувствовав силами аспекта то, какой она была прежде. Пустота – несколько сложный инструмент, пользоваться которым тебе предстоит ещё немало.» Хоррус улыбнулся, смотря на лицо Эквиуса, когда тот узнал, как его одолели.