Love Song Requiem

Сигюн уже неделю жила во дворце. К ее сожалению, почему-то последние дней пять она нигде не могла увидеть Лофта. Лишь вчера ей удалось узнать от Фригг, что он покинул дворец и направился в поход с несколькими солдатами и троицей воинов и Леди Сиф, что она видела на пиру. Не поехал только лишь Тор, которого оставили специально для того, чтобы они пообщались друг с другом. Общение с Одинсоном изматывало деву. С ним было неинтересно. Он только лишь мог рассказывать ей о различных тактиках боя, о своих победах, походах, и водить ее на арену, чтобы она наблюдала за тем, как он побеждает. Лишь изредка громовержец рассказывал что-то интересное. Например: о других мирах, о животных, что водятся у них в лесах, о том, как работает радужный мост. Но такое случалось крайне редко. Сигюн казалось, что он тоже не в восторге от того, что ему постоянно нужно с ней находиться. «Если нам уже не хочется часто видеть друг друга и нам не о чем общаться, то что же мы будем делать, когда поженимся…» — думала богиня, сидя на скамейке, наблюдая за тем, как ее жених побеждает очередного противника. После каждой победы Тор поворачивался в ее сторону и с улыбкой склонял голову. На что она отвечала ему легкой улыбкой, и бог грома продолжал свои тренировки. — Леди Сигюн, — к девушке подошел один из стражников. — Я не имею права прерывать тренировку Тора. Прошу вас, позовите его и скажите, что его ждут в главной зале. Его брат вернулся. — Хорошо, — согласилась рыжеволосая, улыбнувшись. Наконец-то можно будет поговорить с тем, кто может и выслушать, а не только говорить. — Я все скажу ему, ступайте. Через пару минут Одинсон повернулся в сторону своей невесты и она помахала ему рукой, чтобы он подошел к ней. Вздохнув, блондин быстро направился к ней, пытаясь отряхнуть с себя песок, которым в него бросался один из противников, надеясь тем самым отвлечь его внимание. Бог грома быстро оказался возле нее. — Что-то случилось? — Да, меня попросили передать тебе, чтобы ты пришел в главный зал. Локи вернулся, — широко улыбнувшись, оповестила его девушка, встав со скамьи, радуясь, что сегодня, возможно, она больше не сядет на это орудие пыток. Как вообще на этом можно сидеть больше пяти минут?! Одинсон изменился в лице. — Что случилось? — Если бы все было хорошо, то мы бы не собирались в зале, — оповестил ее старший сын Одина и быстро направился на выход с арены. Дева, не долго думая, двинулась за ним. Ее начали терзать неприятные мысли. Вдруг случилось что-то страшное? А что, если кто-то пострадал? Она попыталась отогнать дурные мысли. Может, они позвали Тора, чтобы сказать, что все прошло хорошо. Они оказались в главном зале, где находилось несколько человек. Один, Фригг, пара стражников и Леди Сиф. Последняя была вся в синяках и порезах, а ее рука была перевязана, явно из-за перелома. Глаза Сигюн расширились. Она не увидела здесь Локи. Судя по тому, как выглядела воительница, им сильно досталось. А что если… — Тор, хорошо, что ты так быстро пришел, — заметив сына, произнес Один, повернувшись в его сторону. Заметив богиню, он кивнул в ее сторону, на что она сделала то же самое. — Ты должен немедленно выдвинуться в путь на окраины. — Что случилось? — Твой брат, — начала Сиф, опуская голову, стараясь не смотреть никому в глаза. — Он сильно пострадал. У него множество ран, и не все нанесены оружием. Некоторые были нанесены магией. Обычные лекари не могут их вылечить, лишь те, что владеют даром целителя… — А из наших поданных такой магией владеет лишь Фрея, а она сейчас на окраинах Асгарда, — пояснила Фригг, сильно сжимая кулаки, пытаясь не подавать своего беспокойства. — Поэтому мы отправляем Тора за ней. — И что, Локи никто не может помочь из обычных лекарей? — спросила Сигюн, сделав шаг вперед, не обращая внимания на странные взгляды воительницы. Ей было не до нее. — Могут, но излечить до конца не смогут без магии. — Я могу его вылечить! — Ты?! — удивился Одинсон, хмурясь. Он вообще был недоволен тем, что она последовала за ним, а не направилась в свою комнату. — Да что ты вообще умеешь?! — Я умею врачевать, — прошипела на него богиня, бросив на него мимолетный злой взгляд, от которого он даже чуть дернулся. Блондин не думал, что ее вообще возможно разозлить. — Я, конечно, не все еще знаю, но я могу помочь! — Ты уверена, дитя мое? — осведомилась царица, глядя на явно серьезно настроенную невесту громовержца. Сигюн шагнула ей навстречу, смотря ей в глаза. — Я уверена. Локи спас мне жизнь тогда, в лесу, и я хочу помочь ему… — Справедливо, — согласился Всеотец. — Тогда тебя сейчас проводят до покоев Локи, а ты, Тор все равно отправляйся за Фреей! — Слушаюсь, отец… *** Девушка нерешительно вошла в покои младшего сына Одина, после того, как все покинули их, чтобы не мешать ей. Она медленно шла к ложу, на котором лежал трикстер, не озираясь по сторонам. Да, скорее всего, в его комнате много чего интересного, но она осмотрится после того, как хоть немного излечит его. Оказавшись прямо напротив кровати, девушка села, взглянула на искалеченного мага и ужаснулась. Все его лицо было покрыто царапинами и синяками. Хотя бы крови на нем уже не было. — Так, Сигюн, ты справишься, — начала себя уговаривать дева, снимая часть покрывала с Лофта и заметила, что на нем не было рубашки. И резко отвернулась, чтобы не смотреть. «Все, возьми себя в руки. Да, я знаю, что думала, что первый мужчина, что я увижу без рубашки, будет мой муж. Но я же не могу отказаться от того, чтобы вылечить его из-за того, что он раздет. Так, нужно просто начать лечить и не пялиться», — пронеслось в голове у рыжей, и она подняла руки над его грудью, стараясь не смотреть. «Вот же Хель, а он выглядит очень даже привлекательно…». Дева вновь начала разглядывать бога, продолжая его лечить магией. «А ведь многие говорят, что Локи не воин и мало проводит времени на арене. Но только мне что-то мало верится, что мужчина с таким телом не тренируется… Это еще раз подтверждает, что большая часть рассказов про него — вранье…» Сигюн продолжала врачевать над телом трикстера и заметила, что на его груди начала появляться большая и глубокая рана, которая сильно кровоточила. Девушка закусила губу, чтобы не вскрикнуть от испуга. Она никак не ожидала, что с помощью магии была скрыта рана. Невеста Тора махнула рукой, и на столе, что стоял рядом с ложем, появился золотой, покрытый различными узорами кувшин с водой, пара тряпок и большая чаша. — Не ожидала, что придется лечить его не только магией, но все же придется, раз я здесь, — вздохнула она и встала, оглядывая комнату. Найдя письменный стол, дева двинулась к нему, чтобы найти на нем бумагу и перо. Найдя их на столе, девушка быстро написала, что ей было нужно, и направилась к стражнику, чтобы тот передал это лекарям, которые должны были принести ей травы. — Что ж, нужно начать, — потерев руки, произнесла богиня и села на прежнее место. Налив воды в чашу, она обмакнула край тряпочки в воде, прикоснулась ею к груди Лофта и начала стирать кровь у краев раны. Брюнет дернулся на кровати, что-то промычав в бессознании. — Тише, Локи, тише… Я знаю, больно, но нужно потерпеть… «Зачем я это говорю? Он же ничего не слышит… Хотя, может, это я так себя успокаиваю? Странно… Ведь он не первый, кого я лечу, но я никогда так не переживала», — подметила про себя девушка и случайно попала по ране, ее руку тут же схватили сильные пальцы. Они сильно сжали ее руку, что деве показалось, что она услышала звук хруста костей. — Кто это? — не открывая глаз, прохрипел Локи, не отпуская ее руку. — Это Сигюн, — сглотнув, ответила она, смотря, как завороженная на мага. — И отпусти мою руку, прошу. А то иначе я не смогу очистить рану, и она загноится. Ты же не хочешь этого? — Сигюн? — удивился бог обмана и открыл глаза, уставившись на деву, которая выглядела немного потерянной. Он медленно отпустил ее руку, которою она убрала в ту же секунду, как освободилась. — Почему ты тут? — На тебя напали… — Это я прекрасно помню, можешь не напоминать, — закатив глаза, ответил зеленоглазый и попытался сесть, но его тут же опустила обратно на подушки девушка, нагло схватив за плечи и оттолкнув его обратно. — Ты чего? — С такими ранами тебе лучше лежать и не двигаться в ближайшее время, — посоветовала она, взяв вновь в руки тряпку. — А что касается того, почему я здесь. Некоторые твои раны нанесены магией, и вылечить их может только врачеватель, как я или Фрея. Так как второй нет сейчас в городе, то этим занимаюсь я. — Вот как… — Так что лежи, отдыхай, — сосредоточенно заявила дева, продолжая промывать рану. Лофт лежал молча, не зная, что говорить, и старался делать вид, что он снова спит, лишь бы не разговаривать. Где-то через час в покои постучали, из-за чего Сигюн пришлось отойти от раненого принца, чтобы открыть дверь. Стоящий за дверью стражник, протянул ей небольшую шкатулку и, кивнув, быстро покинул коридор. Рыжеволосая вздохнув, подошла обратно к ложе и снова села на край кровати, открывая шкатулку. В ней находились различные травы уже в растолченном виде, которые могли помочь с ранами. — Локи, — позвала мага девушка, смешивая травы с водой, чтобы получилось что-то вроде мази. Она взяла немножко мази себе на пальцы, смотря на лицо трикстера, в который раз про себя подмечая, что тот довольно красив. — Я знаю, что ты не спишь, а просто притворяешься. Так что, предупреждаю, что сейчас будет немного неприятно. — Хорошо, — согласился Локи, чувствуя легкое жжение в тех местах, где дева наносила мазь. Но это было не так уж и больно, как могло бы быть. Если бы невеста Тора не применяла до этого магию, то было бы намного хуже. — Все, я закончила, — не понимая, зачем поставила в известность брюнета Сигюн, собираясь уже уходить, но как вдруг ее руку схватил Локи, несильно сжимая ее запястье. — Что-то случилось? Больно? — Нет, — прерывисто ответил он, открыв глаза. — Просто… Я хотел сказать тебе спасибо за помощь. Ведь ты была не обязана этого всего делать для меня. — Но ведь был нужен врачеватель, который обладает магией… — Да, но ты не должна была вымывать мне рану, что обнаружила, и вмазывать в меня травы. Это ведь мог сделать любой лекарь или служанка, а не ты, так что спасибо. — Но ты же спас мне жизнь, так что, считай, это плата, — спокойно сказала она, ожидая, когда же бог отпустит ее руку. Но прошло пару минут, а он все держал ее, будто не хотел отпускать. Что, казалось, глупо, по ее мнению. — Знаешь, я не люблю лекарей, — неожиданно произнес бог обмана, взглянув на девушку, которая тут же повернула голову в его сторону, непонимающе смотря. — И почти всегда, когда я получаю раны, я нагло обманываю всех и стараюсь лечить их сам… Просто не доверяю чужим… А ты, Сигюн. Ты другая. — В смысле, другая? Я ведь лечу так же, как и остальные… — Нет, не так, — вздохнул он. — Так что, я хочу тебе сказать, точнее, спросить. Смогу ли я рассчитывать на твою помощь, если вдруг со мной что-то случится? Как сейчас, например? — Думаю, что да, — согласилась дева, чуть улыбнувшись принцу. — Но не уверена, что мне позволит Тор, когда я стану его женой. Ведь, кажется, по его мнению, я должна просто сидеть, ждать его и радоваться его победам. Он и так был недоволен тем, что я вызвалась помочь. — Я договорюсь с ним, — усмехнулся Локи, чуть привстав, не отпуская ее руки. — Еще один вопрос. — Да? — Ты можешь остаться здесь, пока я не усну, что, я могу сказать тебе со всей уверенностью, я сделаю скоро… — Я… Да, я останусь, — вздохнула дева, присев на край кровати, наблюдая, как маг расслабляется и пытается лечь поудобнее. Она положила ладонь на его пальцы, что сжимали ее вторую руку, улыбнувшись. — Я никуда не уйду. *** — Сигюн и правда исцелила вашего сына, — уже заканчивала свой монолог Фрея, стоя перед царем и царицей Асгарда. — Если бы не она, ваш сын, возможно, мог и умереть. У нее явно сильный дар, который нужно развивать и дальше. Поэтому хочу спросить, могу ли я с вашего разрешения взять ее в ученицы? — Я не думаю, что такое решение мы должны принимать за нее. Если она захочет, то она может стать вашей ученицей, — предположила Фригг, смотря на своего мужа, который напрягся. — Но ведь наш сын. Ее жених может быть против этого. — Муж мой, если у Леди Сигюн есть дар, то мы не можем позволить ему пропасть зря, — мягко начала пояснять всемать, качая головой. — Наш сын не будет возражать, если я все объясню ему. — Тогда пускай будет так. Сигюн будет твоей ученицей, Фрея, — громогласно провозгласил Один, стукнув посохом о пол. — Но вся ответственность будет на тебе. — Да, мой царь! — поклонившись, ответила богиня, быстро покидая залу, направляясь в покои младшего сына Одина, чтобы проверить, как его здоровье. Ведь он уже целую неделю лежит в кровати до полного исцеления. — Фрея, — увидев на пороге женщину, Локи нахмурился. — Ты сделала то, что я просил? — Сделала, — кивнула она, пройдя в комнату, смотря на принца. — Но вы так и не объяснили, почему вы попросили взять Леди Сигюн в свои ученицы? — Потому что у нее талант, — уклончиво ответил он. — И покинь мои покои, она скоро придет, чтобы навестить меня, а ты поговоришь с ней после того, как она уйдет от меня. — Слушаю… «Не понимаю, почему я это сделал. Действительно, не понимаю, но почему-то я хочу, чтобы она занималась врачеванием…» — подумал Локи и лег на кровать, глядя как Сигюн заходит в его покои, мягко улыбаясь. « И все-таки она красивая, что бы там не болтал Тор».