Распределяем роли, или каст по Максу Фраю

Распределяем роли, или Каст по Максу Фраю Действующие лица: Стивен Моффат aka Мофф (М.), Марк Гейттис, Кенет Брана (Кен, Брана) Вечер в загородном доме Кена. Брана: Скажи, Мофф, что происходит с твоим другом? Раньше он был как-то ближе к обществу. А тут, мало того, что не ест и ходит по дому в леггинсах, ещё и кучу книг в обложках каких-то безумных расцветок разбросал. И… зачем ему 5 (пять!) переводчиков с Русского одновременно? Мофф: Это же очевидно, Кен: он вот-вот разродится какой-то новой грандиозной идеей. Не припомнишь, когда он стал опять принимать входящие звонки? Брана: Со вчерашнего вечера (открывает пиво, устало опускается в шезлонг). Грандиозной идеей, говоришь… хм, и чем это пахнет? Входит серьезный, умудряющийся при этом источать внутреннее сияние, Марк (в леггинсах) и торжественно, с чудовищным акцентом, оповещает: Дело пахнет керосином! Брана (себе под нос): Заговорил, счастье-то! Не по-нашему, да и не Шейкспир, конечно, но лучше так. (Себе под нос) Надо бы расслабиться – давно мы ребят на вечеринку не приглашали… (поворачивается в сторону Марка). Гейттис (поймав на себе заинтересованные и недоуменные взгляды обоих коллег): Необходимы ваши творческие помощь и советы! Произведения грандиозны! Герои – великолепны! Абсурда – пруд пруди! Интриги – никакой - всё, как ты любишь, Мофф! Но какая глубина переживаний, какой накал страстей в каждом сюжетном ходе - всё, как ты любишь, Кен! Давайте подберем каст и – работать! Моффат (очень отчетливо): Всё. Это не лечится. Точно. Как обыыычно… Марк! Мы же не читаем мысли, расскажи, что это такое – твоё ЭТО и о чем ОНО. Гейттис: Стив, ты слушал меня, когда я говорил о сюжете и интриге? Как же я тебе ТАКОЕ перескажу? Мофф: ТАКОЕ-ЭТО – оно всё-таки что? Гейттис: Ну… это в общем, фэнтези, но… нет, нет, не смотри на меня так. Никакого Средиземья, никаких Хоббитов. Без этой вот эпичности. Извини, Кен. Там вообще всё по-другому – мир как бы наш, то есть большинство реалий знакомы, но другой, при этом без навязчивой альтернативности. Летающие драконы отнюдь не в порядке вещей. Так, редкие эпизоды. Основные расы – ох, ну, это очень долго, так как здесь есть какой-то не совсем понятный мне наворот, разберемся... Но работать будем с людьми, как они представлены в этом самом Мире - с заглавной буквы пишется, кстати, а также эльфами, гномами и оборотнями и с потомками от их смешанных браков. Предупреждаю, все они 90 процентов экранного времени носят вполне привычный нам человеческий облик. Брана (философски): Да, это когда за антропоморфным обличьем хрен разберешь, кто там скрывается на самом деле (открывает новую бутылку пива). Гейттис: Да, главный герой - сэр Макс -он из другого мира, ну, то есть из нашего. Вот о нем и начинаем думать. В принципе, с сэром Максом особых проблем возникнуть не должно – многие могут подойти. Я даже сначала составил список из приблизительно 10 имен, но! Вот, послушайте: волосы каштановые, с медным оттенком, который автор иногда называет рыжим, вьются, глаза (Марк поднимает указательный палец и загадочно молчит целых две секунды) – всё время меняют цвет, улыбка до ушей, имеет манеру заглядывать собеседнику в глаза, иногда – в рот… Мофф: Офтальмолог? Дантист?! Гейттис: Да подожди ты, язвительность – это не твоё! Ещё при этом наш главный герой любит виснуть на своем визави и хватать его за руки. Ну же! Никого не напоминает? Брана (уже давно недовольно сопит, а потом обреченно вздыхает): Ну, Хиддлс, мать его… Гейттис: Очевидно же! Брана: Так ты бы и начал с того, что хочешь вытянуть кассовый фильм, затратив минимум усилий и средств. Хиддлс, плюс комп и спецэффекты. Гейттис: О чем ты говоришь! Здесь совсем не в этом дело. Это великолепная возможность собрать (мечтательно закатывает глаза) роскошный каст! Ты же понимаешь, что сногсшибательны будут все! При этом главный драматический герой – вовсе не у Хиддлса. Это - полный глубинных противоречий, внешне безупречный и невозмутимый сэр Шурф Лонли-Локли! Мофф: Какой Локи?! Вы опять с ума сошли?! Гейттис: Нет, это ты опять - опять меня не слушаешь. Я сказал «Лон-ли Лок-ли». И – да, он совершенно сумасшедший, то есть продолжает быть таким под маской внешней безупречности и ледяной холодности – всё как ты любишь, Кен! И этого чокнутого надменного зануду прекрасно сыграет Бен! А ещё (заглядывает в какие-то листочки), ещё его любит Хиддлс, ой (изображает искренний фейспалм), точнее, сэр Макс… Что? Кен отшвыривает ботинком бутылку из-под пива и поднимается из шезлонга. Тем временем Мофф уже грозно косится на невинно-вдохновлённого Гейттиса. Мофф: Марк! Ты хоть понимаешь, что ты творишь?! (Кен направляется к бару за виски и льдом). Включи на секунду своё хвалёное воображение и представь в деталях то, что ты нам только что описал! Как там это у тебя: заглядывает в глаза и в рот, виснет, касается, а если любит – то откровенно восхищается! И всё это - Хиддлс! Хиддлс в адрес Камбербэтча! А теперь растяни всё это феерическое действо на сколько там у тебя отведено экранного времени! И представь масштаб получившегося бедствия и число жертв!!! Брана (задумчиво): Для него (кивает в сторону Гейттиса ) нормальные психически уравновешенные женщины всё равно не представляют никакого интереса. И от социо-экономических интересов он, похоже, также весьма далек. Поэтому, Марк, подумай о двух вещах: мужики ведь тоже двинутся - оно тебе надо? Не забывай: Бедлам - не резиновый. Мофф: Ты ещё ядерную бомбу предложи на съемках взорвать! Гейттис: Да подождите вы паниковать! Там не только это, там сэр Шурф много серьезных и глубокомысленных вещей рассказывает Максу, а тот слушает внимательно. Ну, в общем, это скорее броманс. В это же время Кен, смачно грохая об стол бокалом со льдом, с шекспировскими интонациями вопрошает: "Кто рассказывает много умного? Бен?! Хиддлсу?! Да ты в уме ль, знаток людских страстей?!" Мофф (в сторону): Бессердечное чудовище – что ты делаешь с Марти и Криси? Гейттис: Твоя, Кен, неправильная, к слову, оценка их интеллектуальных способностей к делу отношения не имеет. Они оба – исключительно (опять воздевает перст) талантливые актеры! Кен: Да, конечно, у нас всегда только в этом все дело (щедро наливает виски в стакан – эдак на четыре пальца; в 3-х кусочках льда красиво преломляется свет заходящего солнца, перемешиваясь с янтарным оттенком скотча; потом Брана прикрывает глаза рукой и выдыхает) А, ну да, это же фентэзи, ещё и другой мир… А вообще - ненавижу политкорректность, а в первую очередь - это твоё мерзкое «броманс» (делает хороший такой, жадный глоток виски). Гейттис: Коллеги, перестаньте паниковать, там ещё много ярких персонажей и отношений. Много параллельных сюжетных линий. Эта – только одна из них. Мофф: Ну, давай, давай, крути свою шарманку. Гейттис: Итак! Есть ещё главный злодей… Брана и Мофф (хором): Он хочет Эндрю?! Гейттис: Перестаньте мыслить штампами. Этот злодей действительно почти совсем закадровый, то есть на момент, когда разворачивается основное действие, он никаких злодеяний уже совершить не может, так как находится в некоей ловушке, откуда в тот мир не выбраться. Но у него как бы тоже… броманс с Хиддлс… с сэром Максом. Брана: Да, с Хиддлсом у всех… вот это самое (устало опускается в шезлонг, прикладывая стакан с охлажденным виски ко лбу). Гейттис (не меняя интонации): Они видятся только во сне. А Эндрю здесь ни при чем, потому что внешне злодей – типичный Джаред Лето (со стороны Моффа раздается тихий стон, Кен фыркает – видимо, сделал слишком большой глоток виски), ну, когда косплеит Курта Кобейна (стон и фырканье переходят в хоровое повизгивание). Мофф: Марк, ты получил наследство? Гейттис: Стоп! Сцен с ним мало, только вот если снимать «Ворону на мосту», где в него влюбляется сэр Шурф и… Мофф и Кен (хором): Гейттис! Опять!? Брана (вроде бы невпопад): Ты совсем не думаешь об экономической и социальной стабильности страны. Мофф: Так не его же забота теперь. Он больше не мистер Британское Правительство. Брана: Забыл. Гейттис: Опять не в этом дело! Здесь сюжет интересный. За счет этого непредвиденного развития событий шеф тамошнего МИ-6 - «Тайный сыск» называется - наконец-то заключает главного злодея в ловушку – в чужой сон. Сон, как это ни печально, обречен на гибель. Брана: А, я понял, мы опять спасаем мир. Ну, без этого никуда… А что же сэр Шурф – это ж уже действительно драма, тут надо всё хорошо обыграть (нахмуривается). Гейттис: Сэр Шурф, Кен, страдает! Ему очень хреново! Теперь понимаешь, что идея хорошая? (вкрадчиво) Будут тебе шекспировские страсти. Мофф: Предположим, мы начинаем всерьез обдумывать твою идею. Первый вопрос: что с Фриманом? Гейттис (витая где-то): Нам нужен не Фримен, а Армитейдж – он будет сэром Мелифаро, обладателем внешности голливудского сердцееда. Мофф: Вот я и спрашиваю – что с Фриманом?!!! Брана (тоскливо): Инфаркт. Мофф (понуро): Вот именно. Гейттис: Да тут столько всего! Какую-нибудь роль всегда можно найти (чешет в затылке). Брана: Гейттис, ты – психотронное оружие не только массового, но и точечного поражения. Что значит «какую-нибудь»? Ты сам виноват в том, что Фриман теперь всегда должен быть в основном касте. И тебе расхлебывать, если что не так. Гейтисс (себе под нос): На короля Гурига он не тянет – тот красавец хоть и би… Да там вообще никто матом не ругается, а чтобы через слово – вовсе нет, что-то надо придумать. Брана (не совсем в тему): Би и красавец - вовсе не противоречия. Мофф: Ты уж придумал, так придумал… Вон, фанатки от 3-го сезона Шерлока никак не отойдут. Брана: Мофф, ну чего ты такой напряженный? Выпей - вот виски, вот лед. Тебе же красочное фото твоей печени в рамочке ещё не презентовали. Гейтис (никого не слушая): Так вот же! У сэра Шурфа есть жена. И её никто никогда не видит! Ну, то есть почти никогда… Она вообще вне выходит из дома – стихи пишет. Но всё же это – главный каст! (Зачитывает из пометок) Невысокая, всегда улыбающаяся женщина, с неизменной нежностью смотрящая на сэра Шурфа. Замечательно. Есть. Мофф: Женщина! Гейттис: С неизменной нежностью смотрящая! Поверят! Брана: Докатились (поднимается за второй порцией виски). Гейттис (деловито): Всё, всё, решено! Осталось только сообщить Рутгеру Хауэру, что он будет играть шефа Тайного сыска в экранизации фэнтези. И вот ещё – тут в основном касте всё-таки есть женский персонаж. У неё, похоже, тоже любовь с Максом. Мофф и Кен хором взвыли: Хиддлс!!! Гейттис: Нет, это только похоже на любовь. Брана: Как всегда… Мофф: Марк, ты понимаешь, что ты вообще несешь? Брана (неожиданно развеселившись, или это виски…): Он несет слэш в массы, причем, насколько я успел изучить этот жанр (на него начинают взирать с любопытством), то там будет предупреждение «Все со всеми» (радостно смеется). Гейтисс (не съезжая с волны): Любовь неубедительная, но актриса нужна. Брана: Если неубедительная любовь – то жена Мартина. Гейттис: Понимаешь, она красивая… Мофф: Гейттис, ты не политкорректен! Марк разводит руками, листки с записями выпадают на пол, он поднимает один, читает, и взгляд его лучится вдохновением. Гейтисс: Для Хемсворта тоже роль есть! Он – супергерой, и у них с женским персонажем точно будет любовь!