Call me your sweet cheesecake

Это воскресный вечер в Лондоне и у Луи отвратительное настроение, потому что на тренировке он потянул ногу и сейчас ужасно хромает, из-за чего Зейн убого подшучивает над ним. Луи балерун. Можете хихикать сколько угодно и отпускать скабрезные шуточки, но Томлинсон любит свою работу. Но не в воскресные дождливые вечера, когда тебе дико хочется чего-нибудь вкусненького, а дома у тебя все обезжиренное и только полезное. Сейчас не Рождество и даже не День Благодарения, чтобы Зейн приготовил большую кучу вкусностей и они бы смотрели новые выпуски Икс-фактора у Луи в гостиной, обсуждая ирландского мальчика с гитарой, который перепел Джастина Бибера. Сегодня первое июня, у Луи болит нога и недовольный вид, а еще в Лондоне дождь, который не прекращается ни на минуту. Томлинсон любит такую погоду, но сейчас он озяб, его руки практически ледяные, а по пути ни одного чертового кафе или магазина. Завтра на репетиции Лиам опять будет ворчать, что Томмо вновь прибавил четыреста грамм и никому не нужен толстый танцор. Но это будет завтра, а сегодня Луи просто физически необходим молочный шоколад и вкусный фрапучинно из новой кофейни, в которой так уютно из-за играющей музыки и милых официанток, которые шепотом восхищаются его фигурой и шепчут «Боже, какой худой» В детстве Луи кушал все без разбору и был счастлив. Мама вечно тискала его за пухленькие щечки и толстенькие бока. А потом в театре, куда они ходили с классом, он увидел прекрасного танцора, у которого были острые-острые скулы, плоский живот, тонкие руки и ноги, словно у лани и голодные темные глаза. С тех пор Луи всерьез заинтересовался танцами и сошел с ума из-за диет. Теперь его жизнь – это тренировка с утра, занятия в университете, тренировка вечером, а после нее он усталый и голодный идет мимо всех этих кондитерских магазинов и смотрит на витрины, представляя, как кушает все эти чизкейки, торты и пончики. Он заходит в кофейню и видит в самом углу свободный столик куда он и приземляется. Совсем не к месту ему вспоминается его друг, с которым они вместе танцуют – Люк. Он милый, худой и очаровательный. И каждый день после вечерней тренировки его забирает его парень – Эштон, студент из академии искусств. Эштон с милыми ямочками на щеках и чудесными кудряшками идеально подходит высокому и стройному Люку. И честное слово, у Луи замирает сердце, когда он видит счастливую улыбку Эштона, когда Люк обнимает его своими огромными ручищами и ласково чмокает в щечку. Официантки все нет и нет, а кофе нужен прямо сейчас, потом Луи бредет по тускло-освещенному помещению к барной стойке и о Боже. За барной стойкой стоит умопомрачительно-высокий и кудрявый-кудрявый-кудрявый парень с большим ртом и самой ослепительной улыбкой, которую приходилось наблюдать Луи. Парень что-то смешивает в стакане, попутно подпевая Джастину Биберу, чей голос сейчас льется из динамиков. Когда Луи подходит совсем близко парень замолкает, но продолжает улыбаться и вопросительно смотрит на Луи. -Я просто..эм, можно фрапучинно? – неловко мямлит Луи и краснеет, потирая скулы. -Ох, конечно, извини, я не заметил тебя за столиком, довольно позднее время для кофейни, – замечает парень, и о Господи спасите кто-нибудь Луи, потому что у парня шикарный хриплый голос и очаровательная ямочка на правой щеке. -Я принесу кофе через минуту – еще раз улыбается парень и глядит на Луи своими мутно-зелеными глазами. Еще несколько секунд Луи лишь может только моргать, а потом до него доходит и он плетется к своему столику. В голове у него лишь «О Боже, он идеален, я хочу его губы… О Боже, Томлинсон угомонись», а потом он слышит шаги и поворачивает голову. Кудрявый на нереально длинных ногах в рваных джинсах и в растянутой борцовке, которая открывает вид на самые прекрасные ключицы в мире, под которыми вытатуированы ласточки, которые Луи сейчас же нестерпимо хочется погладить пальцами, а потом облизать. Парень ставит перед ним фрапучинно и тарелку с несколькими кусочками умопомрачительного вишневого рулета, политого шоколадом и нет, Луи даже боится представить какова его калорийность. -Я не заказывал, – в отчаянии глядит на парня Луи, сжимая руки в кулаки. -Я знаю. Это как бы от меня. Бесплатно – кудрявый совсем глупо улыбается и Луи хочется зареветь, потому что, черт возьми, вишневый рулет и кудрявый парень в идиотских скинни на худых ногах – это как удар под дых, это как босиком по холодной земле. -Я Гарри, кстати – хрипит парень и протягивает Луи красивую большую руку с длинными тонкими пальцами. -Луи – Томлинсон позорно пищит и пожимает теплую руку, такую приятно-огромную по сравнению с его. -Приятного аппетита – светло улыбается Гарри и шагает прочь к барной стойке. Луи беспомощно отпивает свой кофе и смотрит на рулет. Он не может сопротивляться. *** Луи ходит в кофейню каждый день и о, боже мой, Гарри такой удивительный. Иногда Луи видит его за каким-нибудь дальним столиком в наушниках и с книгой Стивена Кинга. Иногда Гарри угощает чизкейком девчушку, которая забегает сюда, чтобы купить свежих ватрушек, иногда Гарри делает селфи с шоколадкой в зубах и с выпученными глазами, но Луи он нравится. До дурацких электрических зарядиков по спине и бешеных бабочек в животе. Иногда они с Гарри гуляют по мокрым улицам, иногда сидят у Гарри дома, уютно спрятавшись от мира под теплым розовым пледом, а иногда Гарри ходит на репетиции с Луи и наблюдает, как Томмо разминается и легко скользит по блестящему паркету под музыку Чайковского. Иногда Луи ночует у Гарри и с утра он мило жмурится и не хочет просыпаться, а потом плескается в ванной как принцесса, пока Гарри на кухне. Гарри потрясающе готовит. Каждое его приготовленное блюдо – это произведение искусства, также как и его утренняя улыбка, адресованная Луи. Иногда Луи чмокает Гарри в его ямочку на подбородке, и плавится от бесконечной нежности, пронзающей его сердце. А по ночам Гарри очень мило разговаривает. Он хмурится несколько секунд, а потом хрипит: -Луи... Очень худой. Я буду тебя кормить вечно. И вновь засыпает. А Луи тихонечко лежит рядом и думает, что он готов питаться тем, что приготовит Гарри - вечно. И смотреть на спящего Гарри он тоже готов вечно. И быть рядом с Гарри он тоже готов вечно.