Ночная дрожь

- Познакомьтесь, это мой новый друг, - Зико приобнимает за плечо парня ниже его, но явно выше меня, - Минхек. - Привет! – все по очереди подходят к парню, произносят свое имя и пожимают ему руку. - Ким Юквон, - улыбаюсь уголками губ. Наша шумная компания состоит из Чихуна, Кена, Зико, Мино, Ханхэ и меня. Сейчас к нам собирается присоединиться этот Минхек, но у меня по поводу него нехорошие предчувствия. Мы собираемся как раз после окончания занятий, дожидаемся тех, у кого они заканчиваются позже и идем гулять по городу. Сначала, как обычно, заходим за хрен знает какой по счету дом и некоторые закуривают. В их числе и я, и наш новый компаньон. Я начал курить по сугубо личным причинам – у меня умер отец. Он курил, а я всегда очень любил ходить за ним хвостом, поэтому запах сигаретного дыма стал неотъемлемой частью моей жизни. Вернусь в реальность. В месте, где мы обычно курим, никто не ходит, но стоит пустующая беседка, выстроенная будто лично по заказу нашей компании. Здесь пустырь, который зимой скрыт от взоров людей комьями снега с дорог, а летом высоченной травой. Сейчас, правда, весна, а значит, ни снега уже нет, ни трава еще не выросла. Но мы сильно не заморачиваемся, что нас кто-то может увидеть, люди пытаются это место за километр обойти. Я не знаю, чем они руководствуются, но это по истине странно. На самом деле я каждый раз, когда мы сюда приходим, думаю не о разговоре парней, а о чем-то своем. Никто уже не заморачивается, потому что знают, что потом, когда мы отсюда уходим, все встает на свои места, и я начинаю веселеть, не то что бы на глазах, а даже гораздо быстрее. И, кажется, никто не предупредил нашего нового друга, что меня не стоит беспокоить в такие моменты, поэтому он, незаметно выйдя из разговора, подходит ко мне сзади. - Что-то случилось, Ю.. Юквон? – Он не очень уверен, это чувствуется по его голосу. - Все в порядке, - мне даже на язык не наворачивается сказать ему, чтобы он отстал, потому что я совершенно не в духе ни с кем разговаривать. Но мой тон выдает раздражение. Минхек неловко топчется за спиной, но в итоге ничего не говорит и уходит к веселым курящим парням. Я достаю из пачки третью уже сигарету и вновь закуриваю. Точнее зажигалка отказывается действовать, поэтому я безнадежно чиркаю. Почувствовав небольшое отчаяние, я со злостью разбиваю ее об камень, а сигарету возвращаю на место. «Наверное, и правда, хватит уже пыхтеть и коптить легкие. А то они в деликатес превратятся». Усмехаюсь последней мысли, встаю, стряхиваю пыль и направляюсь к парням. - Ну что, наговорились, наржались, а теперь бегом колесить по всему городу! Кстати… я забыл сказать, у меня хата свободная, может, завалимся ко мне? Некоторые загорелись желанием, но жесткий Зико закатал всеобщую губу. - Набухаемся, когда сдадим экзамены, а сейчас мы пойдем культурно, повторяю, куль-тур-но, проводить время, гуляя по паркам и наслаждаясь свежим воздухом. Все недовольно мычат, но никто не возражает, Зико говорит дельные вещи. Правда, я составляю в мыслях план побега, ибо просто не хочу стирать подошву об асфальт и напрягать ноги. Но никто не замечает моего хитрого взгляда в сторону Зи, и мы направляемся в излюбленный нами сквер. Я уже давно оживленный и рассказываю очередную историю о мастерстве пик-апа из своей жизни. Из меня выходит очень неплохой рассказчик, и я это давно знаю. Все с удовольствием слушают очередную историю девичьих промахов и недостатков и искренне ржут. Когда я замечаю, что на улице хорошенько так стемнело, то лениво потягиваюсь и посылаю всех подальше с их ночными прогулками. Минхек тоже решает закругляться и просит проводить его до станции метро. По велению каких-то непонятных чар станция закрыта и на всех ветвях метрополитена, проходящих через нее объявлена чрезвычайная аварийная ситуация. У Минхека нет денег на такси, у меня и подавно. - Можно, я переночую у тебя? – Неуверенно спросил он. Я очень удивляюсь сейчас тому, как этот обаятельный парень, который за год, как он сказал, пребывания в нашей школе успел разбить сердца половине девушек, что я сам имел счастье наблюдать. У него немного прокуренный, будто болезненный низкий голос, от чего просьба становится более подозрительной. Пока мы шли до другой станции, я думал над его словами. - Ладно, только один раз, когда ты ночуешь у меня. Он немного недоумевающе смотрит, но кивает, и мы идем в сторону моего дома, который чуть правее от станции, к которой мы как раз подошли. Зайдя в квартиру, я убедился, что дома никого нет – мама с братом на даче. - Располагайся. Не как дома, конечно, но полотенце я тебе дам и кровать расстелю. Он не отвечает, а идет в зал и тихо садится на диван. Я беру новое полотенце, кладу рядом с ним. - Иди мойся, я пока приготовлю ужин. Выхожу из комнаты и иду к холодильнику, а там уже стоит кастрюля с готовым ужином и мой любимый сок. Достав все оттуда, я ставлю еду на огонь и начинаю разогревать. Когда в комнате становится душно и жарко от пара из кастрюли, я снимаю с плиты горячее блюдо и накладываю содержимое в тарелки. Насвистывая какую-то очередную андерграудную песню Зико, я мельтешу на кухне. Вдруг по комнате разливается запах моего геля для душа и моего шампуня. Я поднимаю глаза и поворачиваюсь в сторону дверного проема. Там стоит полуголый Минхек, и как будто выключатель сорвиголовы щелкается, и я понимаю, что он охренительно привлекателен. - Те.. тебе дать футболку? – Запинаюсь от неожиданности увиденного. - И, по возможности, нижнее белье, - его голос звучит очень уверенно, даже немного с усмешкой, что еще больше запихивает его имя в мою душу. - А, сейчас закончу, ты пока подожди. – Ко мне возвращается присущая мне же наглость, и я, ехидно улыбаясь, наливаю сок в стаканы. Не торопясь, я заканчиваю на кухне, и вытирая руки о полотенце, иду в свою комнату. Немного покопавшись в вещах, я вытаскиваю свою старую футболку и с ней семейники и кладу на кровать. - Одевайся и выходи есть. Я ждать не буду, могу и твою порцию съесть, - усмехаюсь. Он опять становится скромнее и закрывается. Я жду недолго, он появляется на кухне, мы съедаем все до конца, я расстилаю ему кровать, и мы расходимся по комнатам. Спустя полчаса я понимаю, что окончательно сошел с ума и не могу вытолкнуть улыбку Минхека из памяти, поэтому просто не заморачиваюсь и думаю обо всем сегодняшнем дне. Тут я слышу шорох, и щель, соединяющая мою комнату с остальной квартирой расширяется. - Хм, ты не спишь? – Тихо спрашивает он. - Нет, чего тебе? - Это звучит глупо, но я не могу уснуть. «Вот тебе на. Ты, конечно хорош, хен, сначала мешаешь уснуть мне мысленно, а сейчас сам приходишь. Оличненько, и что мне делать? Пустить тебя к себе на кровать, а самому дождаться, пока ты будешь сопеть и свалить в зал по добру, по здорову? Хороший план.» - Заходи.