Жизнь - штука непредсказуемая

Да, поход в Косой переулок всегда был чем-то особенным. До сих пор помню свой первый поход в это волшебное место. Покупка учебников, мантий, а что самое главное – выбор палочки. Помню, как постоянно любовалась на неё, открывая чёрный футляр, который так и остался где-то на дне школьного чемодана. Потом помню первые уроки. И больше я никогда не расставалась со своей палочкой. Всегда со мной. В кармане, в сумке, за ухом – неважно. Главное, что рядом. А сейчас я опять же иду в это фантастическое место, но выросшей. И вместо первого поступаю на пятый курс. Рядом любимые братья и родители. Семейный поход, так сказать. - Лили, Альбус, Джеймс, мы с мамой купим книги, а вы компоненты для зелий и мантии. Встречаемся в кафе, докупаем всё остальное. Затем мы отправляемся домой с покупками, а вы остаётесь с друзьями, - наставлял нас папа. Мы же старательно делали самые невинные, покладистые и покорные выражения лиц. Да, нас вполне устраивало такое разграничение. Тем более, что встретиться с Малфоями-младшими и Полли мы договорились в магазине-ателье «Мантии на все случаи жизни» мадам Малкин. А как иначе мы выберем нормальные мантии!? Парни в этом случае не самые первоклассные советчики, а ходить весь год в непонятно какой мантии мне не улыбалось равно так же, как и подругам. Когда мы зашли в помещение, Фреда уже крутилась перед зеркалом в зелёной мантии, и я вместо приветствия выдала: - На кой черт тебе зелёная мантия? – она обернулась и улыбнулась. - Скучно только в чёрной или без мантии вовсе ходить. Разнообразие. Слушай, как тебе? Нормально сидит? – покрутилась. - Шикарно. Ты уже чёрную мантию купила? - Нет. Мы только пару минут назад пришли, а Фреда увидела сию мантию, - ответила Полли, показав на зелёную ткань. - Ладно, - кивнула я и стала ждать, пока парень – работник ателье – снимет мои мерки и принесёт мантию. Тоже самое проделывала с Полли мадам Малкин. Через пять минуть нам принесли по паре чёрных мантий и стали обслуживать ребят. Фреда же всё ещё крутилась перед зеркалом. - Фреда, она идеальна для тебя. Прекрати издеваться над собой и купи её, - проговорила я, смотрясь в зеркало в новой мантии. Она что-то пробурчала, но прекратила и уже через пару минут примеряла чёрную мантию. В итоге, Фредерика купила две мантии, я тоже отличилась, купив помимо чёрной бледно-пурпурную мантию. Полли же купила по традиции белую и чёрную мантии. Теперь нам оставалось только дождаться пацанов, которые иногда бывают хуже нас. После, смеясь, мы шли по направлению к магазину с ингредиентами, как вдруг послышался вопль: «Скорпиус!» и на шее у Малфоя повисла Келли Забини, улыбаясь, как кот, наевшийся сметаны. Он обаятельно улыбнулся, а мне хотелось придушить обоих. Но я скорчила гримасу, которая выражала моё отношение к этой сцене. Нет, Забини далеко не плоха. Просто по уши влюблена в Малфоя, а ему параллельно. Загорелая девушка с иссиня-чёрными коротко стриженными волосами и голливудской белозубой улыбкой. Наконец, оторвавшись от Малфоя, но став рядом, Келли поздоровалась с нами, на что мы дружно ответили таким же приветствием. - А вы за компонентами для зелий? – спросила девушка, когда мы отправились по направлению к этому магазину. - Да, - с каким-то неуловимым раздражением ответила я и ускорила шаг. Откуда вообще раздражительность взялась? Ну обнялись они, улыбнулся он, и что с того? Истерику теперь что ли устроить? Я же не ревную. Идиотизм. - Лили, подожди, - проговорила Фреда, догоняя меня. Ух, как я разогналась. Метра на три от компании убежала. Оглянулась. Брр. Идут под руки, Забини светится, Скорпиус улыбается, а Лили Поттер смотрит на это стеклянным взглядом и хочет убить их или раствориться в воздухе. Останавливаюсь. Судорожно выдыхаю и жду Фреду, которая кивает в знак того, что понимает всё и хочет помочь. Вскоре к нам присоединяются все остальные и я слышу вопрос Джеймса, повергший меня в шок: - Забини, а где твоя подружка-когтевранка Корнер? - Поттер, Сабина тебе зачем понадобилась? - Интересно, - соблазнительно улыбнулся. Я посмотрела на Фреду. Лицо - ничего не выражающая маска, губы плотно сомкнуты, взгляд вдаль. Сжимаю её запястье в знак поддержки. Она поворачивается и кивает. - Она вон там, - Келли встаёт на носочки и показывает в сторону магазина с канцтоварами, а потом снова льнёт к Малфою. Фу. До омерзения противно. Отвожу взгляд на то место, куда показала Забини. Оттуда прямо к нам навстречу шагает чета Корнер. Мистер Корнер – брюнет с карими глазами, довольно спортивного телосложения и среднего роста. Его жена – миссис Корнер, а в девичестве мисс Паркинсон, - довольно симпатичная – в сравнении с колдографиями времён её школьной жизни – женщина с вечной холодной маской на лице. Длинные тёмно-каштановые волосы убраны в высокую причёску, а болотно-зелёные глаза с любовью следят за детьми. Рядом с ней шла девушка, фигуре которой можно было бы позавидовать. Невысокая, с покатыми бёдрами и грудью между вторым и третьим размером. Несмотря на это у Сабины была ярко выраженная талия и довольно накаченные мышцы. Тёмно-каштановые – как у матери – волосы были пострижены лесенкой заканчиваясь на лопатках, а косая чёлка придавала образу некую небрежность. Этот год будет её последним в Хогвартсе. Да, она однокурсница Джеймса. А вот её брат – Нильс, идущий рядом с отцом, был моим однокурсником и тоже когтевранцем. С ним у нас были неплохие отношения. - Здравствуйте, миссис и мистер Корнер, - практически хором проговорили мы. - Здравствуйте, - солидно ответил отец Сабины и Нильса, а после продолжил. – Ладно, дети, мы сами купим всё остальное, а пока можете прогуляться с приятелями. - Спасибо, папуль, - с улыбкой поблагодарила мисс Корнер и поцеловала отца в щёку, став на носочки. Уже через пару минут мистер и миссис Корнер пошли дальше, а мы весёлой гурьбой наконец-то вошли в магазин и, закупив всё необходимое, так же дружно и весело поспешили в кафе, где нас уже ждали мои родители. Ровно так же, как и родители Сабины и Нильса, они отправили нас гулять, а сами пошли докупать остальное. Мы же остались в кафе, заказав себе по порции мороженого и коктейля. Признаюсь, честно, иногда у меня вызывали рвотные позывы Келли и Скорпиус. Не то, чтобы она позволяла себе что-то лишнее или излишне личное, просто… Я ничего не понимала. Да, мне симпатичен Малфой, но какого, скажите, Мерлина, меня сейчас бесит то, что раньше совершенно не раздражало?! Переведя взгляд на Фредерику, я просто хотела убить Сабину или Джеймса, а лучше сразу двоих. Подруга держала маску, но для меня, той, которая общается с ней с первого курса, не проблема различить её эмоции. Они всего лишь мило беседуют, хотя явно чувствуется подтекст их разговора, а у Фредерики уже эмоции бурлят через край. Переглянувшись с Полли, мы решили принять меры. - Лили, Фреда, сходите со мной? – невинно спросила подруга, отпивая коктейль. - Хорошо, - отстранённо проговорила Фреда, а я кивнула. Мы поднялись с мест и пошли в уборную. - Фреда, не отрицай – всё не прекрасно, как и у меня, - начала я фирменным голосом. – Поэтому берём себя в руки. Вдох-выдох и улыбка. Через три дня первое сентября, поедем в школу, там всё образуется, насколько это, конечно, возможно. - Согласна с Лили и простит она меня, но он того не стоит. Так что успокойся. А в крайнем случае приворотное зелье в помощь, - усмехнулась подруга. - Приворотным зельем не обратишь общение в какие-то тёплые чувства. А так вы правы. Улыбаемся и пляшем, - сквозь силу улыбнулась Фреда, но, как видно, ей стало лучше. После этого мы ещё чуть-чуть посидели в кафе, потом погуляли по магловской части города. Чёрт, это было ужасно весело. Но, как известно, в каждой бочке мёда есть ложка дёгтя. И этой ложкой были Скорпиус и Джеймс. Оказавшись дома, я быстренько поела, приняла душ и, измотанная днём, улеглась с плеером в кровать. «Прочь из моей головы! Наугад в темноту, c середины концерта Сквозь толпу, сквозь охрану, сквозь двери, сквозь парк Чтоб чуть-чуть постоять над водой на мосту Прочь из моей головы! Здесь и так кавардак. Разбросав фотографии, выбросив вещи, Уничтожив улики. Все диски отправив в мусорный бак.»* Действительно, Малфой, «прочь из моей головы»! Куда подальше. Как бы твоё отношение по отношению ко мне не изменилось, всё равно прочь. Я хочу холодное безразличие и подчёркнутую вежливость в обмен на то, что чувствую сейчас. Следующие три дня прилетели с немыслимой скоростью. Наконец, у меня дошли руки попросить папу увеличить чемодан заклятьем незримого расширения. Теперь я преспокойно могла впихнуть туда то, что хотела. Сначала мной были бережно уложены в отдельное отделение учебники, перья, чернила, пергаменты, ингредиенты и всё, что могло потребоваться мне по учёбе. Затем в ход пошли вещи. Три пары джинсов, чёрные штаны, платья, юбки, кофты, водолазки и другие вещи перекочевали из шкафа в чемодан. Сверху уместилась обувь, которой тоже было довольно много. Ещё выше я положила косметику, аксессуары и предметы гигиены. Всё это в общей сложности заняло целый день. Также в простую сумку мной была положена форма для того, чтобы быстро и без проблем переодеться. Там же завтра утром должны будут оказаться расчёска, пудра, тушь, блеск и духи. Проснувшись утром в пять часов, я не спеша приняла душ, позавтракала, а теперь, слушая музыку, выбирала, что надеть. Нет, музыку я слушала специально, чтобы братья проснулись, но и самой она помогала взбодриться. Удобные джинсы (да-да, это четвёртые), лёгкая белая блузка в чёрный горох и джинсовая жилетка. На ногах – чёрные балетки, а волосы будет свободно раздувать теперь уже осенний ветер. Мы, как всегда опаздывали, и всё из-за Джеймса. Этот растяпа заснул в ванной. Зубы чистил, бедняга. Теперь спешно проталкиваясь сквозь толпу, я отыскивала подруг. С огромным трудом мы - теперь уже вчетвером – нашли свободное купе и удобно расположились. Представляете, Роза у нас староста школы. А нам ничего всё это время не говорила. Бедная. Её-то саму себя наказывать теперь придётся. Посидев с нами немного, она пошла выполнять свои обязанности. Фреда смотрела в окно и явно не хотела разговаривать, Полли уткнулась в какой-то журнал по прорицаниям, а я решила достать плеер, как вдруг дверь открылась и возникла добродушная старушка со сладостями. Я купила себе сахарных перьев, так как просто души в них не чаяла, а подруги – драже Берти Боттс. Завершив начатое, всю оставшуюся дорогу я слушала музыку. «Любовь – это самое странное чувство. Любовь – это штурман сбившийся с курса. Любовь – это загнанный в угол волчонок. Любовь – это шок от костей до печёнок.»** Что-то подсказывает мне, что песню «Ай лов ю» группы «Сплин» я буду слушать ещё долгое-долгое время. Когда мы подъехали к Хогвартсу, уже смеркалось. Хагрид по традиции подзывал к себе первокурсников, чтобы переправиться с ними через озеро. Остальные же, шумно переговариваясь, спешили к каретам, запряжённым фестралами. По приезде к Хогвартсу, все шумной гурьбой следовали к Большому залу, занимая столы факультетов. Там мы расстались с Фредой, так как она отправилась за слизеринский стол. Повсюду, как и всегда, царил шум и гвалт, который стих при появлении первокурсников в сопровождении профессора Долгопупса. Он сегодня сам очень волновался из-за того, что сегодня один из первокурсников – его сын. Мэтью – чудесный ребёнок. Такая лапочка. Если честно, то я просто обожаю его. Когда мы приезжаем в гости к Долгопупсам или они к нам, это чудо всегда рядом со мной и наоборот. Так что я с нетерпением ждала, когда профессор зачитает его фамилию. Две девочки были отправлены в Слизерин, а профессор произнёс: «Долгопупс, Мэтью». Я держала кулачки, когда на него надели шляпу. Она слишком долго думала, но – наконец – отправила его на Гриффиндор. Я помахала ему рукой, как только он – под традиционные аплодисменты – подошёл к нашему столу. Мэтью сел рядом со мной и Полли, а я спросила: - Малыш, куда тебя хотела отправить шляпа? - В Когтевран и Пуффендуй, но я не захотел туда, - с улыбкой ответил Мэтью, а я, улыбнувшись ему в ответ, произнесла: - Ладно, давай дальнейшее распределение смотреть, - Мэтью кивнул и устремил свой взгляд на распределяющую шляпу. Дальше распределение пошло быстро, и уже в скором времени профессор МакГонагалл – директор школы – выступала с речью перед нами. Как всегда, на редкость лаконично и быстро. А затем начался пир. Через некоторое время Хьюго, который был в этом году старостой нашего факультета, и его напарница – Летти Финниган – стали собирать первокурсников, пока не началась давка, однако, чтобы первокурсники успели поесть. Мысленно порадовавшись тому, что меня не назначили старостой, я продолжила трапезу, как вдруг получила локтем от Полли. - Что ты хотела? – я наклонилась и прошептала ей на ухо. - Пошли, пока толкучка не началась. И я узнала пароль. - Пошли. Только моим братьям этот пароль скажи, а то они, как всегда тупят, - Полли кивнула и сказала пароль Альбусу, сидевшему на против неё. Быстро добравшись до портрета Полной Дамы, мы чуть-чуть поговорили с ней и, сказав пароль, вошли в гостиную. Тут ничего не меняется и это очень радует. Я бы с удовольствием посидела с книгой перед камином, но у меня есть ещё более важные дела. Я не знаю, как так получилось, но в спальне нас всего трое, а не четверо. Я, Полли и Летти. Как только мы зашли, Полли переоделась и улеглась на кровати, а я начала разбирать чемодан. Часть одежды повесила в шкаф, часть оставила в чемодане, на тумбочку перекочевали мелочи и безделушки, в ванную – всё необходимое, в тумбочку – учебники и канцелярия. - Поттер, прекрати шуршать, всё равно завтра проспишь, - пробурчала Полли, укрываясь с головой одеялом. - Типун тебе на язык. И не фамильярничай – тебе не идёт. Тем более я уже закончила. Спокойной ночи, Полли Камбелл! - проговорила я, задёргивая полог. - И тебе, Лили Поттер, спокойной ночи! – это было последним, что я услышала, а дальше наступила тишина. Достав из-под подушки плеер, я включила классическую музыку и заснула, думая о том, что новый учебный год начался.