Новенькие в Акацуки.

"Неужели я так и умру? От рук любимого человека? Неужели?" - подумала Ника, падая на черный пол. В это время ее кто-то подхватил на руки, Ника успела заметить только цвет волос спасителя, они были золотого цвета. - Дейдара, - сказала она уже закрыв глаза, но перед этим услышала слова Дейдары: - Держись, Ника! Держись! Ника! - голос парня был встревожен... Нет, не встревожен, его голос дрожал от страха, от страха потерять человека? Друга? Любимую? Страх на лице быстро сменился на слезы, да, из его глаз градом катились слезы. - Не-е-ет!!! - послышался голос Дейдары, а затем эхо. Дейдара упал на грудь девушке и говорил: - Я никогда себе этого не прощу! Что на меня нашло? И тут, словно по волшебству, тело девушки поднялось вверх, от него исходило белое сияние. Глаза Дейдары раскрылись от удивления, но слезы все еще текли. Тело Ники начало медленно падать. Когда уже тело коснулось земли, глаза девушки открылись. Ника опять подпрыгнула от увиденного сна. На этот раз на ее лице было удивление. Лежа в кровати, она думала: "Что это за сон? Что он может значить? Спасение? Наверняка, но чье спасение? Мое? Друга? Любимого? Или может я спасу кого-то?" На последней фразе Ника не сдержалась и, кинув подушку, которая попала в шкаф, крикнула: - Непонятные, дурацкие сны! Затем, посидев пять минут, она пошла в душ. Сделав там все процедуры, Ника с задумчивым лицом пошла на кухню. С опущенной головой она зашла на кухню. На кухне уже сидели все Акацуки. Дейдара и Сасори как всегда бурно обсуждали, что такое искусство, Какузу пересчитывал деньги, Хидан гонялся за Тоби, Зецу не было, Итачи читал книгу Джирайи, Кисаме подкармливал рыб, Конан и Пейн тупо смотрели на этот балаган. Ника, услышав вопли Тоби, которые были предназначены ей, что-то вроде: "Ника-чан! Помогите!", подняла голову и увидела его, несущегося на нее, в это время ее глаза широко раскрылись. Они с Тоби упали, Ника со спокойным голосом сказала: - Тоби, наклонись пожалуйста, - у всех Акацук глаза вывалились, но вот на лице Дейдары, как ни странно, играла злобная улыбка. Тоби наклонился, и тут Ника как крикнет ему в ухо: - Слезь с меня! - все Акацуки начали дико хохотать. - Тоби... Бедняга... - говорил Хидан, прерывая свои слова смехом и катаясь по полу. - Так, ребят, я вот о чем вас спросить хотела, - сказала Ника, отряхивая свою одежду от пыли. - И о чем же? - спросил Итачи, не обращая ни на кого внимания. - Давайте сегодня ужастик посмотрим? - с широкой улыбкой спросила Ника. - Давай, - ответил первый Кисаме, повернувшись к Нике голову и обнажив свои зубки. - Ага, - пофигистически сказал Итачи. - Ага, - так же ответил Сасори. - Угу, - и Пейн туда же. - Я не против, - сказала Конан, встав с дивана. - Ну, а чего, блять, давай, нахуй, - сказал Хидан. - Ну, давай, - сказал Какузу, поворачивая свою страшную голову в сторону Ники. - Да, - кивнул Дейдара, улыбаясь. - ДАВАЙТЕ! - закричал Тоби. - Тоби! Заткнись! - крикнули все со злобными лицами. Тот с воплями убежал. Конан и Ника уже подавали завтрак. - А... - открыла было рот Ника. - За Тоби не беспокойся, у него полным полно конфет чтобы наесться, - перебил ее Дейдара. - А, - сказала Ника и, опустив голову, снова начала есть. Через несколько минут послышался скрип стула, это был Дейдара, он уже поел. Как это было ни странно, он положил свою посуду в раковину и спокойно вышел из кухни. Нике очень было интересно, куда он пошёл и, не доев, она направилась к выходу. У выхода она остановилась, повернулась и, поклонившись, сказала: - Аригато (спасибо)! - и выбежала на улицу. Вот она уже у выхода пещеры и слышит чьи-то мысли. "Интересно, почему она так себя ведет? Я, конечно, понимаю, гордость и все такое, но если любишь, так и скажи". Глаза девушки широко раскрылись, рот познакомился с полом. "Ну, ты дуралей, думаешь, так просто признаться?" - подумала Ника. "И, все-таки, почему мне Конан это сказала?" - спросил сам себя Дейдара. - "Ха, она ведь даже не знает, как я рад... Что наши чувства оказались взаимны". Он улыбнулся. "Вз-взаимны?" - подумала Ника, покраснев, как переспелый помидор. - "Конан все-таки ему сказала? Ненавижу! Попросила же.". Послышался шлепок, это Дей спрыгнул с "крыши" пещеры. Ника быстро среагировала и стала невидимой (способность клана). Ника прижалась к каменной стене, на ее лице был страх, она боялась, что Дей ее заметит, но Нике повезло - он прошёл мимо. Ника пошла за ним. Он зашёл в зал, как на зло, там сидели все Акацки. Ника испугалась и побежала к себе в комнату за диском. - Блять, где эта стерва?! - крикнул Хидан. - Кто?! - сказал Дейдара, приготавливая взрывную птичку. - Да никто, блять, - испугался Хидан. Ника быстро забежала в комнату, рассеяла технику и подошла к тумбочке. Ника все рылась и рылась там, но не нашла нужный диск. Потом, вспомнив куда его запрятала, посмотрела под кровать и увидела его. Достав этот диск, страшилка называлась "Демоны в раю", Ника поспешила в зал. Все уже уселись на свои места. Сасори пил масло, Итачи тупо пялился на еще не включенный телевизор. Ему, кажется, параллельно было, есть фильм или нет, Кисаме кровожадно поедал суши, Дейдара лепил птиц, Тоби жадно поедал попкорн, Хидан приносил себя в жертву, Какузу подсчитывал деньги, Пейн пил сакэ, Конан складывала оригами из бумажек, а Зецу, как всегда, не было. Ника зашла в зал и, осмотрев этот балаган, улыбнувшись подумала: "Теперь это моя семья". Она подошла к DVD. Поставив диск, она села между Сасори и Дейдарой. Начался фильм. Страшная сцена, Ника невольно прижимается к Дейдаре, у того глаза чуть не вываливаются, щеки краснеют и голову он отворачивает. Сасори же только выпил масло, сразу его выплюнул, Пейн аналогично Сасори, только с рисовой водкой, Кисаме подавился суши, Конан визжит во всю глотку, Хидан смеется, Какузу и Итачи так и остались пофигистами, Тоби, кажется, упал в обморок. По окончании фильма Ника встала и, покраснев как помидор, выбежала из зала. В слезах она бежала по коридорам, отчего плакала она даже и не знала, то ли от радости, то ли от горя. Девушка уже забежала в свою комнату и плюхнулась на кровать. "Почему? Почему меня к нему тянет? Дура, дура, дура!". И с этими мыслями Ника задремала.