Мы такие разные

Есть в гуще одного тёмного леса старый-престарый особняк. Вроде бы здание заброшено, но это только на первый взгляд. Можно, конечно, отважиться и зайти туда, но вряд ли удастся выйти живым. Скорей всего вас вскоре вынесут на руках и закопают на заднем дворе этого дома с пулевым ранением в голову, без почки и разрезанной от уха до уха улыбкой. Да, вы совершенно правы. Здесь живет знаменитый почти на весь мир убийцы. Все они разные, начиная от увлечений и заканчивая возрастом. И, говоря о последнем, на ум сразу приходит самая юная убийца в этой импровизированной семье. Салли. Маленькая девчушка-призрак в рванном розовом платье. Восемь лет. Когда Олдер убили, ей было всего лишь восемь лет. Совсем малышка, которой в куклы бы играть и два плюс два в школе складывать. А годы идут. День за днём, неделя за неделей. Все стареют, но, как известно, над неупокоенной душой время не властно. Именно поэтому Салли, будучи возрастом уже четырнадцати лет по годам, была всё той же восьмилетней девочкой по виду. Несмотря на это, Олдер была очень умной. Её знания даже превышали норму обычных подростковых, коем она и являлась по возрасту. Но это касалось только точных наук и грамматики. В жизни, отношениях и других подобных этим тем, юная убийца вопросительно хлопала глазками, не понимая, из-за чего вдруг поругались Клоки и Тикки, хотя ещё пару минут назад они сидели в обнимку друг с другом. Но Салли не комплексовала по этому поводу и всегда находила, чем себя отвлечь. Хотя иногда было довольно обидно слышать о жизненных проблемах и не понимать, в чём же суть дилеммы. Сегодня призрак, в очередной раз столкнувшись с такой проблемой, решил больше не кидать познания в этой сфере в долгий ящик. Но ведь одной это сделать трудно, не имея за собой ни одного источника, ни одной книжонки по психологии! Из этого следовало, что нужно обратиться к кому-нибудь за помощью. Олдер за этим размышлениями и не заметила, как спустилась на первый этаж. Пожалуй, она начнёт искать себе «помощника» именно здесь. Девчушка в розовом платье сначала, стоя на месте, просто оглядывалась, словно находится тут в первый раз, но она всего лишь искала зелёными глазками хоть одну живую душу в это месте. Когда первый способ ни к чему не привёл, Салли потихоньку начала обходить все места, на которые только что упорно смотрела. Девочка зашла в зал и теперь немигающим взглядом осматривала его. И, о чудо! На диване, перед ночной охотой, дремал Безглазый Джек. Лучший друг нашей Олдер. Джеку, в отличие от остальных, не доставляло мороки проводить с девчонкой-призраком большую часть своего времени. У него всегда был способ развеселить зеленоглазую, если та по какой-то причине грустила. Парень терпел, и когда Салли заплатала ему маленькие косы, цепляла туда же заколки в виде ромашек и красила ему ногти. Некоторая часть Крипи смеялась над ним. Говорили, якобы он «Подкаблучник; Девчонка; И разучился убивать». А Безглазый спокойно пропускал это мимо ушей. Ему самому было отчасти весело и это, несомненно, главное. Смеющиеся над ним Крипи, ведь не знала, что за закрыто дверью комнаты юной убийцы, он учит её кидать ножи, вспарывает, по просьбе Олдер, медведям брюхо и подрабатывает учителем анатомии, опять же, по её просьбе. - Джек... Ну, Джек! - робко начала трясти его за руку девчушка-призрак. - А? Что уже ночь? - не желая просыпаться, отозвался хирург. - Джек, мне нужна твоя помощь. - Уже твёрже продолжила Олдер. - О, Салли, это ты? Прости, спросонья для меня все на один голос. - С усмешкой сказал Безглазый, переходя из положения «селёдки на газете» в обычное сидячее. Юная убийца, хотя всегда смеялась над его шутками, сейчас просто улыбнулась. Что-то глубоко в душе заставляло её с недавних пор робеть при виде друга. Казалось, сердце, которым она фактически не обладала, стучало в груди, так громко и часто отдавая при этом в ушах, что девчушка не слышала ничего вокруг себя. Просто смотрела на Безглазого, как на единственный источник света в кромешной тьме. - Олдер, ау! - донёсся до неё голос хирурга. - Почему ты молчишь? Что-то сучилось? - он указал на место рядом с собой. - Не молчи, пожалуйста. - Безглазик, - снова тихо начала девочка в розовом платье. - Ты ведь мне друг? - она присела рядом, посмотрев прямо в несуществующие глаза. - Конечно! - Пожалуйста, - её голос от чего-то не мог стать громче, - скажи: А любовь это как? Джек ожидал любого вопроса, даже самого глупого, а-ля «Почему коровы не летают», но не такого. Это даже завело его в тупик. - Ну, ты же любишь своего медведя... - начал он, но был перебит. - Я не об этом. О такой привязанности я всё знаю. Я спрашиваю о настоящей, как у Тоби и Клоки. - Эм… Любовь – это, наверное, когда тебя, не понятно почему, тянет к человеку. Ты, переживаешь, если его нет рядом и безумно, радуешься, когда он возвращается, - с трудом подбирал слова любитель почек. - Ты светишься, от счастья, получая от него знаки внимания, а если он куда-то зовёт тебя, ты думаешь, что большего в жизни не нужно и все твои мечты уже стали явью. - Джек умолк. Это всё, что он с трудом смог сформулировать в понятное предложение. Недаром даже учённые мира до сих пор не могут дать этому чувству точного определения. Салли впитывал всё это, как губка, под своё тихое бормотание. Ей, кажется, понадобится долгое время, чтобы всё понять окончательно. Безглазый взглянул сначала на часы, затем в окно. Пора на охоту, ведь жертву нужно ещё выследить. Парень встал с дивана, расправил толстовку, проверил наличие в её кармане скальпеля и не спеша направился к выходу из особняка. Он уже повернул дверную ручку, когда его остановил тихий, но чёткий голос: - Джек... Я... Я тогда тебя люблю! - сжавшись в комочек, произнесла Олдер. В ответ она услышала лишь холодное молчание. - Джек, по - настоящему! Правда, по настоящему! - голос девчушка - призрака дрожал. - Олдер, не глупи! - серьёзно, сам того нехотя, грубовато отозвался хирург. - Не майся такой дурью на ночь. Всё, мне пора. - Парень одной ногой уже стоял на улице. - Это не глупость! Джек, я теперь это точно знаю! Я люблю тебя. Всё, как ты только что рассказывал. - Сколько надежды, детской наивности и признания сейчас было в её глазах! «Ну, а я нет!» донеслось до Салли, перед тем как Безглазый захлопнул за собой дверь. Ушел и так грубо бросил её тут одну. Да, парню было это признания смешно слышать, и он убеждался в этом, пока уходил. Но Салли сейчас знала только что такое «любовь». Разочарование, сломленная надежда и отказ были ей пока незнакомы. Призрак испытывала именно это, но, увы, определение своему состоянию она из-за незнания дать не могла. - А я люблю... - кажется, девчушка всхлипывала.