Детёныш. Начало.

Чернобыльская Зона Отчуждения, Ноябрь 2009 года

И понесла же нелёгкая Панаса Жабенко через Свалку! Как будто других безопасных, провешенных дорог к Кордону в этот день не было! Сталкер, отстреливаясь, бежал мимо огромных куч мусора, а по пятам, постепенно окружая, неслась стая снорков. Собственно, от стаи оставалось уже немного – морд так шесть-семь, но и этого хватало, чтобы не расслабляться. Самое обидное, что в этот раз ему так и не удалось от них «отболтаться». Ему – опытному сталкеру и, как считали другие коллеги, чуть ли не «шаману»! Все его хитрости прошли мимо ушей и глаз тварей, и вот теперь стая, вожделенно визжа и завывая, гнала свою жертву вглубь мусорно-техногенных лабиринтов. Правда, как уже было сказано, жертва огрызалась – короткими экономными очередями из автомата. Но снорки упорно не бросали преследование. Они будто знали, что патроны имеют свойство заканчиваться, а дороги – приводить в тупик. Знал это и Панас. Как назло, Свалка в этот день была совершенно безлюдна. То есть, не только коллег-сталкеров любых мастей и назревающих кланов не было видно, но и вездесущие местные бомжи куда-то попрятались. Так что, выкарабкивайся, как можешь, Панас! Сам! Боковое зрение уловило выступ одноэтажного кирпичного домишки у подножья мусорной горы. Часть кучи обрушилась, погребя под собой строение, но один угол был виден. Угол двух стен с пустым зияющим оконным проёмом в одной из них! Чутьё шамана безо всяких гаек подсказало: там безопасно, аномалий нет, иди туда! Правда, оставалась опасность нарваться на засаду каких-нибудь других монстров, но тут уж выбирать не приходилось. Панас врубил налобный фонарь, перемахнул через разбитый подоконник и замер, присев и держа в поле зрения и под прицелом помещение, в которое он угодил. Слава Богу и хвала Зоне, пусто! Особо осматриваться времени не было, но сталкер краем глаза отметил, что в противоположной от окна стене есть ещё один проём – дверной. Панас занял боевую позицию так, чтобы контролировать и окно и дверь, и снова вскинул автомат. Однако, к его немалому удивлению, снорки не кинулись следом за ним. Но то, что они сделали, Панасу совсем не понравилось. Твари рассредоточились за всевозможными укрытиями и явно решили подождать, когда же у загнанного человека кончится терпение, и он отважится на прорыв. - Вот заразы… - с досадой прошипел шаман. – Обложили прямо как по науке! Он прицелился и, дождавшись, когда какой-то неосторожный снорк на миг высунулся из укрытия, нажал на спусковой крючок. АК ответил сухим щелчком. - Не понял?.. Панас раванул рожок и похолодел: патронов больше не было! - Вот же б***во!!! – с чувством высказался он в пространство. Влип. Сам себя загнал в ловушку. И патронов нет. Если бы были – можно было бы попытаться прорваться. А так – только и остаётся, что ждать. Либо голодной смерти, либо гибели от зубов тварей… причём второе – более вероятно. Позвать на помощь? Панас, сталкер-одиночка, предпочитал свои проблемы решать сам, не желая никому быть обязанным. До тех пор, по крайней мере, пока они действительно не становились неразрешимыми в одиночку. И это знали все, кто хоть как-то его знал. А знали его многие – всё-таки Панас ходил по Зоне чуть ли не с самых первых в неё экспедиций в две тысячи седьмом… Да и батарейки в рации сдохли – как назло! В принципе, предыдущей причины вполне было достаточно, чтобы не надеяться ни на чью помощь, но… была и ещё одна, по которой, к слову, его и прозвали шаманом другие сталкеры. Панас… доверял Зоне. Считал, что тому, кто приходит к Ней вежливым и некорыстным гостем, Она не сделает зла. Какими бы испытаниями ни стращала. - Врррёте, черти носатые! – прорычал сталкер. – Так я вам и дался! Взгляд его обратился на зияющую чернотой дыру на месте бывшей двери, и совершенно сумасшедшая в своей нелогичности мысль блеснула в голове. Основная часть дома была погребена под обвалившимся мусором, но ведь должны быть и другие двери и окна, их не может не быть! Найти подходящий проём, может быть прокопаться через мусор… О том, что копать придётся руками, копать в никуда, и о вполне возможных, подстерегающих на пути аномалиях и монстрах Панас тоже подумал. Ситуация была просто как в приключенческом романе: человек оказался между двух смертей, и неизвестно, какая хуже – поджидающая снаружи кровожадная стая хищников, или неведомые опасности в глубине этой «катакомбы». Но неужели и впрямь сидеть и покорно ждать своей участи? Да сейчас! Хрен вам в обе лапки! Размечтались! Панас решительно хлопнул себя по коленям и встал. Порывшись в карманах, извлёк моток изоленты. Через несколько минут бесполезный АК обзавёлся импровизированным штыком из примотанного ножа (родной штык «калаша» Панас где-то прохлопал уже давно). Теперь был шанс продержать возможного противника на пионерском расстоянии. Снорки снаружи всё завывали о чём-то своём, но Панас уже не слушал их голодные вопли. Проверив фонарь и в последний раз оглянувшись на впустившее его окно, с автоматом наготове ступил в чёрный проём. Вопреки ожиданиям, никто на него оттуда не кинулся, гайки летели и ложились как по науке – то есть, капризная богиня Везуха пока что улыбалась Панасу именно лицом, а не противоположным местом! Что ж, уже неплохо! Сталкер повёл взглядом вслед за фонарём… и тут же перехватил поудобнее автомат, готовый к бою. Из валяющейся на полу кучи, кажется, полусгнившего тряпья на миг блеснули чьи-то глаза. Куча шевельнулась. - Кто там? – грозно вопросил шаман. – А ну вылезай! «…а если это контролёр… или кровосос?..» Куча оставила его приказ без ответа, но сталкеру показалось, что из тряпок донёсся… всхлип?.. Нет, это явно не кровосос! - Вылезай, а то стрелять буду! – Панас метко швырнул в кучу гайку покрупнее. – Ну?! Куча – или, вернее, то, что в ней пряталось, ответила на попадание железяки тихим взвизгом. Тонким и возмущённым – не то женским, не то детским… От неожиданности Панас опустил АК… и тут же поплатился. Тряпьё полетело во все стороны, и из кучи вдруг выметнулось что-то маленькое, стремительное, вёрткое, злобно визжащее (снорки снаружи откликнулись радостным хором) и кинулось сталкеру на грудь, метясь вцепиться зубами ему в горло! Сталкер привычным, почти инстинктивным движением выбросил вперёд автомат с примотанным ножом. «Штык» вонзился во что-то упруго-поддатливое, и тонкий злобный визг немедленно сменился жалобным криком, полным боли, страха и страдания. ДЕТСКИМ криком… Неведомый маленький агрессор обмяк и тряпичной куклой рухнул к ногам сталкера. Панас обтёр нож и посветил фонарём… - Т-твою мать!!!.. – выругался он, невольно отступая. У его ног, судорожно вздрагивая, лежало маленькое, почти голое детское тельце. Девочка лет десяти, совершенно обыкновенная на вид – корчилась от боли, зажимая тонкими ручонками кровавую рану в боку. Смотрела на Панаса огромными, полными запредельной муки и ужаса глазищами и скулила тонко и жалобно, как зверёныш. - …ть твою налево через жопу бюрера в Кровососовку! – завершил длинную и красочную тираду сталкер. – Ты ещё кто такая и откуда?! В Зоне и, в частности, на Свалке обитало некоторое количество бомжей. Кое-где в опустевших деревушках продолжали хозяйничать упрямые самосёлы. Может, эта малявка – из них? Однако, Панас знал, что в Зоне не всегда видимое соответствует действительности. Может, это и не девочка вовсе, а какой-нибудь новый кровожадный монстр, прикидывающийся беззащитной человеческой малышкой! Он осторожно, памятуя об её нападении, склонился над девочкой. Та, щурясь от света, тем не менее оскалила мелкие зубки и издала что-то вроде рычания… тут же захлебнувшегося надсадным стоном боли. Малышка дёрнулась и обмякла. Панас в замешательстве поскрёб небритый подбородок. И что ему теперь делать с этой неожиданной находкой? Как будто ему своих проблем было мало! Поколебавшись, он убрал вялую ручонку и осмотрел рану. И удивлённо покачал головой: девчушке, кажется, тоже шаманила Везуха – нож только рассёк мышцы, не задев ничего жизненно важного. Только крови много вытекло – вот мелкая и сомлела. Сталкер извлёк из заплечного сидора аптечку и принялся «шаманить» при свете фонаря. Снорки, заваленный дом-ловушка, в котором он оказался, - всё пока отошло на второй план. В свои сильно за сорок Панас до сих пор был один, как перст, и никто не ждал его из рейдов по Зоне. И он всё реже и реже выходил за её пределы, предпочитая жить тут, в Периметре, где всё – в отличии от реалий Большого Мира – день за днём казалось ему всё более простым, привычным и понятным. И оттого – более дорогим. Душа, отравленная адреналином, огрубела в бесконечных опасностях Зоны… Да, видимо, не до конца огрубела… Вот какое ему дело до этого одичавшего детёныша, что кидается на добрых людей, как голодный снорчище? Никакого! Однако же возился с ней – промывал, обрабатывал и перевязывал рану, вкалывал лекарство… Примерно через четверть часа девочка пришла в себя. Увидела сидящего над ней Панаса и снова попыталась оскалиться. - Да не трону я тебя! – спокойно и почти мягко сказал сталкер. – Лежи, не дёргайся, а то повязку собьёшь! Не бойся. Девчушка недоверчиво блеснула на него глазёнками, скосила взгляд на перевязанный бок и вяло коснулась бинта окровавленными пальчиками. - Как тебя зовут? – спросил Панас. – Кто ты? Ты здесь живёшь? Где твои родители? Но на все его вопросы она молчала и лишь моргала. - Меня зовут Панас. – он, как Миклухо-Маклай перед папуасами, стукнул себя кулаком в грудь. – Панас! Я – сталкер-шаман. А ты? Ты кто? Девочка повернула голову и чуть шевельнула сухими губами. Но не издала ни звука. Панас, спохватившись, достал флягу. - Пить! – он показал фляжку девочке. – Вода. Хочешь пить? Она дёрнулась, когда он коснулся её, намереваясь приподнять ей голову, даже попыталась его укусить, но бессильно рухнула обратно. Хорошо ещё снова не отрубилась! - Дикая какая-то… - подивился шаман и повторил. – Не бойся, не съем! Девчушка вздрогнула и уставилась ему в глаза непонятным – не то недоверчивым, не то испытывающим взглядом. - Я не ем маленьких девочек. – пояснил Панас. – Если ты, конечно, – маленькая девочка, а не какая-нибудь злобная крокозябра, которая сама всех ест! Он приподнял её голову и приложил к губам раненой горлышко фляги. - Пей. Девочка сделала один неуверенный глоток, другой… И вдруг жадно начала пить, захлёбываясь, морщась и проливая воду на лицо и грудь. - Ну-ну, спокойнее! – проворчал Панас. – Нам ещё обратно идти! «Нам?..» Тут только он сообразил, что, похоже, вознамерился забрать этого странного детёныша с собой! «Панас, ты или дурак, или… или дурак! В Зоне, без патронов и связи, с такой обузой… И, кстати, ты ещё не выбрался из ловушки!» - Ну хватит. – сказал он и отнял флягу. – Хорошенького понемножку! Девочка посмотрела на него так, словно он отобрал у неё любимую куклу, но, вопреки его ожиданиям, не заплакала. Только грустно вздохнула и потупилась. - Надо отсюда выбираться. – озвучил беспокоившую его мысль шаман. – Может, ты знаешь, отсюда ещё как-то можно выйти, кроме как через… - он кивнул на окно, за которым всё ещё слышалась нетерпеливая возня снорков в их засаде. Странно, чего они всё ждут?.. Девочка молчала, всё так же непонятно глядя на него. - А может, ты немая? – спохватился Панас. – Что молчишь-то? Он осторожно подкрался к окну и оценил обстановку. Стая никуда не делась. Кажется, их даже стало больше! - Надо поискать выход. Мы тут не можем ждать, когда снорки придут нас есть. А патроны у меня закончились, отбиваться нечем. Так что, малышка, если тебе известен другой выход отсюда – лучше покажи его. Думаю, тебе тоже вряд ли охота быть съеденной снорками! - Снорки… не съедят… Ксану. – неожиданно проговорила девочка. – Снорки… братья. От удивления и неожиданности Панас едва не выронил АК. - Так ты всё-таки умеешь говорить! – и тут до него дошли её слова. – Погоди! Кто – братья? - Снорки… братья… Ксаны. Голос девочки был хрипловатым, говорила она с трудом, отрывисто и с паузами – словно человечья речь была ей не родная… или нечасто использовалась. - Снорки… не съедят. Снорки… ждут. Добыча… ушла… в нору. Стая… ждёт. Острозуб… ждёт. - Кто это – Острозуб? И чего ждёт? В мозг Панаса начала закрадываться мысль, что ему «повезло» наткнуться на сумасшедшего ребёнка. - Острозуб… вожак. Стая… ждёт. Ксана… приведёт… добычу. Стая… сытая. - Чего-чего?.. – протянул Панас. - То есть, ты хочешь сказать, что ты у них – приманка?.. – медленно уточнил он. - Ксана… нет. Ксана… снорк. В стае. Детёныш. Панас аж крякнул! Ну в самом деле! Сидит… то есть, лежит тут перед ним какая-то мелкая – в чём только душа держится! – пигалица и уверяет его, что она – снорк и член снорочьей стаи! Детён… И вдруг в его голове что-то щёлкнуло: шаман вспомнил странное поведение снорков снаружи и их слаженный ликующий вой в ответ на девчонкин боевой визг, когда она бросилась на него. А ещё – вспомнил байки, имевшие хождение среди сталкеров последние год - полтора. Про некое Дитя Зоны, или, как ещё называли его сталкеры, Маугли – человеческого ребёнка, непонятно откуда взявшегося в Зоне и каким-то непостижимым образом принятого к себе одной из снорочьих стай! Она сказала – «детёныш» - что ж, это существо и так тоже называли… Сталкер стиснул цевьё АК. Движение вышло каким-то судорожным. Получается, перед ним сейчас - это легендарное, полумифическое существо – Дитя Зоны?.. И, похоже, это Дитя, или как там её, на полном серьёзе собирается его, Панаса Жабенко, сдать своим кровожадным подельникам на обед! - А ху-ху не хо-хо? – довольно грубо, забыв, что перед ним всё же, какой-никакой, а ребёнок, поинтересовался шаман. - Что?.. - Я сказал – хренушки вам! Нашли добычу! Панас вскочил. Всё, хватит! Он и так тут просидел более чем достаточно! - Мне как-то по барабану, кто ты – снорк, Маугли, Дитя Зоны или ещё кто. – поделился он с девчонкой. – Если знаешь другой выход отсюда – лучше скажи. Детёныш не ответила, лишь слабо мотнула головой. Шаман плюнул. Ну не убивать же эту обормотку! Хоть и дикое – но всё-таки дитё… Какая-то мысль билась на дне сознания, но не могла найти выхода… - Хорошо. – терпеливо сказал Панас. – Тогда я сам его найду! Он повёл фонарём. Высветилось несколько оконных проёмов – естественно, тоже заваленных мусором. И ещё один дверной проём – обрушившийся. - Тут… нет… выхода. – прошелестел голосок Детёныша. Сталкер бросил на неё недобрый взгляд и снова поскрёб подбородок, решая, в какую сторону прокапываться, чтобы, с одной стороны, не рыть траншею через всю кучу, а с другой - не вылезти аккурат на обеденный стол у гостеприимной снорочьей засады. Главным блюдом на званом обеде! Вдруг боковое зрение уловило шевеление в том месте, где лежала девочка. Панас молниеносно развернулся. Детёныш, шатаясь и неуверенно переставляя дрожащие ручонки, ползла к единственному выходу из ловушки. То есть, к сноркам. - Ку-уда?! – рявкнул шаман и одним прыжком преградил ей дорогу. – Стоять! И схватил мелкую под мышки. Вроде и несильно схватил, однако, девчонка издала задушенный писк и… в очередной раз потеряла сознание! - Тьфу ты! – сплюнул раздосадованный сталкер. – А ещё снорком себя считает! Неженка! И как только такое чудо природы в Зоне выжило? И вдруг с улицы раздался треск автоматных очередей, крики людей и яростный вой снорков! - Ура!!! – воодушевлённо высказался Панас. Теперь оставалось ждать развития событий. Перестрелка была недолгой, очень скоро вой и визг тварей затихли где-то в отдалении: стая ретировалась. - Звонок, проверь дорогу! – послышался голос. - Твари могли засесть в другом укрытии! - Эй! – изо всех сил заорал Панас, вернувшись в комнату с окном, но благоразумно не подходя к нему. – Эй, люди! Судя по доносившимся во время боя крикам и специфическим речевым оборотам, можно было надеяться, что это – не военные и не бандиты. Возможно, какой-то из нарождающихся кланов… Снаружи послышался стремительный шорох и клацанье нескольких затворов. - Кто там? – проорали в ответ. - Одиночка! Патроны кончились, рация сдохла, снорки загнали сюда. Потом вы пришли… Я могу выйти? Снаружи зашушукались. Потом тот же командный голос рявкнул: - Выброси ствол в окно и вылезай! Но без самодеятельности! Панас пожал плечами: какая, к болотным ведьмам, самодеятельность – с пустыми-то рожками?.. Он отмотал от АК нож и направился к окну. Швырять верное оружие не стал – просто положил его на подоконник и аккуратно столкнул вниз. Буквально тут же под окном раздался шорох и быстрые удаляющиеся шаги. Так… стало быть, сразу за стеной его уже поджидают… - Кондор, всё путём, ствол и впрямь пустой! – доложил кому-то молодой голос. - Вылезай! – потребовал невидимый Панасу Кондор. Шаман медленно приблизился и уже было перекинул ногу через подоконник, но вдруг остановился. - Эй… - заволновались снаружи. – Ты чего? - Сейчас… - пробормотал Панас. - Минуточку!.. И вернулся туда, где лежала Дитя Зоны. Осторожно взял её на руки (та всё ещё была в отключке) и, уже не таясь, полез в окно. Разношёрстная компания, встретившая его снаружи («Свои… одиночки… Повезло!»), растерянно и один за другим опустила нацеленные на него стволы. - Это ещё кто у тебя? – удивился их командир. Панас хотел было ответить честно: «Да так, нашёл…», но вместо этого вдруг брякнул: - Дочь! Кондор – худощавый жилистый брюнет лет сорока - аристократично изогнул бровь и оглядел Панасову находку; чуть более пристально – её свежезабинтованный бок. Да и сам шаман только сейчас смог разглядеть её при нормальном освещении. Девочка была тощая, чумазая, босая и страшно запущенная! Одежонкой ей служили рваные остатки женского платья не по размеру и росту; грязные, неопределённого цвета, волосёнки сбились в невообразимый колтун, из которого торчали какие-то соломинки, листочки… - Н-дааа… - протянул Кондор, но от распросов и комментариев воздержался. В Зоне всякое случается. - Её украли. Долго искал. Снорки едва её не сожрали. – зачем-то счёл нужным внести ясность Панас и представился: - Зовите меня Жабой. Сталкеры переглянулись. Ну да, имя в Зоне за недолгое время её существования уже примелькавшееся! - Тот самый Жаба, что ли? – усомнился Кондор. – Шаман? - Тот самый. – кивнул Панас, поудобнее устраивая новоявленную «дочку» на руках. – Патронами не поделитесь? Я заплачу. …Компания направлялась не в ту сторону, что была нужна Жабе, да он бы с ними по любому не пошёл. Поэтому, купив у них патроны и кое-какой еды (пришлось расстаться с парочкой артефактов), он попрощался и пошёл своей дорогой. Ксана – и он это почувствовал – пришла в себя ещё во время разговора с коллегами, но не стала проявлять никаких признаков активности. Даже глаз не открыла. Но Панас ощутил, как сильнее, суматошнее забилось под его рукой сердечко маленького Детёныша, и как участилось её дыхание. Кажется, девочка не на шутку испугалась людей, но ничем не выдала себя, вот это выдержка! Зачем он вернулся за ней, зачем забрал с собой? Жаба, честно говоря, и сам не смог бы дать вразумительного ответа на этот вопрос. Кто она ему? Да никто! Какое-то полусумасшедшее – пусть и легендарное - создание, приёмыш снорочьей стаи… Дикий кусачий Детёныш, с трудом умеющий разговаривать и, кажется, совершенно не имеющий понятия о человеческой морали… Порождение неведомых родителей с радиоактивной Свалки… Для чего ему эта обуза, ведь отобрав её у стаи монстров и назвав прилюдно дочерью, он взял на себя ответственность её вырастить, воспитать, сделать нормальным человеком… По силам ли тебе это, Жаба, - сталкер-шаман, одиночка, постоянно пропадающий в Зоне и давным-давно забывший о своём прежнем доме там, за Периметром?.. … Много позже Панас поймёт, что, скорее всего, ему показалось неправильным, если эту малышку – хоть и, возможно, выросшую в Зоне и явно больше других людей к ней приспособленную! – бросить здесь. Одну, без защиты взрослых, раненую… Обречь на жалкое полузвериное прозябание – если выживет, или на безвременную гибель – не от монстров, аномалий или радиации, так от людей. Панас отнюдь не был сентиментален – даже наоборот. Но почему-то он не смог остаться равнодушным к судьбе этого чужого ему ребёнка. Не смог уйти. Вернулся за ней. Почему? Может быть, потому, что он был – взрослый, сильный, опытный?.. Мужчина, защитник?..