А ты думала в аниме попала?

      Очередная пустая бутылка вина отлетела в сторону, ударилась о стену залы, разлетевшись на тысячи осколков. Мрачный бог мёртвых, удобно развалившись в ногах брата, обвёл пьяным взглядом гору пустых бутылок и разочаровано икнул:  — Жаль, что в Академии очень мало пойла. Очень жаль.  — В Академии было достаточно выпивки, но тебе же нужно было обязательно выжрать всё в первый же день, — проворчал раздраженный Зевс, поведя плечами. Его очень злил тот факт, что брат посмел не только выпить все запасы Академии, но и обокрасть все тайники богов, так и не угостив владыку Олимпа даже капелькой лучшего вина, коньяка, ликёра, пива, самогона, саке, водки, виски и мартини. — Теперь ты понимаешь, почему я выгнал тебя из Олимпа, брат? Каждый раз, когда ты влюбляешься, а потом теряешь свою пассию, ты всегда выжираешь всю выпивку.  — Молчать, многодетный папаша! — вяло ударил кулаком по полу Гадес, пытаясь подняться и посмотреть на родственника свысока. — Я никого так не любил, как этого удода. И я намерен бороться за своё счастье до конца. Вот допью последнюю бутылку и вызову Геру.  — А она тебе еще зачем? — крякнул бог грома при упоминании своей первой жены.  — Будем вместе пить, и говорить, какие мужики козлы, — гордо заявил бог мёртвых.       Зевс только головой покачал. В очередной раз он убедился, что не стоит наливать брату, когда у него крыша едет от горя.       За следующие полчаса терпение верховного бога Олимпа лопнуло настолько, что тёмного бога пинками пришлось выгонять через окно главной залы. Нет, Зевс был готов терпеть пьяные бредни брата, его сопли, причитания и угрозы уничтожить всё вокруг, но когда тот начал бегать по залу с криками, что отдаётся в добрые руки бог мёртвых, тут у Зевса нервы не выдержали. Он хоть и младше своего мрачного братца, но всего за пару часов успел обрасти новой порцией седины.       Убедившись, что Гадес хорошо приземлился прямо на голову Тоту, владыка Олимпа бережно закрыл окно и вернулся к просмотру любимой «Санта-Барбары», которую не может досмотреть вот уже четыре года подряд.       Привычно восседая на подоконнике рядом с Кусайноги, Локи нервно покусывал ноготь на большом пальце правой руки, из-за чего часть черного лака слезла. Сейчас он был между двух огней. Если всю неделю ему удавалось делать вид, что всё отлично, то теперь он сомневался в правильности своего решения. Робко посмотрев на Юи, которая хлопала ресницами, словно пыталась взлететь и давила огромную счастливую лыбу, бог огня перевёл взгляд на мрачных и угрюмых остальных божеств, что вокруг них столпились.  — Локи, ты ведь понимаешь, что мы можем стоять здесь целый день? — больше всех хмурился Аполлон. Он бесился, что его Феечку посмели отнять. — И мы не уйдём, пока ты не исправишь ситуацию.  — Вот именно! — подал голос Дионис, у которого нервно дёргался глаз. — Если так пойдёт и дальше, то наступят тёмные для всех нас времена. Выпивка навсегда исчезнет из нашей жизни. Ты хоть понимаешь, что это значит?! Нам нечего будет бухать!  — Пьянсус-сан, хватит драматизировать, — попыталась немного разрядить атмосферу Юи.  — Не хватит, Юи! — внезапно грубо заговорил с ней встревоженный Бальдр. — Закуска к выпивке тоже была уничтожена! Локи, сделай что-нибудь.  — Я вот не пойму, а чего вы все так паникуете? — вопросительно вскинул бровь Цукито, всё еще изображая камень.  — Бухло пропадает! — дружно крикнули все боги.  — Локи, если ты сейчас же не исправишь ситуацию, то я сам лично сброшусь с обрыва, — принялся угрожать Бальдр.  — Вперёд и с песней, — фыркнул бог огня, отвернувшись. - Нет, я петь не буду, — начал строить обижинку северный бог света. – Я, молча спрыгну.  — А давайте лучше кофе попьём? — предложила с надеждой Кусайноги. — С пирожными? - Ага, щас, — проворчал Тор. — Кофе тоже весь выжрали. И пирожное тоже. - Кто? — тут же встрепенулись японские боги. - Ну, Тот выхлебал все запасы кофе, уверяя, что грекам ничего не должно достаться, а пирожное съел Зевс, — пожал плечами бог грома. — У них нервы.  — Было бы из-за чего, — теперь настала очередь Юи обижаться. Она так хотела устроить сегодня романтический вечер с Локи за чашечкой кофе. Похоже, придётся пить обычный чай. С чипсами, вместо пирожных.       Боги могли бы еще долго препираться, наезжая на Лаватейна, если бы не проходивший под окнами Тот. Нечто, с криком «Ай белив, ай кен флай» рухнуло прямо на голову египетскому богу, едва не убив его. Боги и смертная тут же поспешили выбежать на улицу, чтобы убедиться в гибели и серьёзной травме ненавистного препода. Но их ждало разочарование. Тот не только оставался жив, но и грязно матерился, пытаясь сбросить с себя растрёпанное и разящее алкоголем нечто, которое мёртвой хваткой впилось в египтянина и, вырывая волосы из его головы, причитало: «любит — не любит».  — Дядя, ты живой? — сделав шаг вперёд, Аполлон тут же отступил назад. Уж слишком разило перегаром от любимого дядюшки.  — Не любит, — не обращал на них внимания бог мёртвых, продолжая рвать волоски на голове Тота.  — Да слезь ты с меня уже! — орал и крутился во все стороны египетский бог. — Мало того, что чуть не убил, так еще и прическу мою портишь. Смертная! Чего ржешь? А ну быстро подошла и помогла мне снять этого алкаша. Что б я еще хоть раз в жизни согласился сотрудничать с греками.       Юи поспешно спряталась за спиной Локи, испуганно поглядывая на учителя и того, кто продолжал сидеть у него на шее, не обращая внимания на присутствующих.  — Локи, — Тор толкнул бога огня в плечо и кивком указал на пьяную в жопу «проблему». — Ты эту кашу заварил, ты и будешь всё исправлять.  — Вот именно! — тут же закивал Бальдр. — Иначе я покончу с собой. - Эх, скорее бы уже, — вздохнул Такеру, скрестив руки на груди. За что тут же был одарён злобными взглядами самого Хреньполного и Кусайноги.       Тяжело вздохнув, Локи сделал шаг вперёд. Он не привык перед кем-то извиняться, но сейчас было самое подходящее время, чтобы нарушить свои принципы. Сжав кулаки, и всё еще сомневаясь в своём решении, он сделал еще несколько шагов вперёд. Затаившие дыхание боги и смертная наблюдали за ним, ожидая дальнейших действий.  — Прости, — еле слышно сказал Лаватейн, поджав нижнюю губу. Гадес сразу же оторвался от своего занятия и сфокусировал пьяный взгляд на красноволосом юноше. Облизнув внезапно пересохшие губы, Локи продолжил. — Прости, что так подло поступил. Я должен был поступить иначе. Но я не был уверен, что ты захочешь меня слушать. Честно сказать, я и сейчас не уверен, что ты выслушаешь. Но позволь мне хотя бы объясниться.       Гадес склонил голову на бок, неохотно слез с Тота и подошел ближе к богу огня. Египтянин облегчено выдохнул, бросив укоризненный взгляд на странную парочку. Остальные боги продолжали хранить молчание. Даже Юи взволновано наблюдала за происходящим. Атмосфера настолько была пропитана драмой, что где-то вдалеке заиграла сопливая музыка из какого-то фильма.  — Продолжай, — хриплый голос бога мёртвых выдавал его гнев, а горящие бешеным блеском алые глаза и вовсе намекали, что сегодня не обойдётся без жертв.  — Я… — Локи запнулся. Так тяжело просить прощения и сознаваться в своих грехах. — Я очень боялся, что после кое-чего ты не захочешь меня видеть, поэтому решил, что нам нужно расстаться. - Эй! — возмутилась Кусайноги, чем вызвала возмущенное шиканье со стороны богов; выглядывающего из окна Зевса и всех душ Академии, что запаслись платочками и приготовились рыдать, наблюдая за интересной драмой. — А как же я? Ты же клялся мне в любви!  — Т-ш-ш-ш-ш! — дружно шикнули зрители.  — И что это за «кое-что»? — вопросительно вскинул бровь бог мёртвых. — Говори, Локи. Не стесняйся.  — Понимаешь, — щеки бога огня запылали от стыда.       Все приготовились узнать страшную тайну, которая заставила Лаватейна совершить опрометчивый поступок. Боги практически вплотную окружили двинутую парочку, Зевс практически целиком высунулся из окна, а души дружно навострили уши.  — Я раздавил твоих опарышей!       Заявление Локи вызвало у присутствующих немой шок. Побледнев, они ожидали гневной тирады со стороны Гадеса и чьей-то смерти, но явно не того, что произошло в следующую секунду. Мрачный и злой бог мёртвых, мгновенно протрезвев, смягчился в лице и зашелся истеричным смехом.  — Локи, ты дибила кусок, — ржал как ненормальный Гадес, обняв своего красноволосого тупика за плечи.       Все дружно выдохнули. Зевс чертыхнулся и сплюнул, души стали перешептываться, боги нервно захихикали. Вот только Бальдр и Юи мрачно молчали.  — Как же хорошо, что выпивка теперь будет цела, — прослезился Дионис.  — Ты на меня не злишься? — шокировано смотрел на Гадеса Лаватейн, хлопая глазами. — Я ведь убил твоих любимых опарышей.  — Любимый мой идиот, ты случайно не наступил ли на ту кучку белого нечто возле кресла в углу? — продолжая улыбаться, уже нежно мурлыкал тёмный бог.  — Ну да, на это, — честно сознался Локи. — А что?  — Это не опарыши, — алые глаза бога мёртвых смотрели на рыжего с любовью.  — А что тогда? — не выдержал любопытный Тор.  — Это я вчера случайно блеванул, но забыл убрать, — пожал плечами Гадес. - Чо? — выпучил глаза Локи, отстранившись. — Блеванул? Это что же ты такое жрал, что в этой жиже черви плавали?  — Да так, меня Тот угостил касу марцу», а оно видимо не пошло.  — А сразу сказать об этом нельзя было?! — у несчастного бога огня началась истерика, и он теперь тряс любимого за плечи.  — А ты и не спрашивал, — проворчал Гадес.  — Да кто же в здравом уме будет оставлять блевоту на месте и не предупредит об этом?  — Моя комната. Где хочу, так и блею.  — Ты еще насри посреди комнаты!  — Если надо будет… - Что?! Ты в своём хоть уме?! - Фух, — облегченно вздохнул Бальдр, робко улыбаясь. — Значит, меня никто не станет убивать за то, что я вчера выкинул в унитаз из какой-то банки этот самый касу марцу.       Спорившие Гадес и Локи замолчали.  — Из банки? — бог мёртвых отодвинул в сторону Лаватейна, приблизился к Хрингхорни. — Я никогда не хранил еду в банках. Только…  — Кому-то пизда пришла, — констатировал факт Такеру.  — МОИ ОПАРЫШИ!!! — в бешеной ярости Гадес набросился на бога света, но тот успел увернуться. — Я убью тебя! Разорву на части и по кусочкам скормлю своим крошкам! Немедленно вернись, трус! Ты ответишь за моих милашек!  — Спасите! — истошно орал Бальдр, улепётывая со всех ног от разгневанного любителя личинок.  — Меня бросили! — решила подключиться к общему крику Юи, выражая своё горе. — Я вас всех ненавижу, пидары! Ни одного натурала нет!  — Феечка, я люблю тебя! — пытался успокоить её Аполлон, вместе с остальными богами поспевая за богом мёртвых и богом света, чтобы не пропустить всё веселье. Но Юи почему-то не услышала его слов.       Когда они выбежали на опушку, то имели честь наблюдать, как Бальдр стоит на самом краю обрыва, а в нескольких метрах от него стоит злобный Гадес. Первый дрожал от страха и грозился прыгнуть вниз, а второй только поддакивал, сподвигая Бальдра всё же сделать шаг вниз. Стоявший в стороне Локи, искренни радовался, что ему удалось избежать гнева своего возлюбленного, иначе судьба его была не завидной.       Юи отрешенно наблюдала за перебранкой двух богов, погруженная в свои мысли. Она вспоминала все свои неудачи и с трудом сдерживала слёзы. Как и все девушки её возраста с такими же мыслями и взглядами на жизнь, она хотела всего три вещи в этой жизни: сделать из гея натурала, влюбить в себя всех мужиков, как в гаремных аниме и отоме, а потом завести кучу детей и прикрываться ими, чтобы не работать. Но все мечты рухнули, а всё из-за богов, которые никак не хотели натуралиться и влюбляться в неё.       Сжав кулаки и кусая губы, она смотрела на Бальдра, который строил из себя псевдо-суицидника. Он, как и Аполлон был добр и внимателен к ней. Он признавался ей в любви и всегда переживал о ней. Так же, как и Аполлон. Но беда была в том, что самой Кусайноги было мало лишь двоих парней. Она хотела влюбить в себя всех богов, но не вышла. И сейчас, когда есть возможность довольствоваться лишь богами солнца и света, она должна сделать всё, чтобы удержать хоть одного из них рядом с собой. - Нет! — крикнула девушка, кинувшись к богу света. — Бальдр, я люблю тебя!       Слёзы потекли по щекам. Она уже представляла, что со стороны выглядит, как героиня романтического аниме. - Юи? — Бальдр удивлённо смотрел на неё.  — Феечка, стой! — встревожился Аполлон.       Бревно-тян собиралась упасть богу света прямо в объятия, но вместо этого запнулась о собственную ногу, не удержала равновесия, толкнула Бальдра и они вместе полетели вниз с обрыва. В полёте, смертная успела прижаться к богу света и потянулась к его губам. Если им суждено умереть, то пусть они умрут, как двое влюблённых. Примерно так думала девушка, пока Бальдр орал как резанный и не давал себя поцеловать.       Столпившиеся у самого края боги, наблюдали как двое летят прямо в море. Когда же пара упала в воду, все дружно ахнули. - Ну, наконец-то, — озвучил мысль большинства Такеру. — Теперь можно и расслабиться.  — Кто хочет выпить? — предложил Гадеса, пнув с обрыва маленький камень. - Я! — дружно выкрикнули боги, быстро забыв о свалившихся в море Бальдре и Юи. POV Юи.        Меня отбросило волной в сторону. Ну блин. Не хватало мне еще синяков и царапин на спине!       Отряхиваясь, поднимаю голову к небу. Столп золотистого света исходит из земли и устремлён в самое небо, напоминая своим видом какое-то дерево. Именно там, в стволе светового дерева заключен Бальдр.  — Феечка, здесь не безопасно! — Аполлон подбегает ко мне, берёт за руку и наклоняется совсем близко. — Тебе нужно где-нибудь укрыться, пока мы не остановим Бал-Бала.       Он говорит это с такой серьёзностью, что у меня по телу пробегает стая мурашек. Невольно мой взгляд перемещается вниз. Его губы так близко от моих. Это так волнует. Я хочу, чтобы он меня поцеловал. В конце-то концов, это должно же хоть раз случиться за всё это время!  — Аполлон, — трепетно шепчу я, глядя ему в глаза и стараясь изображать сексуально-невинный вид. Уверена, он всё поймёт. — Мне так страшно. Прошу… я… - Юи, сейчас не время для этого, — грубо отрезал бог солнца, отпустив мои руки. Он ухватился за свой галстук, надеясь сорвать его, но случайно чуть не задушил себя. Галстук плотно обвил его шею, больно впиваясь в кожу. Закашлявшись, Аполлон выругался, уже осторожнее снял его, повесив на какую-то ветку от дерева.       Это что? У нас там Бальдр готовится разъебать всё вокруг, а этот кретин решил устроить стриптиз? Не, ну, а чебы нет? Сейчас такая ситуация, что всё может быть в последний раз. Аполлон встаёт подальше от меня, расставляет ноги на ширине плеч и вскидывает правую руку к небу:  — Солнечная клизма, дай мне ИГИЛ!       В одно мгновение, его, аки Сейлор Мун объяло солнечное свечение, сжигая на нём одежду и в замен даруя белую занавеску с дешевой бижутерией. Волосы Аполлона стали длиннее и я оглянуться не успела, как за его спиной выросло целое войско чуваков в черном из ИГИЛа, которые тут же ринулись к световому дереву с криком:  — БананМакак!       Вместо бомбы они взрывали на себе бананы и громко кричали, что так будет с каждым. Мне оставалось лишь недоумённо смотреть вслед странным людям и богу солнца, взлетающего с помощью горящего пукана.       О святая задница Френка, я надеюсь, что всё хорошо закончится…

***

      Тряхнув головой, Юи удивлённо посмотрела перед собой. Знакомые стены родительского склада заставили её подпрыгнуть от неожиданности. Недоумённо озираясь и ища взглядом меч, который отправил её в Академию, она пыталась разобраться в происходящем. В голове творился бардак из мыслей и воспоминаний. - Сон? — вздох разочарования сорвался с губ девушки. — Это был всего лишь сон?       Выбежав на улицу, она еще раз убедилась, что находится дома. Никакой Академии, учеников и богов вокруг не наблюдалось.  — Так не честно, — всхлипнула Юи, на негнущихся ногах продвигаясь вперёд. На глаза навернулись злые слёзы, мешая видеть, куда она идёт. — Это не могло быть сном. А если и было, то я хочу заснуть навсегда. Аполлон… Бальдр и остальные. Я хочу… Я должна…       Ничего не видя из-за слёз, Кусанаги не сразу заметила ступеней и полетела вниз. Ударяясь всем телом о камни, она тихо вскрикивала, думая лишь о том, что жизнь слишком не справедлива к ней.       Внезапно раздался хруст. Боль, пронзившая шею, заставила её расширить глаза и вскрикнуть. Всего мгновение она слышала полный ужаса крик матери и тревожный голос отца, а затем наступила тьма…

***

- Юи? — тревожный голос звал её из объятий тьмы. — Прошу тебя, Юи, очнись.       Пошевелившись, девушка осторожно открыла глаза. Её тут же ослепил яркий свет, исходящий от троих богов. Медленно сев и протирая глаза, она неуверенно посмотрела на столпившихся вокруг Аполлона, Бальдра и Зевса.  — Я снова сплю, — грустно улыбнулась смертная, обводя знакомых богов печальным взглядом. - Нет, это не сон, Феечка, — ласково ответил Аполлон, обняв её за плечи.  — Если бы это был сон, то ты бы обязательно проснулась, — в голосе Бальдра почему-то присутствовали нотки грусти. — Но ты больше никогда не проснёшься, Юи.  — Почему? — удивлённо вскинула бровь Кусанаги, предчувствуя что-то не хорошее.  — Это больше не имеет значения, Кусанаги Юи, — вмешался Зевс, кашлянув в кулак. — Теперь твой дом здесь, среди богов. - Что? Это шутка? — не верила своим ушам девушка. Сейчас она мало чему верила, не совсем различая, где здесь сон, а где реальность. — Но почему? Что произошло такого, что я теперь буду среди богов?  — Ты выполнила свою миссию в Академии, — спокойно говорил владыка Олимпа. — И в благодарность за все труды ты теперь можешь стать одной из нас. Богиня внезапности. Все неожиданности, что будут случаться в мире смертных, теперь будут случаться по твоей воле. Готова ли ты принять эту ношу?       Зевс протянул ей руку. Юи робко посмотрела на нежно-улыбающихся Аполлона и Бальдра. В них она не могла сомневаться и знала, что они всегда желают ей лишь добра.  — Я готова, — ответила девушка, вложив свою руку в ладонь верховного грека. Встав с постели, счастливо улыбаясь, она пошла вместе с ними, не желая оглядываться. Идя в компании светлых богов, она думала о том, что ждёт её впереди, и постепенно удалялась от собственной могилы, где стояли еще совсем свежие цветы от родных.