А ты думала в аниме попала?

POV Юи - Афродита? - повторил бог мёртвых. Его окружала зловещая черная аура. - Ты призвала... Афродиту?       Мамочки, что-то мне страшно стало. Я же сейчас второй раз за день начну какаться в труселя. Испуганно икнув, быстро кивают, стараясь незаметно отступить назад. Мало ли. А вдруг этот псих на меня нападёт? - И как ты это сделала? - спокойный вкрадчивый голос и злые красные глаза.       Бля, спасите меня! Где одеялко? Разве не о нём ходят легенды, что если им накрыться, то чудовища тебя не достанут? - Язык проглотила, смертная?! - рыча, Гадес схватил меня за ворот белоснежной блузочки, притянув к себе. Я испуганно смотрю ему в глаза, стараясь прикинуть, как же мило я должна выглядеть со стороны. Уверена, что это очень сексуально. Может мне удастся своим щенячьим взглядом пробудить в нём гетеросексуальные чувства?       Я подалась вперёд, заворожено глядя в эти странные глаза. Боги, всё же эти глаза прекрасны. Серьёзно. Если их увидеть в темноте, то можно мгновенно избавиться от запора. Намного лучше, чем слабительное! Мамой клянусь!       И вот, я чувствую, как мне в живот упирается нечто твёрдое. Удивлённо вскидываю бровь. Неужели? Счастью моему нет предела. У него встал на меня! Хвала Афрописе! То есть, Афродите. Не суть. - Гадес... - стараюсь сделать невинно-сексуальную мосечку. Думаю о самых развратных вещах, из-за которых щеки начинают краснеть. Провожу кончиком язычка по своим приоткрытым губам, наблюдая за реакцией тёмного бога. - Я... это...       Опускаю глазки. Как бы невзначай провожу рукой по выпирающей из штанов части. Божечки, да эта штука такая толстая и длинная. А еще твёрдая, как камень. Обхватываю напряженную плоть ручкой. Хм, странно. Какие-то пупырышки. Модифицированный член? - Это... - поднимаю на Гадеса глазки. - Он такой... большой... - Что ты несёшь, смертная? - сверкнул глазами бог мёртвых, отпуская меня. - И оставь мою кукурузу в покое!       Кукурузу?! о.о" - Мужчины такие забавные, - стараюсь сдержаться, чтобы не начать смеяться. - Так любят давать названия своим «дружкам». - Вообще-то это действительно кукуруза, - округлил глаза брюнет, засунув руку в карман брюк и достав оттуда... КУКУРУЗУ?! Самую настоящую! Я никогда еще не была так разочарована. - Да что у греков за мания носить продолговатые овощи в карманах? - фыркаю, отворачиваясь. Это же надо. Вначале Аполлон с его огурцом, а теперь этот. Куда катится этот мир?! - Сейчас не время для таких вещей, - схватив меня за шкирку и оторвав от земли, как котёнка, Гадес потащил меня в библиотеку. Мне оставалось лишь пофыркивать и проклинать весь мужской божественный род. Сволочи! Изверги! Эх, этого я не стану рассказывать своим подругам, а то засмеют.        И пока я придумывала, что же я на самом деле скажу своим одноклассницам, правитель Подземного царство привёл меня в библиотеку. Продолжая удерживать меня как котёночка за шкирку, он подошел к столику, где лежала золотая табличка с половыми органами, взял её в руку и... Разбил. Да-да, этот идиот разбил табличку, кинув её на пол.       И только я собиралась возмутиться, что руки у него из жопы, как тут же появилась знакомая мне ракушка, заиграла миленькая песенка и перед нами возникла сама Афронига. Блин, Афродита. - Можешь не благодарить меня, смертная, - даже не удостоив нас взглядом, богиня секасности и любви продолжила подпиливать свои кривые ноготочки. - АФРО-ДИ-ТА! - прорычал Гадес, отпустив меня.       Из-за него я шмякнулась на пол, издав пронзительное "бля-ня" и отбив попку. Больно же! - О, дядюшка! - тут же обратила на нас свой взор Афродита, покинув свою ракушку. - А я так молила мойр, чтобы больше никогда тебя не видеть. Видимо эти дуры всё опять перепутали. Чем обязана?       И Гадес объяснил. И показал. Честно сказать, если бы это была передача на телевизионном канале, то кроме звуков "пип-пипи-пип", мы бы ничего не услышали. Так что пока он объясняет, в чем дело, я буду работать Цензурой! - Да эта пип пип пипип! К пипи капибара пип пип пип пип! Пип капибара! Пип! Ты - капибара пип! Живо исправляй всё к пип! Иначе я тебя пип пип, пип пип пип, пип пип, пип пип ,пип пип и еще пип, пип пип пип? Поняла, капибара пип?       И что вы думаете? Правильно. Я тоже ни хера не поняла. - Зачем же столько запикивающих звуков? - ужаснулась Афродита. - Хорошо, я постараюсь всё исправить. Но а вообще, как богиня любви я против того, чтобы какой-то бог с пожизненным недотрахом, будучи женатым на своей правой руке, смел мне указывать. Я всего лишь хотела помочь старой деве.       Женат на своей руке? А я думала, что это только в кино бывает. Стоп. - Эй, я не старая дева! - возмущаюсь, но меня никто не замечает. Козлы! И Афродита тоже козёл! - В общем, чтобы снять действие стрел любви, нужно выстрелить в них вот этими стрелами, - и богиня любви протянула Гадесу колчан с буро-зелёными стрелами, над которыми летали навозные мухи, и воняло чем-то отвратительным. - Ты в этом уверена? - скептически смотрел на стрелы бог мёртвых. Он достал одну стрелу из колчана и недоверчиво посмотрел на наконечник. Да, это больше было похоже на ёршик от унитаза, чем на стрелы. И на них было что-то подозрительное коричневое. - Ой, у меня дела! - тут же отмазалась богиня, забравшись в свою ракушку. - Всем пока!       И она исчезла. Без песни. Это странно. - Тебе не кажется, что нас наебали? - Гадес страдальчески посмотрел на меня, словно это я ему эти ёршики в говне подсунула. - Не понимаю, о чем ты говоришь, - зажимаю носик пальчиками. Как же воняет. Жуть. - Что будем делать? - Спасать богов от розовых сопель!       Ого. Как же уверено и героически это звучит.       И вот, не понятно почему, но колчан ос стрелами-ёршиками оказался у меня за спиной. Да, святая миссия по спасению богов поручена мне. Интересно, что же будет делать сам Гадес? А он вооружился мобильным телефоном и приготовился снимать всё происходящее на камеру. Ах, он решил увековечить мои подвиги. Интересно, как же меня будут потом называть после этого? Юи Отважная? Юи Прекрасная? Юи - королева воинов? Или... - Бревно-тян - королева туалетов, - буркнул бог мёртвых. - Хам! - обиженно отворачиваюсь от него. Вот же гадина с глазами от запора.       Мы обыскали почти всю Академию в поисках наших богов. Их не было ни в саду, ни в зале, ни в столовой, ни у киоска. И тогда нам пришлось отправляться в их комнаты. И первой нашей целью стала комната с приоткрытой дверью. Покои скандинавских богов. И из приоткрытой двери доносятся странные звуки. *** - Аааах... как же хорошо.... ааах... еще... Прошу, еще! Да, это так приятно... Ты просто.... ааах... Зверь!       Бревно-тян замерла у двери, округлив от шока глаза. Нет, она пока не видела того, что там происходит внутри, но по голосу определила, что кайфует Бальдр. Перевела взгляд на спокойного Гадеса, который настраивал камеру в мобильнике. Он молча кивнул, и девушка с боевым кличем пнула дверь ногой. Дверь не сдвинулась с места, а вот смертная отбила себе ногу. - Ты безнадежна, - пробормотал грек, открывая дверь шире.       Они зашли в тот самый момент, когда Бальдр странно изогнулся, простонав собственное имя. Его тело содрогнулось от судорог. Он откинулся на кровать и блаженно прикрыл глаза. - Эм... А почему зеркало в птичьих какашках? - Юи кивнула на зеркальную гладь, заляпанную чем-то подозрительно белым. - Меньше вопросов, больше действий, - Гадес снимал пикантную картину на мобильник. - Выпускай стрелу.       Кивнув, и чувствуя себя просто каким-то секретным агентом, смертная выпустила первую стрелу-ёршик. И чтобы не промахнуться, она подошла к Бальдру так близко, что перемазанный в чем-то коричневом ёршик коснулся его волос. Она отпустила тетиву, но стрела не выстрелил. Не пробила череп скандинава. - Да твою же мать, - выругавшись, девушка взяла стрелу и треснула ею по лицу бога весны.       Буро-коричневый туман окутал блондина. Мухи усердно зажужали, а туман заставлял глаза слезиться. Вонь была такая же, как и в общественном туалете.       Откашливаясь и поминая Афродиту всеми «хорошими» словами, Гадес и Юи спешно выбежали в коридор. - Что за вонь!? - бушевал пришедший в себя бог весны. - Почему зеркало в странных разводах? Почему у меня штаны спущены? А почему у меня на лице и волосах шоколад? Послышался странный звук, словно кто-то облизывал пальцы. - М-м, горьковатый шоколад! - раздался восторженный голос Бальдра.        Юи округлила глаза. Поморщилась от отвращения. Гадес прыснул со смеха, продолжая снимать всё на камеру. - Если так и дальше пойдёт, то в эту пятницу мы сможем посмотреть хороший трэшак.       Переглянувшись, они отправились спасать остальных богов.       Остальные боги, как оказалось, тусовались в бане.       Цукито и Такеру всё так же пытались заполучить в свои сети Аполлона, который усердно рвался к Тору. Тор и Локи в бассейне дрались между собой, решая, кому же достанется Тот, пока сам Тот домогался Диониса. - Аполлошенька! - в один голос верещали японские боги, перетягивая бога солнца между собой. - Ну же, скажи, кого любишь больше! Мы тебя никуда не отпустим! - Торушка! - кричал Аполлон, умоляюще глядя на бога грома. - Спаси!       Всплески воды в бассейне. Два скандинавских бога пытались утопить друг друга. - Ты не получишь Тота! - рычал Локи, опрокинув на собрата ведро с холодной водой. - Это ты его не получишь! - в ответ Тор ударил его банным веником по груди.       Рядышком Тот зажимал в угол бассейна перепуганного Диониса. - Чего же ты так зажимаешься, бог виноделия? - интимно шептал беловолосый египтянин.       И пока Бревно-тян округляла глаза, пребывая в шоке и возмущении, Гадес так сильно сжимал в руке мобильник, что казалось еще немного, и он его сломает. Бог мёртвых был зол. И его злой взгляд метался от Локи до Тота и наоборот.       Удар деревянным ведром по голове оглушил Тора, едва не отправив бога грома на дно. С победным криком, Локи метнулся к Тоту, набросился ему на шею, крепко обнимая. - Аха! Теперь ты мой! - довольно возвестил бог огня, стискивая блондина в своих руках.       Тот попытался оттолкнуть его от себя, разжать его руки, чтобы не задохнуться. Воспользовавшись моментом, Дионис быстренько поспешил скрыться от взора богов. - Это отвратительно, - фыркнула Бревно-тян, - Проклятые гомосеки. - Кастрирую! - прорычал Гадес, отпихнув в сторону девушку. Окутанный черной аурой, он направился к бассейну.       Сглотнув и чувствуя, что сейчас будет что-то ужасное, Юи тут же потянулась за стрелами. Воинственно вышла из своего укрытия и натянув тетиву. - Разлюбите или умрите! - крикнула она, чем привлекла всеобщее внимание. - Нет, дура! Не сейчас! - попытался остановить её Гадес, но было поздно.       Стрелы-ёршики одна за другой устремились в богов. Зловонное буро-коричневое облако тут же заволокло собой всю баню. Мухи усердно жужали. Все откашливались от зловония. Протирали глаза, пытаясь избавиться от слёз. Сама же Кусайноги теперь пожалела о своей несообразительности. Вытяжка в бане давно не работала, а помещение было не таким уж и огромным. Так что задыхайся теперь! - Что за вонь? - Бля, ребят, кто насрал в бассейн? Признавайтесь. - Отпусти меня, Херадел! - Сам меня пытался изнасиловать, извращенец! - А почему Анубис пытается стянуть с Гадеса трусы? - Что?! - Не трогай моего Анубиса, грек! - Не трогай моего Гадеса, египтянин! - Бревно!