Супруг Бога

Наутро я не сразу понял, где нахожусь и кто обнимает меня, прижав к себе, словно плюшевую игрушку. Но потом, когда меня начали обнимать и тискать и прозвучал знакомый голос: - Проснулся, хороший мой? – я вспомнил всё. И начал неотвратимо краснеть. Нет, как поётся в одной песенке, «я уже не девочка, и всё мне нипочём», но от того, что вытворяли мы с Артолом пришли бы в некоторое смущение и почётные деятели немецкой киноиндустрии, из тех, что снимают фильмы про сантехников, садовников и чистильщиков бассейнов. - Ну, что ты? – мягко спросил Артол, обнимая меня и коснувшись губами виска. – Я тебя люблю… Теперь всё будет хорошо. И тут у меня не в добрый час пробудилось воспоминание о руднике, вызвав невольную дрожь. Артол ведь ещё не знает, что со мной произошло. А вдруг он после моего рассказа начнёт меня презирать? Ведь я… - Даже не думай, - быстро сказал Артол, - это я должен просить у тебя прощения за то, что не смог защитить от козней Тальяны. - Ты… знаешь? - Звезда рассказал мне, пока ты спал. Знаешь, когда Лотар создавал этот амулет, он не учёл, что на Нирее существуют зоны, подобные Хорибским рудникам. Так что в этом есть и доля его вины. Прости. Прости… И… - Что? - Этот камушек не на шутку привязался к тебе. Обещал наподдавать мне, если я обижу тебя. - И наподдаю! – воинственно выдал Восьмая Звезда. – Вот только попробуй обидеть Сёмочку! - Ой! – пискнул я. – Звезда же видел, как мы… ночью… - Если бы, - ворчливо отозвался камушек, - этот рыжий заставил меня ослепнуть и оглохнуть… на время. А жаль. Я бы, может, кое-что и подсказал. Я представил себе, как мы с Артолом занимаемся любовью под указания ретивого амулета, и заржал в голос. Спустя некоторое время ко мне присоединился и Артол, а потом… потом я тихо прошептал: - Артол… выключи его ещё разочек, а? - Зачем? – ехидно улыбнулся рыжий. - Хочу тебя… - отозвался я, умудрившись не покраснеть ещё больше, хотя больше было, похоже, некуда. Артол тут же кивнул, сгрёб меня в охапку… короче, наш подъём был очень и очень поздним. Наверное, я выглядел глупо донельзя, потому что всё время улыбался и никак не мог заставить себя отойти от Артола дальше, чем на три шага. Да и он, похоже, не хотел отпускать меня. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем мы смогли привести себя в порядок, посетив огромную роскошную, как и всё в этом дворце, купальню. А пока мы наслаждались комфортом, невидимые слуги успели прибраться в комнате и оставить для меня и Артола одежду и обувь – причём всё точно по мерке, как на нас и сшито. В общем, правильно – рассекать по дворцу в остатках набедренной повязки мне больше не хотелось. Так что я с удовольствием натянул джибу из тонкого белого полотна, светлые льняные штаны с завязками на голенях и лёгкие сандалии, состоявшие из одной подошвы и ремешков. Посмотрев на себя в огромное зеркало, я решил, что бывали дни, когда я выглядел куда хуже, и в целом остался доволен. А уж Артол… Вот кто выглядел настоящим красавцем, за право снимать которого в рекламе передрались бы в моём мире все модные журналы. Ну, да, хоть он и половинка Бога, но ему по штату положено быть вечно юным и прекрасным. А вот мне такое точно не светит. Артол лукаво посмотрел на меня и расхохотался: - Опять ты там чего-то себе напридумывал? - Я подумал, что ты бессмертный красавец, а я лет через двадцать стану седым и толстым. И ты меня разлюбишь. Тут бессовестно заржали оба – и Артол, и Звезда. А потом Звезда выдал: - Сёма! Балда ты этакая! Ты ж Предназначенный! Станешь Супругом Бога – обретёшь бессмертие. А выглядеть будешь так, как сам захочешь! - Прежде, - невозмутимо заметил Артол, - неплохо было бы до конца исполнить Предначертанное. Я и Толар должны воссоединиться. И наше время на исходе. Тут в дверь заглянул вреднючий Дух и поинтересовался, сыты ли мы одной любовью или всё-таки готовы подкрепить свои силы чем-нибудь более материальным. Мой желудок тут же потребовал этого самого более материального, и под грустным взглядом Духа я был вскинут на плечо и притащен в огромное помещение, служившее в этом дворце столовой. Так на огромном круглом столе было расставлено множество блюд, кувшинов, тарелочек, соусников, бокалов и прочего. И всё это было не пустым – запах от кушаний поднимался такой, что мой несчастный желудок заворчал ещё сильнее. А за столом уже обреталась вся честная компания, вероятно, ожидавшая только нас. Ехидна Литти тут же заявил: - Ну, вот, хорошо хоть, к обеду появились. Я уж опасался, что только к ужину. Литти получил щелбана от Нанэри, а Артол, усадив меня в мягкое, обитое зелёным бархатом кресло, тут же откликнулся, что кабы не срочные дела, то друзья не дождались бы нас не только к ужину, но и к завтраку следующего дня. Мне же достался поцелуй в щёку, заставивший меня вновь покраснеть и заулыбаться. Да что это со мной? Блин, просто как глупая красотка из любовного романа – таю, как последний снег под жарким солнцем. Э, нет, так не пойдёт. Нужно срочно включить мозги. Поэтому от следующего поцелуя я увернулся и поинтересовался, что мы намерены делать дальше, ведь времени у нас становится всё меньше и меньше. Сидевший напротив Зикр одобрительно кивнул, а Артол сказал: - Необходимо отправиться в безвременье. Туда, где заключён Толар, и освободить его. Я кивнул: - Всего-то? Отправиться туда, откуда нет ни входа, ни выхода, и освободить того, кто там заключён долгие века. Проще простого. В это время народ стал потихоньку приступать к обеду, и я с удивлением отметил, что стоявшие перед каждым тарелки плавно поднялись с мест и поплыли по воздуху, по пути наполняясь разнообразными кушаньями. - Ого! – поразился я. – Что это? Магия? - Мои подданные, - объяснил малость подобревший ко мне Дух, - Нежившие и Неумирающие. Большую часть своего времени они нематериальны, но это не мешает им служить мне. Что за странное место? Вроде бы и не враждебное, но определённо… странное. - Прости, - обратился я к Духу, - я не очень понял, что значит – Остров Небудущего Небывшего? - Это вообще мало кто понимает, - заметил Дух с Тысячью Лиц. – Понимаешь, Предназначенный, в этом мире есть то, что существует – это всё живое, что окружает его обитателей и они сами, а так же все неживые, но материальные объекты. Есть то, что когда-то существовало – останки живых существ, разрушенные города, ставшие пустынями моря… Но этот Остров – он совершенно особый. Здесь всё никогда не существовало, и не будет существовать, поэтому и сама Смерть над этим местом не властна. - Но как такое получилось? Не понимаю… - удивился я. - Многим свойственно мечтать, - заметил Дух, - некоторые воплощают свои мечты в жизнь, и они становятся частью реального мира. Но большинство… Знаешь, многие мечтают долго и горячо, но так и не воплощают свои мечты в жизнь. Но, видишь ли, некоторые мечты порой наполнены такой энергией, что просто не могут развеяться прахом и исчезнуть. Так и возник этот Остров. - То есть, – поразился я, - получается, что всё, что нас окружает, просто воплощение чьих-то несбывшихся мечтаний? - Именно, - кивнул Дух, - и чем больше людей мечтают… скажем, о роскошном дворце вместо своей убогой лачуги, тем выше и краше становится мой дворец. - Да уж… - оглядел я столовую, обставленную с поистине варварским великолепием – наборный мозаичный пол, огромные хрустальные окна, дорогие тканые пёстрые обои с золотой и серебряной нитью, мебель из полированного, украшенного костяной инкрустацией, дерева с той же обильной позолотой, роскошная дорогая посуда… да, похоже, мечтали тут о роскоши и богатстве с размахом, такую бы энергию – да в мирных целях. - Людям свойственно мечтать о роскоши, - слегка покраснел Дух. - Понятно, - отозвался я, - а откуда взялись тогда обитатели Острова? - Это ещё проще, - ответил Дух. – Представь себе… ну, допустим, обычную девушку, мечтающую стать красавицей… или какого-нибудь замухрышку, который страстно хочет проснуться в одно прекрасное утро силачом и героем… или нищего, желающего стать богатым… Многие недовольны тем, что имеют, и мечтают о несбыточном. И эти их мечты воплощаются в Неживших и Неумирающих. Они и служат мне. - А ты? - А я появился по капризу Госпожи Теней, Богам тогда это показалось забавным, и с тех пор я пребываю здесь. Но Боги поздно поняли, что я неподвластен никому и обладаю свободой воли. - Получается, ты здесь… один? – с сочувствием спросил я. – Вряд ли твоих невидимых большую часть своего существования слуг можно назвать весёлой компанией… - Пока Лотар скрашивал моё одиночество и был моим другом – я не замечал этого, - грустно ответил Дух. – Но после того, что сотворил с ним Аллир, не было ни дня, чтобы я не тосковал по нему. Пожалуй, я любил его настолько, насколько способен, но не я, а ты его Предназначенный. Это огорчает меня, но я смирился. И теперь самое главное – чтобы вы сумели войти в безвременье, воссоединить Лотара и свершить тем самым Предначертанное. Но порой я думаю, что если бы нашлось хоть какое-то существо из живущих, способное разделить моё одиночество… Вот тогда я был бы воистину счастлив. Откровенность Духа произвела на меня впечатление и я, неизвестно с чего, ляпнул: -Думаю, что скоро у тебя будет такое существо… И даже не одно. Дух удивлённо посмотрел на меня, а я от смущения опустил голову и отдал наконец-то должное всей вкуснятине, обильно наваленной в мою тарелку. Не знаю, мечты это были, или еда была настоящей, но всё было до умопомрачения вкусно. Так что тарелка моя поднималась в воздух и возвращалась наполненной ещё пару раз. После того, как все поели, невидимые слуги духа стали ловко убирать со стола, перед каждым из нас появился высокий хрустальный стакан с напитком – тоже на удивление вкусным и освежающим, а Артол сказал: - Что ж, вот теперь нам нужно договориться, когда мы будем отправляться на выручку Толару. - Как можно скорее, - отозвался Зикр, - а значит завтра же. - Но как мы попадём туда? – удивился я. – Если туда невозможно войти и невозможно оттуда выйти? - Да, Аллир и Тальяна в своё время хорошо об этом позаботились, - процедил сквозь зубы Артол. – Но один вход всё же есть. И этот вход – здесь. На этом Острове, ибо всё, что здесь существует, неподвластно обычной воле Богов. - Это так, - согласился Дух, - но этот путь опасен, куда опасней Изначального пути. И не стоит забывать о заключённом Горголе. Представьте себе, как он мог озлобиться и как жаждет мести… - Это так, - согласился Артол. – Но у нас просто нет другого выхода. Время истекает, Рокуэ, и ты знаешь об этом не хуже меня.