Мой сладкий мальчик

Правила поведения при лицевом столкновении с Хибари Кёей 1. Не в коем случае не смотрите ему в глаза 2. Убедитесь, что вы стоите не на его пути *хотя это можно так же считать первым пунктом важности* 3. Постарайтесь слиться со стенкой, авось не заметит 4. Да и вообще не попадайтесь в поле зрения главы дисциплинарного комитета Примерно такой списочек собственного сочинения обдумывал Цуна, взвешивая все «за» и «против», после предложения странного новичка. А решал он простой вопрос. Убить сразу или стоит подождать пока они уйдут из школы? Пока победу одерживала часть «уйти из школы». Просто пятая точка и голова ещё не забыли утреннего приветствия от тонфа Хибари. Победу одержал здравый смысл и чувство самосохранения. Поэтому Савада вымучав улыбку, к слову получившуюся больше похожей на оскал саблезубого тигра, постарался как можно мягче отказать: — Иди на «:@*& придурок! Ты что не догоняешь, что я парень и нравятся мне только девушки!? Девушки! Понял? Да! Видимо вежливо отказать не получилось, наверно это всё из-за сегодняшнего инцидента с кузеном и последующих возмущений Савады-старшего, так как у всех присутствующих в классе сменилось несколько оттенков на лице, к концу короткого светопретставления аудитория пестрела всему известными и неизвестными цветами радуги. Если покрасневшие лица девчонок можно было списать на смущение, а зелёные , ну и все мыслимее его оттенки, рожи парней— на отвращение, то вот красное в бело-синюю крапинку лицо Ямомото немного волновало, потому что объяснения такому экзотическому окрасу друга Савада не смог. Да и сэнсэй как-то странно посинела. — Цунаёши-кун! – откуда знает моё имя? – Зачем же так сразу отказываться? Попробуй сперва и, Я гарантирую, тебе понравится! — Да! Цуна! Почему ты сразу отказываешься? — Сходи с ним хотя бы на одно свидание! — Ну что тебе стоит? — Неужели тебе он совершенно не нравиться? — Ах! Какой парень! Эта какофония из возбуждённых визгов одноклассниц, порядочно вышибла парня из колеи. Он то думал, что у него в классе ещё не распространился этот ужасный женский вирус «яойщаца», а тут на тебе, размечтался.! Даже Киоко-тян, девушка которая нравилась Саваде ещё с начальной школы, настаивает на том что этот… Мукуро… отличная для него партия. Он что на столько смазлив и похож на девушку?! — Эй! Девушки! Не стоит так давить на Цуну. Вы же знаете как он не любит такого рода отношения, — всё ещё не сменив свой ядрёный окрас прощебетал Такеши, но в его голосе каждый, достаточно внимательный и смышленый, мог уловить нотки печали, отчаяния и грусти. И эта достаточно внимательная половика класса теперь смотрела на Саваду с осуждением, чему тот безмерно удивился. — Травоядные! Почему такой шум во время урока? Все повскакивали из-за парт и вытянулись в постойке смирно. Все как-то разом забыли о своих проблемах, оно и понятно когда на тебя ТАК смотрят, да и не абы кто, а великий и ужасный Хибари Кёя. — Травоядные! Я не привык повторять дважды! – обведя внимательным взглядом класс, он ненадолго задержался на Ямамото, которого всё ещё придерживала за локоть сэнсэй, бровь главы дисциплинарного комитета медленно поползла в вверх. А когда он увидел, что Савада Цунаёши(!) не встал со своего места, да и ещё и злобно(!) пялиться на какого-то новичка, к слову спокойно развалившегося на посадочном месте Ямомото и закинувшего ноги на стол, то несчастная бровь проделала немыслимый по анатомическим меркам путь к затылку. — Травоядные!? Вы оборзели!? – не вопрос, скорее утверждение. – Встать! Быстро! В комнату дисциплины! Я вас научу дисциплине. Несколько позже, в указанной выше комнате дисциплины — Я считаю до одного , и если за указанное время никто из вас не сообщит мне причину столь злостного нарушения порядка, то…,— Кёя красноречиво продемонстрировал тонфа. «Все» виновные и невиновные намёк поняли и поспешили выложить всё, как им казалось, что было. В результате никто ничего так толком сказать не смог. — По одному. Первым свою версию происходящего выложил новичок, после своего короткого, но ёмкого рассказа, заслуживший врага в лице главы дисциплинарного комитета, Ямамото, ну это уже давно ясно почему. Цуна был в прострации, у него похоже сегодня весь день будет такой, то злиться, то улетает в облака, то нарывается на… э… приключения. — Куфуфуфу… . Я совершенно не причем в этом безобразии. Как только я зашёл в класс этот молодой человек набросился на меня с кулаками. Такеши попытался что-то вставить, но под тяжёлым взглядом «начальства» притих. А Мукуро, кажется, продолжил: — Потом я занял СВОЁ место… Тут его прервал уже Хибари. — Насколько мне известно в посадочном графике это место закреплено за Ямамото Такеши. — Было за ним, — спокойно пожал плечами нахал, — а стало моим. Тем более я не хочу, чтобы рядом с моим парнем ошивались такие агрессивные личности. Мало ли что ему в голову стукнет! Вдруг он захочет спустить пар на моём бедном Цу-куне. Воцарилась тишина. Каждый обдумывал только, что услышанное. Хибари еле сдерживался, чтобы не заржать в голос, как никак нужно поддерживать имидж «серьёзного» блюстителя порядка. Ему было жаль, как это не странно, но да, и Хибари Кёя может испытывать такие чувства, беисболиста и бесполезное травоядное, которое, походу, сейчас копыта откинет от «счастья». Ямамото Такеши – пылал, он хотел придушить ЭТО. И чем скорее тем лучше. А Савада Цунаёши просто думал, почему он такой идиот и почему он вообще попёрся сегодня в школу.