Аура

У Майкрофта мигрень. Меньше чем через час она окончательно вступит в свои права, а пока награждает его аурой. Он сидит на своём дорогом кожаном диване, и перед глазами у него мерцающие точки и ползающие огненные ленты, в уши как будто беруши воткнуты, а кожа на шее и руках исходит мурашками. Мигренью страдают около десяти процентов населения планеты, и, конечно же, Майкрофт Холмс, высокопоставленный член британского правительства, непременно должен был войти в их ряды. С каким бы наслаждением он сейчас потушил везде свет, принял горизонтальное положение и обмотал голову ледяным полотенцем, но вместо этого ему придётся рассматривать очередные соглашения и проводить очередные встречи. Правильно говорят, что жизнь политиков принадлежит кому угодно, только не им самим. В дверях появляется Антея, и Майкрофт поворачивается к ней, что незамедлительно приносит с собой новую болезненную вспышку. Его помощница делает шаг в сторону, и тогда на пороге появляются… — Инспектор Лестрейд, сэр, — рапортует мужчина, а стоящая рядом с ним девушка добавляет: — Сержант Донован. — Кто вы такие? — от негодования Майкрофт даже поднимается на ноги. На самом деле, он знает, кто перед ним: его брат упоминал об этой парочке, правда, по большей части, в нелестных выражениях. Голова у старшего Холмса предательски кружится, и его ведёт в сторону, пока сильная рука Лестрейда бесцеремонно не хватает его за локоть. — С вами всё в порядке? — интересуется тот с искренним беспокойством. Шерлок забыл рассказать о том, какие добрые у этого инспектора глаза и какой приятный голос — единственный звук, который проникает сквозь головную боль, не ухудшая её, и… это всё проклятая мигрень. Вместе с аурой могут приходить галлюцинации; нужно перестать думать об этой ерунде и поскорее собраться, вернуть себе прежний облик холодного и блестящего Майкрофта вместе с остатками достоинства. — Антея, кого ты привела? — цедит он сквозь сжатые зубы. — Вы просили меня забрать «их», — кротко говорит та. — А как только я попыталась уточнить, кого именно… Холмс мысленно стонет. Куда ушли те времена, когда Антея понимала его с полуслова? Разумеется, он имел в виду Шерлока и его дружка доктора. — Что случилось с точным местом и временем? — через силу бормочет он. — Шерлок послал нам сообщение с координатами. Попросил подождать там. Кажется, он в очередной раз нас всех немного обдурил, — быстро вставляет Лестрейд и нервно улыбается. Майкрофт опускает лицо в ладонь; туман у него перед глазами сгущается, и нет совершенно никаких сил на то, чтобы ругаться на неуместные выходки братца. Потом он устроит ему серьёзный разговор, но сейчас всё, чего он хочет, — это ненадолго остаться в тишине. — В таком случае… покиньте это место, — приказывает он, но получается больше похоже на просьбу. Левый висок вдруг пронзает такая острая боль, что колени у него подгибаются, и он самым непотребным образом повисает на инспекторе, а Лестрейд довольно любезно помогает ему снова сесть. — Вам что-нибудь нужно? — спрашивает он одновременно с Донован, которая раздражённо бубнит что-то вроде «пойдёмте отсюда, босс». — Воды, — говорит Майкрофт, чувствуя себя совершенно по-идиотски — из-за того, что вынужден просить, как инвалид, из-за того, что попал в эти злосчастные десять процентов, из-за того, что приступ впервые за долгое время застал его именно во время этого неожиданного визита. Никто из посторонних не должен видеть его слабым. Антея направляется к столику, но инспектор абсолютно бесцеремонно опережает её и сам опустошает графин. Пока Майкрофт пьёт, он легонько поддерживает стакан, а второй рукой — подумать только — похлопывает Холмса по плечу. Впрочем, не исключено, что Майкрофту всё это лишь чудится от переутомления. — Спасибо, а теперь не задерживайтесь, — монотонно произносит он, стараясь не двигать лишний раз шеей. Он всё-таки приляжет сейчас, и плевать на всё. Даже он заслуживает минутку отдыха. Жаль, что заслуженная минутка сочувствия только что истекла. — Антея, проследи, чтобы их высадили там, где подобрали. — Пойдёмте отсюда, босс, — громко повторяет Донован, а Лестрейд только кивает и закрывает за собой дверь. — Тоже мне, «не задерживайтесь», — продолжает сердиться сержант, сидя в машине. — Я в курсе, кто он такой, но это не даёт ему права так с нами обращаться! Сначала он почти насильно привозит нас к себе, а потом выгоняет. — Перестань, Салли, — Лестрейд в последний час неожиданно мягок. — Он просто устал. И потом, у него на самом деле… добрая аура. — Что-что? — щурится Донован. — Аура? Ты что, экстрасенсом заделался? Это кто ещё из вас устал… Инспектор продолжает улыбаться. В своём кабинете Майкрофт требует задёрнуть шторы. Может быть, он однажды ещё пригласит к себе этого странного Лестрейда. На следующий раз — действительно именно Лестрейда. И, главное, одного.