Рис, Грегор. "Ну здравствуйте... папа".
24 декабря 2016 г., 11:56
— Маму похоронили в очень красивом месте. Тебе бы понравилось, наверное, — Рис гладит Грегора по руке, пальцы подрагивают. — Я отвезу твой прах туда же.
Тот вряд ли слышит, старый храмовник, жизнь в котором едва теплится. Он не просыпается вот уже неделю, но что-то держит его в этом мире, не давая душе покинуть измученное тело.
— Мы так и не успели познакомиться. Наверное, ты бы не одобрил то, как я себя вел. Или, наоборот, одобрил. Знаешь, Евангелина бы тебе понравилась, она тоже та еще бунтовщица. А мама рассказывала, что ты не слишком-то старался держать магов в черном теле.
Грегор открывает глаза, всматривается в лицо Риса, губы искажает улыбка, на удивление светлая и теплая.
— С Винн… рядом… обещай…
— Обещаю.
— Мой… сын…
Глаза старого воина понемногу светлеют. И последнее отражение в них — плоть от его плоти, последняя память о любимой.
