Мечты. Север.

      Моей первой мыслью было - это ложь. У Балрага не может быть брата – пирата. Это невозможно, так же как солнце не встаёт с запада. Что общего у мага и пирата? Ничего.       - Я тебе не верю. Вы не похожи, - я подняла с пола золотую монетку, прикатившуюся мне под ноги, и положила её обратно на стол.       - Балраг был счастлив, если бы сейчас услышал твои слова, - забирая монетку ответил Олару. – Мы не очень ладили. В последнее время он мечтал, чтобы его ничего не связывало со мной.       - Это случается, - откликнулась я, не веря ни единому слову.       - Мы поссорились несколько лет назад. С тех пор я ищу его, - монетка снова замелькала в пальцах пирата.       - На море? Странный способ искать харнийца там, где он никогда не появится, - заметила я.       - Да, сейчас я ищу его на море. Поиски на земле привели моих людей в Инистру, а дальше его след оборвался. Все, что я знаю: его видели садящимся на харнийский парусник, который уплыл. Куда отплыл этот корабль и кто его капитан так выяснить и не удалось. Сказали, что команда на том корабле была весьма разношёрстна, там даже видели эльфа и нуианина.       - Искать харнийский парусник среди множества таких же - бесполезная трата времени. Мало ли куда он мог плыть или причалить, - я равнодушно пожала плечами. – Может он уплыл на Западный материк? – специально назвала я неверное место. - Или отправился торговать на Остров Свободы?       «Если Олару ищет Балрага с недобрыми намерениями, так пусть ищет там, где никогда не найдёт».       - Все возможно, но я не думаю, что мой брат отправился на Запад, - Олару откинулся на спинку кресла и замолчал, уткнувшись взглядом в скатерть. - Я вообще удивлён, что он сел на корабль. Мой брат ненавидел море.       Мы переглянулись с Адимом.       Олару подбросил монетку и, поймав её на лету, зажал в кулаке.       - Ладно, идите, Твист вас проводит. На другом конце острова есть небольшая гостиница. Постояльцы там редкость, так что вас приютят. И ещё, вы свободны.       - Что, свободны на столько, что можем сесть на корабль и отплыть в любом направлении? – с некой долей иронии поинтересовался Адим.       - Если возьмут на борт – да, - невозмутимо кивнул в ответ Олару.       - Но на рейде только «Небесная тень», - Адим прищурился и склонил голову на бок.       - Сюда заходят и другие корабли, - Олару оставался спокойным.       - Что ж, спасибо за кров, - Адим изобразил нечто похожее на реверанс. - И, господин капитан, раз уж мы свободны, не могли бы вы распорядиться вернуть нам нашу собственность, изъятую во время нашего неожиданного знакомства?       - А как же плата за спасение и проезд до острова? А проживание в великолепных апартаментах с видом на море? – в тон ему ответил Олару.- В этом мире, друг мой, надо платить за всё.       - Не велика ли цена? – не сдавался Адим.       - Что ты, это мизер по сравнению с жизнью! – Олару отвернулся, давая понять, что аудиенция закончена.       - Идёмте, господа! – бодрым голосом обратился к нам Твист. – Позвольте поздравить вас, отныне, решением капитана, вы становитесь жителями нашего гостеприимного острова!       Нас порадовало, что Олару оставил мысли о нашей продаже, но что будет дальше? В глазах Адима застыл точно такой же вопрос.       - Так, когда ты видела его в последний раз? – неожиданно обратился ко мне Олару, когда я уже собиралась переступить порог.       - Очень давно, примерно полтора года назад, - я не думала, что такая информация чем-нибудь поможет пирату.       - Где? – Олару замер, судорожно сцепив пальцы в замок.       «А вот здесь нужно быть осторожнее».       - В Аль-Харбе, он помог мне найти кузнеца.       - Да, он был там, - расстроенно ответил Олару, - а он не говорил, куда собирается дальше?       - Нет, - покачала я головой. – Мы не так долго общались.       - Жаль, я надеялся узнать о нём что-нибудь новое, - разочарованно вздохнул Олару и поднялся со своего места. – Идите, Твист покажет, где вы будете жить.       Мы с удовольствием вышли на свежий воздух. Твист уже стоял внизу у входа в башню и не спускал с нас настороженного взгляда.       - Почему он на нас так смотрит? – не выдержала Эшьяла. – Мы же не враги!       - Твист надёжный друг, но только для тех, кому доверяет, а доверяет он немногим, - вслед за нами из башни вышел Олару. - Твист, я сам отведу гостей, а ты займись пока «Небесной тенью».       Твист пожал плечами, развернулся и зашагал к пристани.       - Мы же свои, нам можно доверять! - наивно заметила Эшьяла. - В смысле: мы тоже ферре, как и он! Почему он не верит своим сородичам?       - Свои, как ты говоришь «сородичи», выкрали невесту Твиста за неделю до свадьбы и продали, как животное, на западный материк, - сухо обронил Олару.       Кровь разом отхлынула от щёк Эшьялы.       - А надсмотрщик-ферре служивший у богатого нуианина, купившего её, забил девушку до смерти, - уточнил капитан. - Так что с доверием у Твиста плохо.       Эшьяла закусила до крови губу и впилась ногтями в ладони:       - Это ужасно.       - Да, - согласился Олару. – Вон, посмотрите на Венса, - обернулся он в сторону светловолосого нуианина, чьё лицо украшала рыжая борода, заплетённая в косички, как раз катившего мимо нас бочку, - его тоже подставили свои. Ему грозила виселица за убийство охранников склада, которого он не совершал. Ладиель, - острые ушки эльфа перевязывающего вант на корабле тут же насторожились, - здесь из-за отца убитого харнийскими рыбаками. И так можно рассказать о каждом.       - Бедные овечки, - хмыкнул себе под нос Адим.       - А из-за чего здесь ты? – повернулась я к Олару.       - Я? - улыбнулся капитан, но улыбка вышла натянутой. - Я - потомственный пират. Мой прадед был пиратом, дед, правда, потом он с этим завязал, отец и теперь вот я. У нас это в крови.       Мы почти дошли до гостиницы. Эшьяла, Виолетта и Адим ушли вперёд, обустраиваться в новом жилище. Я же не спешила догонять их, предпочитая сейчас любому помещению открытое пространство. Тримаран Виолетты, трюм фрегата Олару, пещера на острове – всё стены, стены и ещё раз стены, от которых я устала. Я остановилась и присела на старое, поваленное дерево неподалёку от гостиницы. Капитан присел рядом. Альфард, ещё один любитель прогулок, уселся у ног, с интересом принюхиваясь к незнакомым для него запахам.       - Почему «Небесная тень»? – спросила я у Олару. - Неужели это именно тот фрегат, на котором плавал сам Аркадио Калико?       - Нет, ну что ты, - смутился Олару, – «Небесная тень», на которой плавал мой дед, кончила свои дни весьма печально. Она простояла пятнадцать лет, пришвартованной в старом порту Махадеби, скрытая от посторонних глаз, пока вода и ветер не сделали своё чёрное дело. Корабль, так же как дом, умирает, если его бросают люди. «Небесная тень» была особенным кораблём, и она не вынесла одиночества и предательства. Её бросили, её бросил капитан. За пятнадцать лет её борта прогнили и прохудились, она на половину затонула, когда отец, тогда ещё совсем юный, не сжалился над кораблём и не поджёг его однажды ночью. И самое удивительное в той истории, что полузатонувший корабль сгорел полностью.       - Печальная участь для корабля, одно только название которого стало легендой.       - Отец построил новую «Небесную тень» - точную копию предыдущей, только уже после смерти деда. Дед не очень-то любил, когда ему напоминали о том, кем он был до того, как стал губернатором, - поморщился Олару. И шёпотом добавил: - Но говорят, что старая «Небесная тень» не умерла. Кто-то видел, как отец, прежде чем поджечь старый корабль, забрал с него табличку – доску с названием корабля, и прибил её на корме новой «Небесной тени». С этой табличкой переселился дух корабля, и новая «Небесная тень» помнит всё, что было с прежней, помнит все её победы!       - Вот это да! Так Аркадио Калико - твой дед? – удивилась я.       - Ну да, - как само собой разумеющееся ответил Олару.       - То есть твой дед был первым губернатором Ост-Терры, а твой отец…       - Мой отец - пират, - с гордостью перебил Олару, - а вот дядя, да, а затем и мой двоюродный брат нынешний губернатор Ост-Терры - Исидоро Калико, никогда больше не ступали на палубы пиратских кораблей.       - И Балраг тоже был когда-то пиратом? – настороженно спросила я.       - Не-е-т, - протянул Олару. – Балрагу всегда претила даже мысль об этом. Он считал такого рода занятия недостойными нашего имени. Ему больше была по душе наука. Он изучал технику, магию, историю и всякие сказки.       - Сказки? – удивилась я. Балраг мало мне напоминал любителя сказок.       - Да, сказки, легенды и прочую чушь об избранных, о великом прошлом нашей расы и о том, что история должна повториться. Он говорил – придёт время, мы вернёмся на Изначальный материк, чтобы вернуть себе прежнее величие и снова достичь расцвета. Юношеский вздор! Мой младший брат никогда не отличался прагматизмом.       - Почему?       - Я был там, – отмахнулся Олару, – на его Изначальном континенте. Подплыл достаточно близко, чтобы увидеть – там ничего нет. Камни, завывающий ветер и чёрный шлейф постоянно извергающегося вулкана. Для рая слишком мрачновато. Мёртвая земля. Пока я плыл вдоль побережья, не встретил никого из живых, – горько усмехнулся он, - только черные гранитные истуканы – колоссы при входе в гавань, где наверняка все усеяно подводными камнями.       - Девять стражников… - машинально поправила его я.       - Откуда ты знаешь, что их девять? – нахмурился Олару.       - Просто знаю. Так ты там был? Значит, знаешь туда дорогу?       - Знаю, - пират настороженно посмотрел мне в глаза, - зачем тебе нужно на север? Что ты хочешь найти на этой мёртвой земле?       - Когда ты там был? – вместо ответа спросила я его.       - Год назад.       - Год назад, странно, - я опустила голову, рассматривая землю под своими ногами. – И ты не видел поблизости ни одного корабля? Насколько близко ты подплыл к Чёрной гавани?       - Настолько, что было видно - она пуста.       - А дальше? Ты плавал дальше вдоль побережья?       - Немного, - уклончиво ответил Олару, - почему тебя это так интересует?       Если Олару не врал, и действительно был около побережья Изначального материка, то странно, что он не заметил харнийского парусника. Хотя почему Онестат должен был приплыть к девяти колоссам? Только потому, что Хеодачи обещал ждать меня именно там? Тем более, если в Чёрной гавани, по словам, Олару камни и кораблю туда не зайти. Они могли выбрать другое, более безопасное место для швартовки.       - Харнийский парусник, ты ведь не мог его не заметить, если бы проплывал мимо?       - Конечно, не мог, я держался достаточно близко к побережью. Я плыл на восток от колоссов почти неделю, но берег был пуст.       - А к западу? Ты проверял побережье к западу?       - Нет, у меня заканчивалась вода и провизия, а пополнить запасы было нечем. Как я уже сказал – Изначальный материк мёртв. Олару тронул меня за плечо.       - Я знаю, ты мне не веришь. Я пират, а таким не доверяют, - он опустил голову, потом поднял её и отдёрнул руку. – Но у пиратов тоже есть честь, есть семья. Прости, мне показалось, что я вот-вот найду брата. Пустые мечты, - тяжело вздохнул он.       - Почему? Почему для тебя так важно найти его? – я попыталась взглянуть в глаза пирата.       По лицу Олару пробежала тень. Он опустил глаза, словно решал, стоит ли говорить мне или нет. После колебаний он решился.       - Я сделал большую ошибку, был неправ и хочу извиниться. Хочу, чтобы он узнал о том, что я очень сожалею о сказанном и сделанном, - с трудом произнёс пират.       - Все дело в нашем отце, - после небольшой паузы заговорил Олару. Он положил руки на колени и перевёл взгляд вдаль.       Альфард устроился около моих ног, свернувшись в большую пушистую грелку.       - Четыре года назад отец серьёзно заболел, - не торопясь начал рассказ Олару. - Лекарь сказал, что бессилен, что отец и без того сильно зажился на этом свете. Я не поверил, нашёл второго, третьего, но все они твердили одно и тоже – отец умирал и счёт шёл на дни. Отец обожал море. Стоило ему сойти на берег, как он начинал тосковать по волнам, штормам и ветру, раздувающему паруса. Как только я научиться ходить, он брал меня с собой в море, к вящему неудовольствию матери. Она всегда боялась, что меня смоет волна, или утащит акула, или я попаду в плен. Но когда родился Балраг, она немного успокоилась. Не смотря на то, что Балраг мой кровный брат, он был совершенно другой. Он был равнодушен к морю и воспринимал его не более чем большое количество воды. Он был равнодушен к кораблям, сражениям, азарту погони. Отец несколько раз брал его в море, но Балраг на время всего похода запирался в каюте и читал книги, даже не поднимаясь на палубу. Тогда отец оставил все попытки сделать из него пирата. Так мы и росли: я с отцом в море, Балраг с матерью на суше. А потом пришла холера. Балраг чудом выжил, он говорил, что знания спасли его, но их не хватило, чтобы спасти мать. Мы приплыли, когда последние умершие уже были преданы земле. Я так и не простился с матерью. Может тогда между нами пролегла первая трещина. Он наотрез отказался плавать с нами, погрузившись в книги. Отец не стал настаивать, я тем более. Я надеялся, Балраг женится, заведёт себе кучу детишек и будет счастлив. Но время шло, и с каждым нашим возвращением он становился все более серьёзным и замкнутым. Иногда он исчезал из дома на несколько дней, не говоря нам ни слова, а затем возвращался домой и что-то долго записывал в свою толстенную тетрадь. Я пытался поговорить с ним, но быстро выяснилось, что у нас слишком разные взгляды.       - Отец знал, что ему осталось недолго. Перед самой смертью он собрал нас с братом около себя и попросил, чтобы мы больше не расставались. Балраг сказал, что это невозможно. Он никогда не станет пиратом и уже выбрал свой путь в жизни. И этот путь не пересекается с моим. Отец расстроился. Когда мы вышли, я отчитал Балрага. Сказал, что тот мог бы и соврать, ради того, чтобы отец умер счастливым. Плохо же я знал своего брата. Он ответил, что ложь даже в благих целях все равно остаётся ложью. И это недопустимо. Дальше слово за слово, - с горечью продолжил свои воспоминания Олару, - я заявил ему, что он мне больше не брат. Балраг хлопнул дверью и ушёл из дому. Больше я его не видел. На следующее утро отец умер, и я понял, что натворил.       - Но ведь вы были неправы оба. Почему ты винишь только себя?       - Я старше, значит, должен был быть мудрее. Я хочу найти его. Хочу знать, что с ним все в порядке. Большего мне не надо. Хочу, чтобы он знал – я раскаиваюсь в своих словах, во мне говорила злость, - Олару взволнованно провёл рукой по волосам.       - И он больше никогда не возвращался домой?       Олару покачал головой:       - Нет, дом стоит пустым с момента смерти отца. Я почти не бываю там. Мой дом здесь, - обвёл он взглядом остров.       - Больше года назад твой брат и мой… мои друзья, – быстро поправилась я, - отплыли на Изначальный континент. Это все, что мне известно.       Я устала подозревать всех и каждого. Может Адим прав? Слишком много случайностей, чтобы быть простыми совпадениями. Словно кто-то специально прокладывает для меня маршрут, петляющий по Мелисаре и приводящий в уголки, где я прежде не бывала. Он приводит меня к людям, которым также как и мне нужно попасть на Изначальный континент. Не из-за денег или праздного интереса, все они ищут, так же как я, кого-то кто им дорог. Может, стоит довериться богам?       - Они не говорили, куда именно собираются плыть? Изначальный континент велик. Я не представлю, где искать брата. Если они отплыли на корабле, то корабль должен был где-то пристать. Если только… если только… - запнулся Олару, потемнев лицом.       - … если только они до него доплыли, – закончила я за Олару фразу, которую он не решался произнести вслух.       Мы замолчали. Никто из нас не хотел верить в это и никто не мог опровергнуть это предположение. Что у нас оставалось? Только надежда.       Вечер угасал на наших глазах. Со стороны пристани донёсся звон склянок. Но поднявшийся ветерок быстро унёс звуки в сторону, вновь оставив нас в тишине. Заметно похолодало.       - Я не обследовал западное побережье, - первым нарушил молчание Олару. – Теперь я думаю, что они могли высадиться там.       - Могли.       - Ты в это веришь?       - Я верю в сказки, - слабо улыбнулась я. – Ещё я верю и надеюсь. Ведь если надеяться уже не на что, то зачем тогда… - я замолчала не договорив.       Одна только мысль, что Хеодачи и мой брат могли утонуть, была невыносимой. Солнце давно село, а мы всё продолжали сидеть и молчать о том, о чем говорить не было сил. Альфард словно чувствовал наше настроение и тихо лежал у моих ног, положив морду на лапы и прикрыв глаза. Я знала, что он не спит, его выдавали уши, чутко ловившие каждый шорох. Из-за туч выглянула луна, заставив моё сердце болезненно сжаться. Я совсем забыла про полнолуние. Время нельзя остановить. Оно не подвластно чувствам. Оно не может замедлиться или ускориться. Наступило второе полнолуние. В запасе у меня оставалось только ещё одно.       - Одиннадцатиконечная звезда, - посмотрев на луну, грустно улыбнулся Олару. – У него никак не получался двенадцатый луч. Балраг сам придумал это заклинание. Говорил, что если когда-нибудь мы с отцом собьёмся с курса – его звезда приведёт нас домой. Я сбился. Но когда увидел его звезду в трюме… - голос Олару дрогнул. - Не знаю, до твоего появления у меня уже почти угасла надежда его найти, - признался харниец. А теперь я думаю: может встреча с тобой это знак свыше? Я должен найти брата!       - Кто знает, - тяжело вздохнула я, - все возможно.       - Команде нужен отдых, мы уже около месяца в море, да и шторм потрепал «Небесную тень». Мне нужна неделя, и я буду готов снова выйти в море. Ты составишь мне компанию во время путешествия на Север?       - Да, - только и могла произнести я от неожиданности.       - Отлично! Можешь передать это и своим друзьям, - поднялся он. – Если кто-то из них передумает плыть – может остаться здесь.       - Капитан, вы тут!? – раздался из темноты голос Твиста.       Появившийся свет фонаря выхватил из темноты две фигуры.       - Твист, кто это с тобой? Что случилось? – крикнул в ответ Олару, на всякий случай положив руку на эфес своего меча.       - Спасибо, Твист, можешь возвращаться на корабль, - послышался высокий мелодичный голос, который мог принадлежать только эльфу.       Эльф поднял фонарь и тот осветил его лицо, на котором были заметны следы недавнего сражения. Олару сделал несколько быстрых шагов навстречу эльфу, так что тот не успел дойти и увидеть нас с Альфардом. Лев лежал не шевелясь. Я тоже затаилась.       - Приветствую тебя, Эльрат, достойный сын Белого леса!       - И я приветствую тебя, Олару Калико, храбрейший из капитанов!       Олару с совершенно серьёзным лицом церемонно раскланялся с Эльратом, от чего я едва сдержалась, чтобы не прыснуть со смеху.       - Что случилось с тобой, Эльрат? – уже обычным тоном осведомился Олару, разглядывая эльфа. – Буря и тебя потрепала?       - Слава богам, «Санта ла саета» благополучно разминулась со штормом, иначе бы я не стоял сейчас перед тобой, – эльф опустил фонарь, и я больше не могла разглядеть его лица в дрожащем свете фонаря.       - Ты думаешь, твой корабль не выдержал бы этот свежий ветерок, что встретился нам на море? – удивился Олару.       - Этот «свежий ветерок» чуть не лишил «Небесную тень» мачты, а для «ла саеты» он стал бы смертельным. Мне пришлось выдержать бой с двумя нуианскими галеонами, и корабль был изрядно повреждён. У меня не было времени на ремонт. Нас предали, Олару!       - Что ты такое говоришь!? – потемнел Олару. - Кто посмел?       - Ты знаешь торговца Яппу?       - Да, его брат Зохар давно обосновался на восточном континенте. Та ещё личность. Но главное он берёт наш товар.       - Так вот: не так давно Яппа сделал мне заказ. Он просил достать двести сорок комплектов харнийской одежды, по шестьдесят от каждой ишубары.       - Странно, - удивился Олару, - зачем давать заказ тебе, когда его брат мог бы достать тоже самое?       - Возможно, ты и прав, Олару, - вздохнул эльф, - вот только Яппа обещал заплатить золотом.       - Золотом!? – удивился харниец.       - Золотом, - кивнул Эльрат, - но было одно условие: одежда и снаряжение должны быть не новыми, поношенными, но крепкими и чистыми, оружие исправным. Я согласился, - пожал плечами эльф.       - Да, я, пожалуй, тоже бы не устоял, - вздохнул Олару с явной завистью.       - Я выполнил свою часть уговора, достал одежду и снаряжение, - продолжил Эльрат. - Встретился с Яппой на нашем обычном месте. Но поначалу не предал значения двум нуианским галеонам, стоящим в соседней бухте, укрытой от посторонних глаз. Мы перевезли груз с фрегата на берег, и Яппа предложил отметить сделку. Я согласился. Со мной осталось ещё четверо моих ребят охранять меня, остальные отправились на корабль. Когда всё наконец-то было выпито и съедено, а вокруг была глубокая ночь, я остался в предложенном мне шатре до утра. Я никак не мог уснуть, всё ворочался, а потом мне понадобилось выйти из шатра по нужде. Взошла луна, и я любовался на свою «Санта ла саета», как она переливается в призрачном серебристом свете, когда заметил лодку, причалившую к кораблю, и тени, поднимающиеся на палубу. Я сразу почуял неладное и кинулся к шатру, где остались мои ребята, но они все лежали в луже крови с перерезанными глотками. На меня тоже попытались напасть, но разве может нуианская свинья сравниться в ловкости с эльфом! Через минуту я что есть сил грёб к кораблю. Увы, я приплыл поздно, диверсионная группа хоть и была уничтожена, успела испортить часть такелажа. На оставшихся парусах мы вышли в море, и нас тут же атаковали нуианские галеоны. Но мне повезло больше! Я всегда держу пушки заряженными. Мы дали залп ниже ватерлинии и ближний к нам галеон загорелся и стал заваливаться на бок, перегораживая путь второму. Мы проскочили в открытое море и дали дёру. Я не сторонник убегать от сражений, но с повреждённой оснасткой «Санта ла саета» стала бы лёгкой мишенью. Нас бы просто расстреляли. Я, как только мог, быстро доплыл сюда, чтобы предупредить всех о вероломстве нуиан. Похоже, они объявили нам войну.       - Пойдём, Эльрат, - Олару осторожно взял эльфа под локоть, - это тревожное известие и нам нужно срочно собрать совет капитанов.       Я дождалась, когда Олару с эльфом отойдут на значительное расстояние, и только тогда шепнула Альфарду:       - Идём в дом и как можно тише! Кажется, мы услышали лишнее.       Предоставленный нам домик, небольшой, всего с одной комнатой внизу, крошечной кухней и комнатой под крышей, шумел как рассерженный улей. На фоне потрескивающего поленьями очага Виолетта с Эшьялой распаковывали, отданные пиратами, наши вещи и никак не могли решить, что лучше: оставить Адима на первом этаже, или отдать ему комнату под крышей? Эшьяла выступала за первый вариант, мотивируя, что Адим станет лучшей защитой в случае нападения на нас пиратов. Виолетта за второй – в свою очередь упирая на то, что комната внизу больше и лучше подходит для трёх девушек. Адим в этом споре участия не принимал. Он сидел на кухне, поставив локти на стол и заткнув уши пальцами. При виде меня сестра оживилась, почувствовав долгожданный перевес на своей стороне. Адим сочувствующе прикрыл глаза.       - Внизу, - произнесла я заветные слова, и Эшьяла, просияв, умчалась с вещами наверх. Виолетта недовольно бурча себе под нос, нехотя поплелась за ней следом.       - Мы поплывём на север, - сказала я Адиму, войдя на кухню.       - Ты пригрозила им оставить Виолетту тут навсегда? – поднял глаза к потолку Адим, прислушиваясь к очередной начавшейся перепалке над головой.       - Почти, - я устало плюхнулась на ближайший стул.       - Одна женщина в доме – порядок, две – катастрофа, три - конец света, - глубокомысленно заметил Адим, после того как в комнате над нами что-то упало на пол.       - Ты доверяешь капитану? – потряс головой Адим стараясь прогнать одолевавшую его дрёму. После холодной улицы, тепло дома приятно обволакивало тело.       - Если ты спросишь, доверяю ли я пирату, которого знаю недолго – то нет, не доверяю. Но если он действительно брат Балрага, то я рискну поплыть с ним на север. Я не прошу от тебя того же. Ты можешь остаться здесь.       - И пропустить все веселье? – устало улыбнулся Адим. – Как бы не так! Да и потом, кто-то должен спасать тебя от Виолетты. Я не верю Олару. Сегодня он нам друг, завтра – враг. Пиратам слово честь не известно. Я буду рядом с тобой, что бы ни произошло.       Я с благодарностью посмотрела на Адима. Он всегда поддерживал меня в трудную минуту. Над головой установилась подозрительная тишина. Я пожелала Адиму спокойной ночи и поднялась по крутой лестнице в комнату под крышей. В небольшом помещении у стены стояла единственная кровать. У противоположной - маленький столик, комод на трёх ножках, где вместо четвертой была заботливо подставлена деревяшка. Из окошка виднелась гавань и яркая луна. На полу, соорудив из одежды подобия матрасов, прижавшись спинами друг к другу, спали Эшьяла и Виолетта, накрытые одним плащом. Полупустые сумки были свалены около комода. Я скинула обувь и забралась на кровать с ногами. В комнате было прохладно. Набросив на себя плащ, закутавшись в него и прижав согнутые колени к подбородку, я задумалась. Из головы не шёл разговор с Олару. Что если и западное побережье Изначального материка окажется пустынным? Где тогда искать Хеодачи? Где искать брата? Узкая лунная дорожка дрожала на волнах. Она точно знала ответы на мои вопросы, но, увы, не могла со мной поделится ими. Из моей сумки торчал белый уголок бумаги - письма! Я совсем забыла о них. Уже и не помнила, когда писала их в последний раз, а ведь обещала делать это каждый день. Я нагнулась и потянула листочек за край.       «Второе полнолуние, и между нами все ещё море…» В темноте перо царапало по бумаге, оставляя длинные неровные штрихи. «Я не знаю, где сейчас нахожусь. Остров, пираты, корабли и вода, везде, куда не кинешь взгляд. Везу с собой сюрприз, точнее целых три. Один из них для нашего общего знакомого нуианина, надеюсь, ему понравится. Не знаю смогу ли добраться до тебя в срок, но даже если не успею, не поверну назад…»       Перо выскользнуло из моей руки и закатилось под кровать. Словно сговорившись с ним, луна спряталась в тучи, погрузив комнату во тьму. Допишу завтра, пообещала я самой себе и свернулась калачиком на кровати.       Утро встретило нас солнцем и бурчащими животами. Альфард укоризненно смотрел на нас лёжа около очага. Эшьяла нашлась первой. Подхватив плащ, она вылетела из домика со словами «я сейчас». Мы удивлённо переглянулись, но желающих мчаться за ней вдогонку не нашлось. Через час сестра вернулась раскрасневшаяся и довольная с пакетом доверху набитым едой. Она гордо водрузила его на кухонный стол.       - Ты занялась разбоем? – поинтересовалась Виолетта, с любопытством заглядывая в пакет. – Смотри, скоро начнёшь брать на абордаж торговые лавки. Пиратские привычки такие заразные.       Эшьяла возмущённо покраснела.       - Я попросила, – язвительно отозвалась она на колкость Виолетты. – А что касается заразных привычек, так мне тебя уже не переплюнуть.       Адим обречённо схватился за голову, предвкушая новый виток словесных баталий.       - И кто же отважился спасти нас от голодной смерти? – постаралась я сменить тему обсуждения, попутно выдёргивая из пакета аппетитную морковку.       - Не важно, – смущённо буркнула сестра.       - Чертовски вкусно! – с набитым ртом промычала я и, ухватив из пакета ещё одну, уселась за стол.       - Морковь? – Виолетта с сомнением покосилась на хвостик зелени в моей руке. – А что-нибудь посущественнее тут есть?       - Вяленое мясо, для таких, как ты, на дне пакета, - фыркнула Эшьяла.       - Мясо? – оживился Адим, присаживаясь напротив меня. – Это дело!       Альфард выжидающе замер около стола, поглядывая на пакет.       - Не успела сказать вчера вам самого главного – мы плывём на север, - помахала я хвостиком от морковки у Альфарда перед носом. – Витамины будешь? – поинтересовалась я у него, заранее угадывая ответ.       - Я знаю, - Эшьяла принялась выгружать продукты из пакета.       - Откуда? – удивилась я.       - Ну… - сестра замялась, теребя в руках красное яблоко. – Я случайно встретила Твиста, и он рассказал.       Виолетта скептически хмыкнула при слове «случайно», но тут же, пользуясь случаем, выхватила из рук Эшьялы яблоко, и с хрустом вонзила в него свои зубы.       - А он откуда знает? – прожевав кусок, спросила Виолетта.       - Твист помощник капитана и штурман – он все знает, - пожала плечами Эшьяла.       - Если кто-то из вас передумал плыть - можете остаться здесь, - я вытащила из пакета кусок вяленого мяса и протянула его льву.       Молчание подтвердило мне то, о чём я и так догадывалась – оставаться никто не хотел.       - Я не в восторге от предстоящей поездки, - нарушил тишину Адим, обведя всех взглядом, - но другого шанса добраться до севера у нас нет, и если мы твёрдо решили туда попасть, то сейчас самое время. Но не забывайте, с кем мы плывём! – Адим пристально посмотрел на Эшьялу, отчего та смутилась и покраснела.       - Поскольку мы плывём с пиратами, - продолжил Адим, - которые поначалу были не прочь нас продать и, неизвестно когда им снова может прийти в голову подобная мысль - держите ухо востро.       - Они никого не продают, Олару всегда так пугает пассажиров захваченных кораблей, - не согласилась с высказыванием Адима Эшьяла. – Их интересует товар, а не люди.       - А как же мы? – возмутилась Виолетта, едва не роняя недоеденное яблоко на пол. – А мой тримаран? Напомни-ка мне, кто его спалил?       Согласна с Адимом – им нельзя верить. Харнийцы хитры, ферре – свирепы, а эльфы вероломны!       - Нуиане сущие агнцы божьи, поскольку сочетают в себе и хитрость, и свирепость, и вероломство, - поддела я Виолетту, - а среди команды я видела и нуиан.       - Ага! И верить можно только нуианам, особенно если их зовут Венс! – торжествующе выпалила Эшьяла, не без удовольствия наблюдая, как у Виолетты наливаются кровью глаза.       - Либо мы принимаем всё как есть, но держим ухо востро, - подытожила я, - либо никуда не плывём. Нравятся нам пираты или нет – вопрос риторический. Сейчас они наши союзники и покончим с этими перепалками раз и навсегда, – я хлопнула ладонью по столу и обвела взглядом Эшьялу и Виолетту. Обе, от неожиданности закрыли рты и с недоумением посмотрели на меня.       - Браво! – похлопал в ладоши Адим. - Речь достойная лидера!       - Раз мы все решили, - я поднялась со своего места, - будем готовиться к походу. У нас неделя на сборы и отдых, потом «Небесная тень» выйдет в море. Есть время подумать, если вы вдруг решите остаться.       Адим порылся в пакете, вытащил оттуда кусок мяса и, буркнув что-то невнятное, отправился завтракать на улицу.       Я ушла наверх, закрыв за собой дверь – мне надо было побыть одной. Постоянные стычки между сестрой и Виолеттой последнее время стали меня сильно беспокоить. Конечно, я понимала, что все произошедшее за последнее время не могло пройти бесследно, нервы были у всех на пределе, но ссоры не лучший выход из положения. Эшьяла говорила мне, что очень переживает за Техирра, и считает себя виноватой в том, что оставила его там одного. Я как могла ободряла её, говоря, что он не беспомощный котёнок, а взрослый ферре, но, думаю, причина такой нервозности Эшьялы была не в этом. Мне казалось, она сильно боялась, но не могла в этом признаться, впрочем, как и Виолетта. Вот и сцеплялись как две колючки, чтобы никто не видел их страха. Но что же было делать мне со всем этим?       Я, не раздеваясь, лежала на кровати и сквозь оконце смотрела на проплывающие мимо облака. Снизу вновь послышались первые нотки начинающейся перепалки. Не выдержав, я спустилась вниз.       - Эшьяла, не могла бы ты мне помочь? – спросила я у сестры, накидывая плащ.       - Конечно! – с готовностью кивнула сестра. - А что надо?       - Одевайся, по дороге расскажу, - попыталась улыбнуться я. - Летти, ты идёшь с нами?       - Помогать? – озадаченно переспросила Виолетта.       - Да, идёмте знакомиться с островом! – предложила я.       - Так чем помочь? – Виолетта шла рядом, запахиваясь на ходу.       Несмотря на солнце, на улице было холодно. Ледяной ветер, заставил нас поплотнее закутаться в плащи, и вспомнить о тёплых рукавицах.             - Помочь осмотреть остров, - с невинным видом ответила я, - ведь трём девушкам проще ходить по незнакомым местам, чем двум, или даже одной. Виолетта, пройдя ещё несколько шагов, внезапно остановилась и возмущённо фыркнула:       - Ну, знаете ли, помочь с прогулками, это уже слишком! Мне холодно, я замёрзла, я пошла домой!       Виолетта развернулась и почти бегом кинулась в дом.       - Что это с ней? – удивилась Эшьяла.       - Ничего, пройдёт, это нервы, - вздохнула я. А про себя добавила: «Хорошо если это действительно только нервы и всё пройдёт».       - Бедная, мне её жалко, - вздохнула сестра, - она так переживает из-за любимого.       - Ей просто страшно, - возразила я.       - Ты знаешь, что Олару живёт в этой ужасной башне? – сменила тему Эшьяла, когда мы проходили рядом с каменным строением на набережной. – На самом верху есть комната – в ней он и живёт. Летом там душно, а зимой холодно, но он все равно отказывается жить в обычном доме. Твист сказал, что это связано с Балрагом.       - Ты неплохо ладишь с Твистом, мне он таких вещей не рассказывает, - улыбнулась я сестре.       - Да, просто как-то к слову пришлось, - состроила невинное лицо Эшьяла и с преувеличенным вниманием стала разглядывать проносящихся над водой чаек. – И вообще, - повернулась ко мне сестра, - я не согласна с Адимом и Летти.       - В чем?       - В том, что Олару нельзя доверять. Мне, например, он нравится.       - Ну, он старший брат Балрага, если, конечно, не врёт, - не удержалась я от того, чтобы не поддеть сестру. - Причём тут это? – насупилась Эшьяла. – Дело не в этом. Посмотри на тех, кто живёт на острове. Большинство из них только здесь получили свободу! Кто-то бежал из рабства, кто-то от преследования. У многих погибли семьи и некуда вернуться! – горячо бросилась на защиту пиратов сестра. – Олару не грабит кого попало, только корабли богачей!       - А как же мы? Эшьяла, наш тримаран не был гружен золотом, да и мы не тянем на богачей. Эшьяла замолчала, нервно покусывая нижнюю губу.       - Хочешь знать, почему они погнались за нами? - убедившись, что поблизости никого нет, спросила сестра.       - Да.       - Из-за Адима.       - Адима? – нахмурилась я. – Причём тут Адим?       - Твисту показалось, что он везёт на Остров свободы рабов на продажу, то есть нас. Три девушки и один мужчина, почти у берега печально известного места, где с лёгкостью можно сбыть любой товар – все это выглядело подозрительно. Только не говори об этом Адиму, - взмолилась Эшьяла. – Он и так недолюбливает Твиста.       Да уж, узнай Адим о том, что думал о нем Твист, он бы пришёл в ярость. До нашего слуха донёсся стук молотков. «Интересно, сколько времени уйдёт на ремонт корабля и отдых команды? Уложится Олару в недельный срок? Не передумает ли?» - вертелось в моей голове. Я очень боялась, что Олару может просто передумать рисковать кораблём и командой. Тогда о походе на север можно было забыть.       - Твист говорил, что на починку уйдёт неделя, - указала на корабль сестра. – Олару не хочет надолго задерживаться.       - Я тоже не хочу, - честно призналась я. – Чем ближе я к северу, тем мне не спокойнее. Хочется поскорее убедиться, что все в порядке.       Эшьяла крепко сжала мою руку:       - Все будет хорошо. Нужно в это верить.       - Я постараюсь, - пообещала я.       Я посмотрела на «Небесную тень» и вдруг увидела на вантах знакомую фигуру. «Да это же Адим! Так вот куда он направился. Не выдержав постоянных склок, он ретировался помогать чинить корабль. Ну что ж, лишняя пара рук в этом деле будет весьма полезна», - улыбнулась я.       Неделя пролетела незаметно. Мы многое успели узнать о пиратском острове. Жили тут, в основном, те, кто стал изгоем в привычном нам мире. Я не могла сказать, что полюбила пиратов, или что-то в этом роде, хотя, некоей симпатией к ним прониклась. По крайней мере, они вели честную, хотя местами и противозаконную, жизнь, со своими правилами, порядками и законами, со своим кодексом чести и со своей правдой. Не мне их судить. Местные жители, а надо отметить, что не все жители острова были настоящими пиратами и выходили на промысел в море, были и те, кто просто вёл своё хозяйство на острове, снабжая корабли провиантом, обожали Олару. Они утверждали, что капитан самый свирепый пират на свете, и втихаря от него передавали Твисту на корабль бутылки с любимым вином капитана или обожаемые им тоненькие копчёные колбаски. Адим всю неделю уходил на корабль до рассвета и возвращался за полночь. Мы с сестрой тоже как могли помогали с ремонтом, делая посильную нам мелкую работу. И даже Виолетта ходила с нами работать, стараясь держать язык за зубами, чем заслужила моё уважение. Засыпая на ходу, мы машинально жевали приготовленный для команды корабля ужин и, едва добравшись до нашего домика, тут же падали на свои кровати и засыпали. Виолетта, всё чаще мелькала в компании с Венсом. Узнав, что он родом с полуострова Падающих звёзд, Виолетта решила держаться поближе к себе подобным. В обмен на последние новости, застенчивый нуианин с удовольствием рассказывал ей морские истории, терпеливо пережидая, когда утихнут её возмущённые возгласы о, якобы, неправдоподобности некоторых событий. Между тем, она не упускала возможности и при каждом удобном случае терзала расспросами попадающихся на глаза эльфов, имевших несчастье жить на острове, об эльфе по имени Рей. Но ни кто из них не мог рассказать ей хоть что-нибудь стоящее. Нуианка не сдавалась, и, в конце концов, удача улыбнулась ей. Один из нуиан, повар королевской кухни, бежавший на остров из-за обвинения в отравлении солдат его величества, вспомнил о менестреле Рейнольде, которого старший сын короля Адриана Второго, Дарк, по-дружески называл Рей. Нуианин как смог описал ей эльфа. Однако, на этом её везение кончилось.       - Теперь я знаю, кого искать! – с упоением собирая вещи накануне отплытия, ликовала Виолетта. – Рейнольд! – ожесточённо запихивая тонкую броню, подарок Венса, в переполненный мешок, рычала она. – Проклятый менестрель!       Я не могла раньше времени открыть ей правду, а потому была вынуждена молчать. Адим скептически качал головой. Эшьяла дочитывала очередную книгу по целительству, на сей раз взятую у местного лекаря, и не видела, и не слышала вокруг себя ничего. Альфард, давно привыкший к перепадам настроения Виолетты, дремал около очага. Его не слишком радовало предстоящее очередное плаванье.       Как Олару и обещал, мы вышли в море через неделю, задержавшись всего на пару дней. Повреждения после шторма оказались серьёзней, чем оценивали в самом начале. Особенно пришлось повозиться с мачтой. Зато теперь «Небесная тень» шла под всеми парусами, подгоняемая свежим попутным ветром.