Смелые игры.

— Хэй, ты действительно думаешь, что Китнисс должна быть с Гейлом? — усмехаюсь я, закинув в рот куриную палочку. — А почему бы и нет? — разводит руками Джастин, состроив важное лицо. — Он всегда приходил ей на помощь и был рядом, когда нужно было прикрыть спину. — Но с Питом у них настоящие чувства! — настаиваю на своем, окуная наггетсы в соус и заталкивая их в рот одну за другой. — Он был влюблен в нее с детства! — А Гейл участвовал с ней в боях, когда распрекрасный женишок валялся с расстройством памяти, — фыркает парень, откусив немного булочки. — Ну вот и твои аргументы! — глубоко вздыхаю. — Лишь бы кулаками помахать да себя показать. — А тебе только слюни попускать по слащавому блондинчику, — кидает шатен, сузив глаза. — По крайней мере, я верю в нечто большее, чем долг, — скрещиваю руки на груди, откинувшись к холодной бетонной стене. — Маниакальная зависимость, — усмехается Бибер, последовав моему примеру. — Если любовь для тебя маниакальная зависимость, то мне тебя жаль, — отворачиваюсь от него, не желая больше продолжать эту беседу, перераставшую в громкий спор.       Мне до сих пор в новинку то, что минуту назад мы просто сидели и беззаботно болтали о книге. А уж дискуссия о понятии "любовь" — это слишком. Маниакальная зависимость. Хм. Много он понимает! Готова поспорить, что этот человек еще ни разу не влюблялся по-настоящему. В прочем, как и я. — С кем она останется в конце концов? — тихо шепчет Джастин спустя долгую паузу. Я невольно улыбаюсь. — Ты не дочитал книгу? — удивленно гляжу на него, повернув голову. — А что, есть книга? — округляет глаза парень так, что они чуть ли не вываливаются из глазниц. — Я только фильмы смотрел.       Меня накрывает волной дикого приступа хохота. Я смеюсь до боли в животе, не в силах даже сделать глубокий вздох. Чувствую, что воздух в легких заканчивается, поэтому пытаюсь успокоиться. — Что смешного? — с небольшой обидой в голосе говорит парень. — Ты серьезно? — еле выдавливаю я, стараясь побороть в себе смех, рвущийся наружу. Вижу, что Бибер действительно не понимает о чем я: он в недоумении мечется глазами по камере. Тогда окончательно успокаиваюсь и пытаюсь ему объяснить все. — Так что насчет Китнисс? — кивает он, когда я заканчиваю свое объяснение. — Кого она выберет? — Может будет лучше, если ты сам прочтешь книгу? — приподнимаю уголки губ. — Лучше дождусь последней части фильма, — отвечает кареглазый, снова заставив меня улыбнуться. Боже, что он делает со мной? Мы снова сидим молча, уставившись в одну точку, пока бархатный голос парня вновь не нарушает тишину. — Джоанна, — тихо шепчет он, — а кого бы выбрала ты? Сильного и смелого или любящего и преданного? — Мы все еще говорим о "Голодных играх"? — заглядываю в его карамельные глаза, которые пленят и завораживают. — Конечно. — За меня бы выбрало сердце, — не успеваю я закончить эту фразу, как вижу, что бледная рука Джастина тянется сквозь решетку ко мне. Взяв в ладонь мой подбородок, большим пальцем он проводит у уголка губ. В недоумении пялюсь на него. — У тебя здесь соус остался, — потупив взгляд, Бибер одергивает руку. Закусив внутреннюю сторону щеки, я отворачиваюсь, чтобы Джастин не заметил румянец, который предательски проступил на моих щеках. Странная ситуация. Очень странная.       Вдруг неловкое молчание прерывает какой-то грохот вдали и рассерженные возгласы нескольких мужчин. Я вздрагиваю, прижавшись к стене. В темное помещение входят четверо охранников и тот строгий мужчина, из-за которого-то все и началось. — Открой, — приказывает он одному из своих подчиненных, указав рукой на замок, висевший на двери в мою камеру. Сердце останавливается. Я чувствую, как что-то теплое дотрагивается до моей руки. Поворачиваю голову и вижу, что Бибер, держа меня за руку, что-то шепчет одними губами. Я разбираю только нечто вроде: "Не бойся. Все будет в порядке." Это не успокаивает меня, я лишь еще больше начинаю нервничать, когда ловлю на себе испепеляющий взгляд мужчины в костюме. — Иди сюда, тварь! — подлетает он ко мне, как только оказывается внутри камеры. — Обмануть меня решила? Прикрыв глаза, ощущаю холодные пальцы на своей шее. По всему телу прокатывается волна дрожи. Он прижимает меня к стене, больно ударив головой о бетон. — Я Вас не обманывала, — хриплым голосом выдавливаю, использовав последний воздух в легких. — Не ври мне! — кричит мужчина, брызжа слюной. Его глаза наливаются кровью. Он снова ударяет меня о стену. — Ты заплатишь за это! Быстрым движением он срывает с меня майку, оголив верхнюю часть тела. Я стараюсь прикрыться, но он убирает мои руки, вцепившись своими в мою грудь. — Что ты делаешь, ублюдок?! — слышу истошные крики Джастина. — Не дотрагивайся своими грязными лапами до нее! Не смей! Мужчина указывает пальцем на Бибера, кивнув своим охранникам, которые тут же срываются с места, бросившись к нему. В этот момент я умудряюсь вцепиться зубами в руку здоровяка. — Сука! — кричит он, швырнув меня в другую сторону. Я падаю на пол. Сжав челюсти, мужчина нависает надо мной, прижав к бетонному покрытию. Держа мои руки, он начинает целовать меня в шею, спускаясь все ниже. Слезы стремительным потоком вырываются из глазниц, скатываясь по щекам. Я зажмуриваю глаза, когда чувствую, что этот ублюдок опустился слишком низко. Одной рукой он расстегнул молнию на моих джинсах, принявшись стягивать их. Стараюсь вырваться, но ничего не выходит. Я бессильна. Продолжаю слышать вопли Джастина. Повернув голову, открываю глаза. Лучше бы я этого не делала. Картина приводит меня в ужас: парень лежит скрючившись на полу, когда четверо охранников пинают его ногами. Изо рта шатена течет алая кровь. Он последний раз поднимает глаза, чтобы взглянуть на меня, а затем обессилено опускает веки. Все. Он замолкает. — Не-ет... — протягиваю я, истерично взвизгнув. — Джастин! Не знаю что происходит дальше, потому что сразу же отключаюсь.