Wholock

Была поздняя ночь. На мрачный бархат неба высыпали жемчужины-звезды, поблескивая где-то в бесконечной дали от Бейкер-стрит. Улица была молчалива, прохожих не наблюдалось. Кое-где в серых коробках домов горел свет, но большинство жителей предпочитало ему мрак. Завтра вторник, а значит, работу никто не отменял. Через три часа Лондон начнет оживать, а пока тишь, гладь да благодать. Шерлок Холмс лежал на своем любимом кожаном диване со сложенными в молитвенном жесте руками, плотно прижатыми к подбородку. Глаза под закрытыми веками беспрерывно метались, пальцы нервно подрагивали от малейшего шороха, а иногда и вовсе без причины. В камине уютно потрескивал последними угольками огонь. На стене над сыщиком висело множество бумаг и фотографий. Некоторые были скреплены тонкой красной лентой, какие-то выглядели старыми и очень потрепанными, другие наоборот сделаны совсем недавно. Лица и люди тоже были разные. На самых старых фотографиях был изображен мужчина в нелепом свитере и потрепанной кожаной куртке с серьезным взглядом и военной выправкой точно как у Джона, спутника Шерлока. Он уверенно шагал в толпе людей, никогда не смотря в объективы камер, изредка выхватывавших его лицо из масс. Чаще встречались фотографии мужчины в длинном коричневом пальто, синем костюме и кроссовках. Он рассекал по Лондону, засунув руки в карманы и одев на острый нос очки, которые явно использовались просто как аксессуар. Частенько рядом с ним на фотографиях появлялась девушка-блондинка, невысокого роста, может, чуть полноватая, но этот факт менялся от фото к фото. Но еще больше было изображений другого молодого человека – обладателя бабочки и подтяжек. Он появлялся в кадре чаще остальных, но о его спутниках ничего не было известно. Единственное, что объединяло всех этих странных людей, это синяя полицейская будка. Их в Лондоне давно уже не водилось, а потому люди, случайно встречавшие на своем пути эту диковинку, делали с ней фотографии. А посему вариантов изображения этой будки в распоряжении Холмса имелось предостаточное количество. Так же была и кличка, которую эти трое называли при знакомстве – Доктор. Просто Доктор, без имени и фамилии. Шерлок занимался поиском этих отовсюду исчезающих людей непозволительно долго – третью неделю полы квартирки на 221Б были завалены увеличенными или наоборот уменьшенными изображениями Докторов, будки и девушки, которую, как удалось выяснить детективу, звали Роза Тайлер. Она числилась погибшей в результате какого-то загадочного инцидента, имевшего места быть пару лет назад. -Шерлок, я собираюсь спать, - объявил Джон, поднимаясь с кресла и потягиваясь до хруста в костях. -Спокойной ночи, - недовольно откликнулся детектив. – Пока ты не ушел, можно попросить тебя приготовить мне чашку кофе? -Кофе кончился неделю назад. -И ты за всю неделю не нашел время за ним сходить? – изумился Холмс, удостаивая компаньона фирменным сердитым взглядом. Джон вздыхает и направляется к себе в комнату, предварительно погасив свет на кухне, нечего зря электричество тратить, и без того счета большие. Ватсон уже собирался погасить и настольную лампу на столе детектива (тот бы все равно не заметил, наверняка, в этом же положении и уснет), как вдруг на улице раздался странный шум. То ли скрежет, то ли лязг, черт его разберет. Но уху скорее приятно, чем нет. Джон внимательно прислушивается, звук доносится с улицы, а слышен так хорошо из-за забытой кем-то открытой форточки. -Что это за шум? – спрашивает он встрепенувшегося Шерлока. Тот не спешит отвечать на вопрос и молча, как будто боится спугнуть зверя, на которого долго охотился, бесшумно приближается к занавешенному легкой полупрозрачной тюлью окну. Там, прямо посреди дороги стоит синяя полицейская будка. Ее фонарь время от времени мигает, словно приглашая спуститься. -Шерлок, что это за шум? – уже настойчивее и с заметной тревогой в голосе повторяет свой вопрос Джон. Детектив улыбается, как сытая кошка, и весело смотрит на компаньона. -Это он, - Холмс бросается к двери, на ходу крича что-то неразборчивое про то, чтобы Ватсон и носа на улицу не смел показывать. На улице меж тем прохладно, дует весьма ощутимый осенний ветер, который, как Вам должно быть известно, отличается особой прохладой и навязчивостью. От него ёжатся все лондонцы, но Шерлоку Холмсу, единственному в мире детективу-консультанту, так неблагоразумно кинувшемуся на улицу в пиджаке, совсем не спасающем от пронизывающего ветра, отнюдь не холодно. Его этот вопрос попросту не занимает, и он предпочитает обратить на его внимание, когда на это будет время. А с учетом обстоятельств, если будет время. Шерлок застывает на пороге квартиры, внимательно вглядываясь в только что появившуюся посреди дороги полицейскую будку, знакомую до мельчайших деталей только лишь по фотографиям. Вдруг дверца ее открывается, из нее выглядывает человек, тот самый, который на всех фото изображен в бабочке и старомодных подтяжках. Заметив на крыльце Холмса, он лукаво улыбается и сразу же вновь пропадает в своем укрытии. Детектив медленно преодолевает расстояние до будки и останавливается в нерешительности. Спиной он чувствует взгляд Джона, зорко наблюдающего за ним через окно. Холмс улыбается, представляя, как его друг сжимает в руке военный револьвер и поджимает губы в тонкую незаметную нитку. Наконец, решив, что хватит промедления, Шерлок открывает дверь и замирает, сделав пару шагов внутрь таинственной будки. Здесь тепло, посреди огромного пространства, которое просто не может уместиться в этой крохотной коробочке, стоит панель управления, на которой разными цветами горят кнопки всех мастей, размеров и форм. Весь интерьер выполнен в серых металлических тонах, холодный свет из столба посреди панели с кнопками слишком режет глаз, привыкший к теплому освещению настольной лампы. И только теперь, осмотревшись, детектив таки обращает внимание на единственного, кроме него, присутствующего здесь человека, того самого, который игриво улыбнулся ему пару минут (вечностей?) назад. Человек стоит неподвижно, скрестив руки на груди, и все с той же легкой полуулыбкой наблюдает за Шерлоком. Он молчит, а потому Холмс первый к нему обращается. Его голос эхом отдается от стен странной будки, которая больше внутри, чем снаружи. -Кто ты? -Я Доктор, - теперь человек улыбается шире. Его вся эта ситуация как будто все сильнее забавляет, и он готов рассмеяться в любую секунду. -Как твое настоящее имя? -Я только что назвал его тебе, - продолжает скалиться Доктор. – Мое имя – Доктор. -Ладно, пусть так, - решает отпустить ситуацию Шерлок. В любых иных обстоятельствах он пытал бы этого странного Доктора до тех пор, пока тот не выдал бы формулу еще неоткрытого химического соединения, но сейчас не это главное. – Что ЭТО такое? -Это? Это ТАРДИС. Если быть занудой, то это машина для перемещения во времени и пространстве, - охотно отвечает Доктор, плавно делая пару бесшумных шагов в сторону детектива. – Хотя обычно в таких перемещениях нет ни капли занудства. -Нельзя путешествовать во времени, - спокойно говорит Шерлок, пытаясь вернуться в свою тарелку, где царит рационализм, и нет странных исчезающих отовсюду полицейских будок и всяких ухмыляющихся Докторов. -Можно, если у тебя есть ТАРДИС, - беззаботно отмахивается Доктор. – Кстати, добро пожаловать. И я все же жду, когда ты скажешь, что она больше внутри, чем снаружи. Я так привык к этой фразе, что скоро, наверное, стану сюда приглашать людей только ради того, чтобы ее услышать. Хотя это было бы безрассудно, не находишь? Шерлок хмурится и молчит. -Ой, да брось ты свою серьезность, хоть раз в жизни попробуй быть проще, - предлагает обладатель чудесной машины. – У тебя есть возможность отправиться, куда душа пожелает! Хоть в прошлое, хоть в будущее, но я все-таки предпочел бы первый вариант, люблю дышать стариной, знаешь ли. Ну, так что? Согласен? -Согласен на что? – Холмс хмурится еще сильнее. – Я очень занят здесь, в Лондоне, и вообще-то я до сих пор не знаю, кто ты. -А! – досадливо взмахивает руками Доктор. – Я же тебе сказал, меня зовут Доктор, а ты, пусть и величайший в мире детектив, но все равно скучаешь без дела. Давай развеемся, бросим все и развеемся? Куда ты хочешь отправиться? Шерлок смиряется с закрытостью этого странного человека и решает, что сможет узнать больше, если станет играть по его правилам. В конце концов, что ему остается? -Пусть будет прошлое, - наконец отвечает он. Доктор издает короткий смешок и энергично кидается к пульту управления, а через пару секунд, когда Джон Ватсон с жутким криком бросается на улицу, таинственная синяя будка исчезает с улицы Бейкер-стрит и несется куда-то далеко-далеко в прошлое. Была поздняя ночь. На мрачный бархат высыпали жемчужины-звезды. Улица молчалива, прохожих не наблюдается, а через пару часов, когда Лондон оживёт, под его небосводом уже не окажется одного детектива-консультанта.