Supernatural Cry

Ночь. Красивая, неприступная, таинственная. Именно ночью совершаются все мерзкие делишки, такие как убийства или ещё что похуже. Ну, так Дженсен думал. Они портят её великолепие. Луна. Сияющая, полная, толстая, красная луна. Она одаривает каждый предмет, каждую букашку своим светом. Но тем не менее она смотрит на тебя презрительно, не скрывая своего статуса, смотрит на тебя сверху вниз. Ты никто. Ты должен это знать. Поэтому Дженсену не нравится природа. Там, где он живет, она приручена, словно домашний котёнок, люди не воспринимают её серьёзно. А здесь… здесь по-другому. Она – тигр. Ты – жертва. И не дай бог попадешься ей на глаза. Поэтому Дженсену не нравится природа. Ночной тропический ветер пронесся мимо, оставляя за собой холодный след с ароматом диких цветов. Дженсен поёжился. Ночью на острове становится холодно, а на нём всего лишь летние брюки да рубашка, уже насквозь мокрая от пота. Дженсен большими шагами поспевал за этим странным парнем, прожигая взглядом его затылок. Так много вопросов у него накопилось за это время! Парень же даже не удосуживался повернуться, наверно он вообще забыл, что за ним идут, и повторял себе под нос: «Я успею, успею, успею». Дженсену не хватило смелости спросить, о чём он. Джейсону преградила путь ветка, он отодвинул её рукой, не задумываясь, а та, видимо радуясь такой перспективе, ударила по щеке позади идущего Дженсена. - Бля, - прошипел пострадавший Дженсен. И всё-таки звонкий хлопок заставил повернуться парня. Дженсен увидел в его глазах обречённость, страшно видеть её у молодых людей. - Прости… Осталось совсем немного. - Может, объяснишь, что происходит? - О’кей, но потом. Весь оставшийся путь они шли в молчании. Тишина. Такая громкая, оглушающая. Иногда её прерывал тяжелый вздох Джейсона, похрустывание ветки или отдалённый протяжный вой. Есть хотелось ужасно. Дженсен представил бифштекс, огромный такой, сочащийся жиром, горячий и вкусный. Дженсен облизнул губы. Тень улыбки коснулась лица Джейсона, когда он это заметил. Наконец на вершине холма показался довольно большой дом, в окнах свет. Джейсон побежал по каменной дорожке, ведущей к дому, Дженсен за ним. Перед дверью парень остановился: - Я покажу тебе, где что, затем побегу в пещеру, под домом, там все мои друзья, но потом вернусь. Запомнил? - Хорошо, - Дженсен кивнул. О, ещё нормальные люди! Войдя внутрь, Джейсон насторожился. Играла музыка. Спокойная, напоминающая о доме. Родном доме. Возможно, Дженсен её слышал в забегаловке, где встретил Данни после съёмок «Героя»*. Милые времена. All the leaves are brown and the sky is gray I’ve been for a walk on a winter’s day I’d safe and warm if I was in L.A. California dreamin’ on such a winter’s day… Почему так жжёт глаза? Да Господи, что такое? - Стой. На месте, - с паузами продиктовал Джейсон и пошёл в другую комнату, где якобы играла музыка. Дженсен и не думал двигаться, так был заворожен атмосферой дома. Спокойные тона, скрипящие доски, картины на стенах: пейзажи, животные. На тумбочке рядом стояла фотография. Дженсен подошел поближе. На него смотрел парень в кепке, на которой была неприличная надпись. Светлые волосы, голубые глаза. Широкая улыбка. Дженсен тоже улыбнулся. Но только потом он увидел, что рамка перевязана чёрной лентой, а рядом свечи. Господи» подумал Дженсен и отошел. Из комнаты доносился диалог: - Что вы тут все делаете, это опасно! - У Лизы кашель, я подумал, это всё от сырости, поэтому и перебрались сюда, - хриплый голос. - Эй, Джес, принёс, что просил? - Нет, извини. Мне нужно вам кое-кого представить. Из комнаты вышел Джейсон, широкоплечий парень и мужчина, лет шестидесяти. В их глазах была плохо спрятанная грусть. - Просто у нас с Китом закончилась дурь, - начал оправдываться мужчина. - Хех, - грустно усмехнулся Кит, - Кит, - протянул руку Дженсену. - Дженсен, - это было довольно сильное рукопожатие. - С Доком можешь не знакомиться, все равно забудет через три секунды, прям как рыба. – Доктор, кстати, давно уже свалил из дома. - Где Лиза? – устало спросил Джейсон. - Наверху. Что-то ей нездаровится. Кашляет постоянно. Джейсон кивнул и повёл Дженсена на кухню. Им предстояло серьёзно поговорить и обсудить планы на будущее. … - Ладно, блять, ты меня серьёзно заебал, - заявил Ваас, сидя на Мише. – Хуёвый из тебя пони. Ваас встал, и Миша, который до этого стоял на четвереньках, упал на землю. Пыль вокруг поднялась облаком, из-за чего Ваас начал недовольно цокать. - Из тебя, я смотрю, поэт дохуя. Надо тебя Баку показать, а он найдет тебе применение, хе-хе. Ваас опустился рядом с Мишей, сделал грустное лицо и восхищённо произнес: - Устроим игру. Ты сейчас пойдешь, погуляешь, налюбуешься столь прекрасной природой, может, вдохновение для стихов появится, надо же у тебя талант развивать, м? И если я тебя увижу, хоть краешком глаза, тебе, гхм, настанет конец. Миша закатил глаза и поднялся. - Ты, бля, оглох? Давай уёбывай отсюда, сука. Я сказал, беги! Беги, Форрест, беги! На Мишу это никак не подействовало. Медленно подняв руку, а затем показав неприличный жест, он не торопясь пошёл в джунгли.