Новая жизнь. Лондон

Эндрю открыл дверь и мы вошли. — Ты проходи в гостиную, а я принесу лекарство. - говорил он, снимая ботинки. — Хорошо. - послушно согласилась я. Это была огромная квартира в черно-белых тонах. Не знаю, сколько в ней комнат, но точно не меньше 8. Я разглядывала каждую вещицу, каждую мелочь, ведь когда еще я попаду в квартиру своего любимого актера?! Как ни странно я быстро нашла гостиную и присела на диван, разглядывая рисунки на стенах: они были очень интересными, тем более, мне это безумно нравится, не зря же я занималась этим 12 лет. В комнату тихо вошел Эндрю, наблюдая за мной со стороны. Он улыбался тому как я увлеченно разглядывала рисунки. Но я быстро его обломала и проговорила... — Этот художник явно ничего не смыслит в технике художественного искусства, но душа у него полна чувств. Невероятно красиво! После моих слов Эндрю смущенно ответил: — Я действительно в этом ничего не понимаю. — О Боже, так это ты нарисовал? - мои глаза чуть с орбит не повылетали от удивления. — Моя квартира была похожа на больничную палату из-за этих пустых белых стен, поэтому я взял черную краску и стал рисовать что в голову придет. Как-то так. — Знаешь, мой учитель в художественной школе всегда говорил, что "Художник — это тот, кто пишет душой, а не кистью", поэтому я никогда не писала пустые картины, только то, что чувствовала. — Так ты художница? — Да. — Наверное, это очень интересно. — Как увлечение — да! Как способ самовыражения — да! Как образ жизни — да! Но как профессия точно нет. — И почему же? - с неким интересом в голосе спросил он. — Потому что заставляют рисовать то что нужно, а не то что чувствуешь. — Тогда согласен с тобой. — А тебе гораздо проще. Ты ведь можешь выбирать, кого тебе играть. — Но как...ааа, так ты знаешь кто я. — Естественно знаю. - улыбаясь ответила я. — Тогда отвечу на твой вопрос. Да, актёры могут выбирать кого им играть, но только когда ты уже востребован, а до того приходится браться за любые роли. Есть ведь что-то надо. Я утвердительно махнула головой и опять перевела взгляд на рисунки. А Эндрю, не теряя времени сел передо мной на колени и стал обрабатывать мою рану. Он делал это так осторожно и с такой заботой, что я смотрела на него и не могла налюбоваться. — Ну все, теперь я за тебя спокоен. Эмм...может кофе или чаю? - спросил он поднимаясь. — Да, пожалуй кофе. Спасибо. "Все что угодно, только бы не расставаться с ним" мелькало в моей голове. Мы сидели на диване, пили кофе и говорили обо всем на свете. Мне почему-то было так хорошо с ним. Он был каким-то родным и казалось, будто я знаю его уже тысячу лет. Время так незаметно летело, что мы совсем забыли о нем. Он рассказывал о своей семье, это было так мило. Но меня почему-то это удивило. Он ведь меня совсем не знает, а семья — это что-то очень близкое, личное. — Я первый раз рассказываю об этом человеку, которого знаю всего пару часов. - смеясь, говорил он. — Тогда почему? - взглянув ему в глаза, спросила я. — ...не знаю, просто мне кажется, что ты для меня... Видимо, он так увлекся моими глазами, что и не заметил, как кофе из его чашки оказалось на мне. Всего мгновение и мое платье обрело большое кофейное пятно. В ту минуту я просто ненавидела весь мир. "Но почему сейчас? Почему именно перед ним?" задавалась я вопросами. Мне казалось, что это худшее, что со мной произошло в этой жизни. Но немного позже мое мнение совсем поменяется. — О Боже! Прости меня, пожалуйста! Я не хотел. Какой же я идиот! Прости! - то и дело извинялся Эндрю. Это нужно быстро застирать, чтобы не испортить. Снимай платье, я сейчас закину в машинку. Она быстро все исправит. — Я как бы понимаю, но я же не могу остаться без платья. Совсем. Здесь. Понимаешь? - пыталась намекнуть ему я. — ем...а ну да! Конечно. Прости, я просто растерялся. Ванна, вторая дверь слева. Платье оставишь в машинке, там висит халат. Можешь одеть его. - слегка запинаясь, говорил он. — Хорошо, я поняла. Я отправилась в ванну. Естественно, она была огромная. — Зачем ему одному такая большая ванная? Здесь же потеряться можно. - шепотом говорила я себе. Я закинула платье в машинку, приняла душ и одела банный халат, он был явно большего размера, чем нужно. Но одна мысль о том, что я в халате Эндрю Скотта заставляла меня улыбаться как сумасшедшую. — А мне идет! - говорила я себе, смотря в зеркало. — Все хорошо? - послышался голос Эндрю. — Да. - поспешила ответить я. Он стоял у окна. Я тихо вошла и проговорила: — Он явно больше меня. Он посмотрел и широко улыбнулся. — Мой халат еще никогда не был таким красивым. — Спасибо, ты меня успокоил. С того момента моя жизнь стала совсем другой. Между нами ничего не было, если Вы подумали об этом. Просто после встречи с Эндрю моя жизнь в Лондоне обрела смысл. Мы много общались и это было такое теплое, дружеское общение. Мы стали довольно близки, Эндрю рассказывал мне практически все. Он даже помог мне найти работу. Меня взяли в театр, гримером. Еще никогда моя работа не была такой веселой и интересной. Просто туча актеров и их удивительная энергетика. К тому же, в этом театре играл Эндрю. Каждый день я ходила на работу как на праздник. Короче, я была невероятно счастлива.

***

Солнечные лучи пробирались сквозь мое окно. Утро в большом городе начиналось как всегда, отлично. Прохладный душ и чашка крепкого кофе быстро разбудили меня и, одев джинсы и бежевую рубашку, я обула балетки и поспешила на работу. Уже практически у входа в театр на меня налетел мужчина. Моя сумка вылетела на дорогу и все, что было внутри оказалось на асфальте. — Вы что, совсем?! Чуть не "пришибли" меня! Смотрите куда идете! - так многословно и с огромным возмущением говорила я, но подняв голову, я растеряла все свое многословие, оно переросло в затянувшееся молчание. — Извините, пожалуйста! Я такой неуклюжий. Давайте я Вам помогу. - извиняясь, мужчина начал собирать вещи в сумку, а я стояла как замороженная, едва проговаривая слова. — Простите, Вы ... Бенедикт Камберб... — Ах да. Это я. Бенедикт Камбербетч. - перебив меня, ответил актер. Вот, держите. И простите меня еще раз. - отдавая сумку, сказал он. — Спасибо. - ответила я. Он так быстро ушел, что я даже не успела извинится за свое поведение. Уже в театре я зашла в гримерную и готовясь к работе стала тихо напевать какую-то песню, из английского радио. — Сейчас подойдут актеры. Вот список героев и актеров, там же название спектакля. - объяснила Мэри и быстро ушла. Она всегда такая деловая. Мэри, если можно так сказать, моя начальница. Но на самом деле мы с ней отличные подруги и она прекрасный человек. Напевая ту же песню, я раскладывала косметику и краски для грима. — Отличная песня. - сзади раздался мужской голос. Я обернулась. — "И почему он?", промелькнуло в голове. В дверях гримерной стоял Бенедикт.