Иллюзия человека

Стоило мне только услышать, как парень закрыл дверь за собой, я тут же бросился наверх в свою комнату. В голове сразу стал складываться нереальный план побега из города… Куда-нибудь подальше от места, где есть такие страшные люди. Только собрав свои вещи в спортивную сумку, я замер: - Что мне делать? Если честно – безумно страшно. Это как кувалдой по голове получить. Потому что, когда я увидел, как рассыпаются мои иллюзии… Они ведь даже пытались его остановить, что не свойственно иллюзиям, имеющим другую цель, нежели моя защита. Да что там! Я еще никогда не создавал иллюзии, которые бы желали стать моими охранниками… Та же иллюзия, созданная после уроков в порыве обиды, что мама оставила так много заданий до ее прихода, уселась за Плейстейшен и совершенно не слушала моих просьб заняться делом. А тут в ней проснулись какие-то другие чувства. Пару раз я видел, как иллюзия распадается сама собой, легко осыпаясь кристаллами стекла или песка на пол. Обычно такое случалось, когда истекало приличное время с момента ее создания (обычно день-другой), а я не успевал «войти» в ее воспоминания. Или, как в случае с теми иллюзиями, что я создал для помощи Изи, они превращались в зеркальную пыль из-за серьезного напряжения, которое на них навалилось… Но так! Чтобы кто-то убил иллюзию… Мою точную копию! И откуда только этот высоченный (выше меня ведь, а это надо постараться!) парень знал, кто из нас настоящий? Или действовал по наитию? Не похож он на хорошего человека, просто желающего мне помочь. Своей выправкой и осанкой он напомнил мне военных… А слова этого Ника? Он хотел, чтобы я присоединился к какой-то организации. Ну да! Бегу и спотыкаюсь, парень. Не на того напал. Не надейся даже. Бли-и-ин, и я конечно тоже молодец! Нужно же было так легко попасться – знал ведь, что дело так просто не закончиться. А уж обычный наезд преподавателей на меня и Изабеллу – лишь шаг в бездну. Так. Ну, для начала я вполне могу уехать из этого городка. Например, в Нью-Йорке у меня есть тетя, так что меня она может принять у себя на какое-то время, пока этот случай на футбольном поле не замнется, а парень не забудет обо мне. А потом, как к ней приеду, нужно будет залечь на самое дно, пока мое дело не отойдет на задний план. Помню, как в первые два года, после того, как узнал об этой своей способности, я думал, что остальные могут так же, просто не говорят об этом. То, что это далеко ненормально – создавать иллюзии самого себя из воздуха, если тех не больше двух, или из зеркальных осколков – сказала мне Изабелла, открыв чуть ли не вселенную. Теперь мне придется ее бросить. Уехать куда подальше… Спрятаться от возможной военной организации и в частности этого маньяка-Ника. Этот брюнет напугал меня безмерно. - Дилан Джеймс Джонсон, - торжественно произнесла моя мама, когда я успел разве что ступить на первую ступеньку на лестнице, ведущей на первый этаж. – Куда это мы собрались? Моя мама всегда производила впечатление опасной женщины: высокая с тяжелым взглядом серых глаз, она всегда казалась мне самым страшным человеком. Особенно в гневе. Еще когда отец ушел от нас, выбрав себе менее взбудораженное «гнездо», я начал догадываться об истинных причинах их разрыва – моя мама еще в юном возрасте была монархом в отношениях. Но сейчас она пугала меня меньше всего. Я более не желаю видеть, как рушатся мои иллюзии. И уж точно никому не позволю использовать эту мою ненормальность в личных целях – еще на опыты пустят. - Мама? Ты сегодня рано. - Да, - кивнула она, сложив руки на груди и взглянув так, что я мигом похолодел. Даже то странное и неестественное чувство, что вызвал у меня этот странный Ник, только появившись в дверях, несравнимо с тем ощущением, что появляется при таков взоре матери. Хотя она смотрит снизу вверх, но кажется, словно бы наоборот… - Так куда это мы собрались? – вскинув одну бровь, поинтересовалась она, явно ожидая какой-то свой личный ответ на все это, и тут я увидел, как она смотрит в угол у стены… Где лежали маленькие осколки зеркала, что остались после моих иллюзий. - Ох, я нечаянно… - начал было я, спустившись вниз за считанные мгновения. - Опять что-то сломал или разбил, а мне догадываться, что именно? И куда ты собрался, мне все еще интересно. Я быстро включил оставленный одной из своих иллюзий пылесос, сметая мелкую крошку, и ужаснулся тому беспорядку в зале, что натворил другой «я». Да что ж все так не вовремя! Настолько ведь погрузился в свои мысли, что не заметил, как мама с работы раньше на два часа вернулась. - Я хотел в тренажерку сходить с друзьями, - неоднозначно махнул рукой, быстро выключая телевизор и убирая куда подальше приставку. - С друзьями? – скептически хмыкнула мама. – С Изабеллой что ли? -Ну, у меня есть и другие друзья. - Рассказывай больше, - фыркнула она в ответ на это, видимо, решив все же оставить меня в покое, потому что направилась наверх. – И чтобы к девяти был дома. Ты все еще не выполнил то, что я просила… - Я успею приготовить поесть, мам! – крикнул я ей в след, перекидывая через плечо брошенную в проходе сумку. И ведь даже не грустно… Грустно стало, когда я приехал в мотель между своим родным городком и другим, когда мой попутчик вполне ясно намекнул, что дальше наши пути расходятся. Двухэтажный мотель встретил меня серыми стенами, черным звездным небом и неразговорчивым служащим, который отдал мне ключи, лишь в десятый раз перепроверив документы – пришлось наложить на них небольшую иллюзию, чтобы возраст прибавить. Если с бумагой все удалось наилучшим образом, то внешность свою я поправить уже никак не могу, так что стоял я перед этим парнем в своем обычном прикиде и уж точно не походил на двадцатиоднолетнего. Но куда ему деваться? Деньги-то я дал, документы показал… Отворив скрипучую дверь, я тяжело выдохнул, чувствуя стойкий запах сырости. Мой «номерок» в мотеле на дороге оказался ничуть не лучше тех, что показывают в фильмах, разве что телевизор работал. Понажимав на кнопки, я переоделся и лег спать, надеясь, что завтра смогу дельное что-нибудь придумать – иначе застряну тут. Сон – вязкая субстанция, в которую не хочется погружаться, но надо. События всего дня стойкой стеной мешали мне заснуть, но в этом были и свои плюсы, так как стоило мне лишь расслабиться и упасть на самое дно собственного сознания… Черное пространство вокруг пугало: я осторожно огляделся и, не увидев и зги, в ужасе рвано задышал, отступая назад – в пустоту. Ощутив легкое холодное прикосновение к рукам, что держу позади себя сплетенными, я вскрикнул и мой голос потонул в липкой тишине тьмы. Я обернулся и в ужасе отпрянул, увидев собственное отражение в огромном зеркале, освещенным чем-то сверху. Это был я и не я. Этот светловолосый парень не двигался вслед за мной. Он висел в темноте по ту сторону и спал улыбаясь, пока я не зажал рот рукой… Мое отражение тут же открыло веки и я увидел красные неживые глаза. - Привет, Дилан, - пропело отражение, прикасаясь к зеркалу, и с неохотой отпрянул от этой приграды между нами. – Я смотрю, ты распоясался. Он оглянулся назад, показывая мне словно бы со стороны тот танец на футбольном поле. Я разве что успел нахмуриться, прежде чем картинка вновь померкла, став черной завораживающей темнотой. - Не забывай, кто правит балом, - ухмыльнулось мое собственное лицо. ... Я в ужасе открываю глаза, и поднимаюсь вверх, чувствуя, как к телу прилипает мокрая от пота кофта. - Да чтоб вас… - ударяюсь о тумбочку возле постели. А я, оказывается, во время сна почти сполз на пол, свесился аж на половину своего тела! Потянулся, улыбнулся, вымыл лицо холодной водой и подошел к окну, отдернув шторку. Ох… Кошкина сметана! Возле основного отдела мотеля, где сел главный управляющий, стоит никто иной, как тот самый Ник… Как он узнал, где я? Я сглатываю, смотря на то, как этот высокий брюнет в темной одежде с синеватым отливом кивает на слова того парня, что мне вчера дал ключи от этого номера… Мое сердце пропускает удар, когда Ник поднимает на меня свой взор и я, прежде чем подумать, дергаю шторку, возвращая ее в привычное состояние. - Надо бежать! – достаю сумку из-под кровати. Переодеться или не стоит? Я такой мокрый после сна, что противно… Вдруг Ник меня не заметил? Он же не знает, в каком номере я спал, так ведь? Стук заставляет меня замереть на месте, и я успеваю разве что застегнуть джинсы ровно в то мгновение, когда Ник, без сопротивления слетевшей с петель двери, выходит внутрь комнаты мотеля. - Эм… Привет? – неестественная улыбка появляется у меня на лице, и я часто моргаю, пытаясь убрать это ведение из прошлого. – Какими судьбами? - По твою душу, - тихий, но властный голос Ника прошибает не хуже моего сна. Я в ужасе смотрю на то, как он открывает крышку от пластмассовой бутылки с минералкой, словно это бомба замедленного действия. Ник ведет рукой, и водяной поток следует его желанию, выплывая из своей «оболочки»… - Что? – срывается с губ. «Он такой же, как и я… Ненормальный!» - проносится в голове мысль, прежде чем водяные оковы сковавают мои руки, сцепив их над головой. - Никогда бы не подумал, что водой так можно! И зачем я только это говорю? Потому что парень почти тут же подходит ближе и шипит: - Не смей сбегать. Я тебе не собачка, чтобы искать тебя. Завтра тебя заберут из дома твоей матери, Дилан, и теперь уже у тебя нет выбора. Будешь учиться руководить своими способностями на благо общества. Ага! Щассссс… Но парню такого не говорю: - Лады. Выпустишь? Легкий щелчок пальцев и я, не ожидая такой сговорчивости от парня столь скоро, падаю на колени. Потираю кисти рук, ухмыляясь: - Иди ты к черту! Успеваю кинуть свою сумку в зеркало, что висит рядом с постелью. То опадает множеством мелких и не очень осколков на тумбочку. Невольно Ник прикрывает лицо руками, и в это мгновение я действую… Когда парень вновь смотрит на меня перед его лицом уже шестеро таких, как я, а я уже перемахиваю через окно на улицу. - Бай, идиот! – выкрикиваю прежде, чем понимаю, что этим только раззадориваю парня. И тут я чувствую ужас. Всепоглощающий, безумный, страшный. Все вокруг меркнет, становится бездарным, ненужным, и я еле переминаю ногами, слыша, как рушатся мои иллюзии… Одна за одной. Ник настигает меня неподалеку от мотеля, если точнее я практически лежу на пыльной земле, не чувствуя ничего, кроме страха. Это чувство одновременно такое родное и далекое, что непривычно, когда голубые чистые глаза парня встречаются с моими, и его лицо становится немного озадаченным… Мгновение и я могу дышать без боли, вот только меня, без моего на то разрешения, заставляют сесть на мотоцикл. - Крутой байкер, что ли? – усмехаюсь я, когда парень садится спереди, а мне кивает сцепить руки на его торсе. - Молчал бы, чертова копирка, - фыркает. Лаааадно. Пока я последую твоей немой просьбе вести себя как следует. Пока не дам по башке! Кошкина сметана, а не парень!