Утрата

Минуту Китнисс сидела и смотрела на эту записку. «Будь собой». Это фраза большего всего взбесила Китнисс. Она пытается быть собой, она все время пытается разобраться в себе. Он говорит, будто это так легко, как сесть или встать. Не теряя времени, Китнисс быстрым шагом направилась к Питу. По дороге она еще сомневалась, стоит ли вообще его звать, но как только она представила себя там одной, без пары, сразу же решилась. Мама не сможет поддержать Китнисс. Меньше всего сейчас Китнисс хотелось показать Гейлу, как она раздавлена. Будь Китнисс в одиночестве на свадьбе, она бы заговаривала с мамой изредка, но большую часть времени стояла бы в стороне. - Пит! – Китнисс стучала в дверь. На звонок никто не отвечал. – Пит открой, я знаю, что ты там! Она стучала минуты две, потому что слышала голоса, да и не в том она была состоянии, чтобы ждать. Дверь все же открывается, и даже из дома выходит Пит. - Китнисс, прошу тебя, уходи. Я сам к тебе приду, - он разворачивает ее спиной к себе и легонько направляет от себя. - А что такое? – тихо говорит Китнисс, поворачиваясь к нему. Слышатся шаги. - Черт, Китнисс. Уходи, - Пит был крайне растерян. Китнисс тоже растерялась, чего от себя не ожидала, но все же пошла прочь отсюда, сильно разозлившись на Пита. - Пит, - раздался противный писклявый голос. – Кто это? Китнисс остановилась посмотреть на эту женщину. - О, господи, Эффи? – прошептала себе Китнисс и быстрыми шагами пошла прочь. Хорошо, что к тому моменту Китнисс скрылась за облысевшими ветками большого куста. Пит молчал. Он думал, стоит ли говорить им про Китнисс. Это же хороший репортаж. И тут его поразила одна мысль, пришедшая ему в голову. Вся его личная жизнь все равно будет афиширована. Станет ли Китнисс когда-нибудь его женой? Об этом узнает весь Капитолий. - Просто знакомая. Пойдемте обратно в дом, здесь холодно. Раздался смех Эффи, которая смеялась над чьей-то шуткой. Дверь закрылась. Китнисс пошла домой, где не застала маму. «Наверное, она у Хеймитча», - подумала Китнисс. - Это ужас какой-то! – с возгласом полным негодования, произнесла Лили, входя домой. - Что такое? Обычно Китнисс не интересовало особо ничего из того, что говорит ее мама, но сейчас Китнисс взволнованно ожидала ответа. - Пит, - произнесла та. - А что с ним? - Я была у Хеймитча, уговаривала съесть то, что он называет невероятной гадостью. - Это то, что ты варишь их куриных крылышек? - Да. Я вышла, увидела Пита, который кого-то провожал, поздоровалась. Женщина, которая с ним стояла, она из Капитолия, сразу видно, тут же набросилась с вопросами. - Дай угадаю. Китнисс выпрямилась, забросила ногу на ногу. - Можно узнать, как Вас зовут, - пискляво спародировала Китнисс Эффи. - Не «как Вас зовут», а «кто Вы такая», точнее «Пит, кто это? Можно с Вами познакомиться?». После того, как я представилась, она была в замешательстве. Мама была ясно расстроена. - Мне самой стало неприятно. Я ушла, а та стала что-то щебетать про репортаж. Потом Пит почему-то возмущался, - пробормотала та, уже занятая делами. - А это все, что тебя спрашивали? - Да, я же сказала, - резко сказала мама, смотря в окно. – Убирай со стола, кажется, несут. Больного. Китнисс выглянула в окно, около которого стояла мама, и увидела молодого человека в шахтерской робе. Снова какая-то травма. Китнисс сгребла со стола все тарелки, стряхнула рукой крошки и пошла открывать дверь, не дожидаясь, пока постучат. Больного занесли, положили на стол и попытались снять окровавленную черную куртку, черную от угля. Тот начал кричать. Китнисс сразу потеряла самообладание. - Неси нитки, - крикнула мать. Рана была настолько большой, что ее нужно было зашивать. Конечно, медицинских ниток не было, да и игла была обыкновенная, но какая разница, когда человек в опасности, а лучше все равно нет. - Мам, игла грязная, - подбежала Китнисс. - Так в спирт окуни. - У нас его нет, - развела она руками. - Беги к Хеймитчу, - ответила та, доставая нитки. Китнисс вышла из дома и обежала почти весь дистрикт без куртки или любой другой верхней одежды. Свежий воздух ударил в нос. Ей не удалось даже замерзнуть из-за быстрого бега. - Хеймитч, - она стучалась уже в другую дверь, но точно так же как к Питу. Тот, видимо, спал. Она бегом вернулась в свой район и стала стучаться к соседям-пьяницам. Вскоре ей дали заветную бутылку с крепким алкогольным напитком. Как только игла была отнесена маме, а бутылка хозяевам, Китнисс отпустили. Она пошла в лес. Только сидя на дереве, отдыхая от всей этой суматохи, которая всегда бывает при появлении больного, она вспомнила про Гейла. «Давай решим на неделе». Китнисс вспомнила про их конфликт и не могла придумать ничего ни в свою защиту, ни для обвинения в его адрес для разговора. Какая-то умиротворенная тишина ее окружала. Кругом не было зверей, не было Гейла, в руках у Китнисс не было лука, она была наедине с природой, которая в данный момент не представляла опасности. Только голые ветки и серое небо вызывали какое-то уныние. Снег покрывалом лежал на земле, но на деревьях ещё оставались последние оранжевые листочки. Природа засыпала. Засыпала и Китнисс. - Китнисс! – крикнул Гейл ей прямо в ухо. Она чуть не свалилась с дерева. - Дурак, - по-детски воскликнула она. Он засмеялся. Китнисс толкнула его в грудь, и он упал на землю. Теперь уже засмеялась она. - Очень смешно, - протянул он. Китнисс слезла с дерева, и они двинулись к озеру, уже совершенно не настроенные на веселье. - Я получила твое приглашение. Поздравляю, - слабо улыбнулась она. - Спасибо. Прости, что скрывал от тебя все это. - Да ты и не скрывал, вообще-то. - В начале скрывал. - Ну да, это только я все говорю. - Ты про кого? Разговор занесло не туда, куда хотела Китнисс. - Лучше давай поговорим о тебе и Мадж. Почему вы решили обручиться? - Этого Мадж захотела, а если в моей жизни ничего не изменится, то почему бы правда не сделать этого? - Ты ее любишь? - Она мне нравится. - Это не тот ответ, который хочет услышать невеста про себя. Гейл замялся. Ему было очень трудно посвящать Китнисс в свои чувства. - Знаешь, Гейл, нам не в чем разбираться. У нас нет какой-то определенной проблемы. Просто мы разные и не способны понять друг друга или довериться. Вся наша проблема в том, что мы постоянно идем на конфликт. Постоянно препираемся. - Возможно, ты права. Китнисс хотела уйти в кои-то веки без чувства осадка или обиды, но у нее вырвалось: - Спасибо, что разрешил взять Пита. Гейл нахмурился. - Пока, - сказала напоследок Китнисс и ушла охотиться. Она хотела посидеть сегодня дома со свежим, прожаренным мясом с мамой за одним столом, но дичи не было. Девушка пришла домой с пустыми руками. Мать была огорчена. Вечером Китнисс снова ушла в лес, но она постоянно мазала. В итоге ей удалось подстрелить кролика, почти уже в сумерках, причем совершенно случайно. У двери в дом лежала выпечка в небольшой корзинке и записка: «Поговорим завтра утром?». Когда именно это «утром»? Так или иначе, Китнисс мысленно поблагодарила его за еду.

***

Утром они встретились на ступеньках у ее дома. Она сидела и ждала его. Пит подошел к ней с каким-то свертком. Хлеб. Он был еще горячий. - Привет, - сказала она, глядя на то, как он садится рядом с ней. - Привет. Прости, что так вчера вышло. - Да я поняла, почему ты старался заставить меня уйти. Что они здесь делают? - Репортаж обо мне. - И как, они уже его сняли? - Да, я показал им картины, угостил выпечкой, они все это сфотографировали и взяли небольшое интервью. - Все так безоблачно? - Практически. - Интервью? – он кивнул. – Про меня спрашивали? – он кивнул. – А ты что? - Они спрашивали не про ту незнакомку, которая ломилась ко мне в дом, а прямо про тебя. Про сестру Прим. Сказал, что поддерживаем общение. Потом они начали намекать на отношения… В общем, пришлось долго все это отрицать, - было видно, что старался скрывать раздражение. Китнисс представила Эффи и его и сразу поняла, почему он в таком состоянии. - Достали они тебя? – улыбнулась Китнисс. - О, - воздохнул Пит, - еще как. Впрочем, завтра вечером сама все увидишь. Китнисс отломила горбушку от хлеба, поблагодарила Пита и вспомнила о цели этой встречи с ее стороны. - Погоди секунду, - она вскочила, забежала в дом, а потом вышла и села обратно. В руках у нее был тот конверт, который недавно оказался у нее под дверью. - В общем, это приглашение на свадьбу Гейла и Мадж. Не согласишься пойти на нее со мной? - Да. Сейчас слишком мало поводов для радости, чтобы пренебрегать таким хорошим случаем. - Спасибо, - Китнисс улыбнулась своей полуулыбкой, и они обнялись на прощание. Это получилось как-то само собой, абсолютно естественно. Никто из них даже не почувствовал неловкость после осознания того, что они обнялись. Вечером следующего дня она сидела на кровати перед старым телевизором и пыталась наладить звук, впервые за долгое время ей нужно было все хорошо слышать. Не хватало только Прим, рядом сидящей и иногда подбадривающей Китнисс. Мама Китнисс устроилась подальше, но все же хотела видеть эту передачу. «Подальше», – потому что речь точно зайдет о Прим, о той, кого она хотела забыть. «Но все же села», – потому что речь шла еще о Пите и Китнисс, их она забывать не хотела. - Пит, скажи нам, как ты справляешься один со своим домом, без хозяйки. Сложно одному? – Эффи писклявым голосом радостно щебетала обо всем: и хорошем, и плохом. - Нет. Это, после игр, волнует меня меньше всего. - Насчет игр: как твоя жизнь без союзницы, очаровашки Прим? Она говорила так, будто Прим жива, а не лежит под землей. Это задело Китнисс. - Потеря человека, который стал тебе как сестра на играх, оставляет след. У кого-то просто будто что-то забрали, а у кого-то этот след – огромная рана, которая будет изредка кровоточить и заживет только лет через двадцать. Этот кто-то Китнисс. Эффи не могла поддержать такую тему, потому что она не понимала всю суть или старалась не понимать. - Ты поддерживаешь общение с семьей Прим? - Да, мы иногда общаемся. - Как ты ее находишь? - Семью? – Эффи кивнула. – Я понимаю, почему Прим выросла… - он запнулся. «Выросла такой», - почему Прим стала такой, какой была. Она не выросла, не успела вырасти. - Мы брали интервью у ее семьи, когда вы остались в восьмерке. Ты видел его? – он покачал головой. – Китнисс твоего возраста, скажи, ты ладишь с ней? - Мы нормально общаемся. - Согласится ли она поехать с тобой в Тур победителей? - Зачем? – слишком резко спросил он. - Мы решили сделать такую традицию. Тебе, помимо ментора и меня, сопроводительницы, можно взять еще одного человека для собственного спокойствия. А для нее это хороший способ увидеть весь Панем, - радостно закончила она, будто невероятно гордится Панемом. - Почему вы решили, что я захочу взять именно ее? - А ты не хочешь? Дальше были бессмысленные споры, которые выводили его из себя. Все закончилось на фразе: «Я не могу решать за нее. У нее и спросите. До свидания». - Но Пит… Но Пит уже скрылся, оставив Эффи в некотором недоумении. Примерно в таком же состоянии сидела напротив телевизора Китнисс. «Дурацкая идея», - только и подумала она. Потом оглянулась, увидела маму и принялась за обычные дела, которые уже совсем не шли.