Просто эксперимент?

Перед его глазами была лишь темнота. Немного поморщившись брюнет всё же открыл левый глаз. Следующий открыл уже быстрее. Маг опешил. Его взор был направлен на потолок бежевого цвета. Это не его потолок! Соответственно, он не у себя дома. А у кого же тогда? И на чём это таком мягком и приятном лежит его рука? Грей сжал неопознанный им предмет. Как же всё-таки приятно. Сонно повернув голову, его глаза расширились, щеки залились красной краской,а сам Фулбастер уже не лежал. Сидя на краю кровати, продолжая дёргать рукой, только теперь по воздуху, а не по мягкой и приятной груди Джувии. Когда до мага дошла картина происходящего, парень закричал, обхватив затылок руками. От шума проснулась девушка. Только глаза она открыла куда бодрее, ведь её разбудил голос любимого милого Грея. Джувия резко вскочила, но тут же рухнула на кровать, обхватив живот руками. Это было ужасно неприятное ощущение. Пустота внутри живота, кололо в нижней части тела, а теперь ещё и голова дала о себе знать. Похмелье – страшная штука, хотя первые два симптома относились не к нему. Девушка закусила нижнюю губу, чтобы не вырвался крик. - Милый Грей, - достаточно радостно, несмотря на боль, произнесла Джувия, увидев брюнета, который сидел на её кровати, - что вы делаете у Джувии дома? На это Грей не мог ничего ответить, но ответа в ближайшие несколько минут не потребовалось. По непонятной парню причине, синевласка отвела свой взгляд от любимого. На её лице было заметно удивление. - Милый Грей, - уже более спокойно сказала девушка, - Джувия пойдёт примет душ, Грей-сама может тоже принять душ, но только после Джувии! – Голубоглазая волшебница строго покачала указательным пальчиком, как маленькому ребенку, мол, так делать нельзя. От таких действий Грей смутился. - Да не буду я! – Прокричал Грей, однако его щёки по-прежнему были залиты краской. - Джувии, правда, очень жаль, милый Грей, Джувия обязательно пригласит Вас в следующий раз на совместное купание, – Грей снова хотел что-то возразить, но силуэт девушки уже скрылся за дверью ванной. Парень оглянулся по сторонам. Довольно уютная комната. Единственное на чем заострилось его внимание, так это его плюшевая версия, которая восседала на самом конце кровати. Ну, всё, теперь Грей стал помидором. Что же дальше? А дальше что-то зашевелилось под кроватью. Фулбастер даже приоткрыл рот от испуга и поставил рефлекторно блок рукой. Но эти меры предосторожности не потребовались. Из-под кровати вылезли два иксида. У которых в отличии от “сладкой паррочки” похмелья не наблюдалась, да и с памятью всё было в порядке. Коты валерьянку воспринимают не так, как люди алкоголь. - Что вы тут делаете? - Весьма ошарашено, спросил Грей, всё ещё подёргивая согнутой рукой перед лицом. - Да и, вообще, что я здесь делаю? В ответ на это, Хэппи лишь повалился на пол и начал смеяться во весь голос, а вот Лилейный, оставался спокойным, его щёки залились румянцем. Теперь иксид понял, как на него действует валерьянка. Коту было невероятно стыдно, ведь они с Хэппи следили за Греем с Джувией. Конечно, они не видели, что те делали за ледяной стенкой, но не надо быть экстрасенсом, чтобы догадаться о том, что там происходило. Чтобы хоть как-то загладить вину, он решил покаяться перед Греем и рассказать всё. После рассказа иксида, Грей был удивлён. Неужели они сделали с Джувией сразу два шага на встречу друг другу. Теперь к нему стали возвращаться обрывки воспоминаний. Фулбастер вспоминал, как с ужасной болью в глазах, его любимая терпела, когда он осквернил её тело.Но она улыбалась ему с такой любовью и нежностью, что лёд таял на сердце. Теперь Грей знал, что ему предстоит сделать, ведь он не мог оставить её терпение без вознаграждения. Возможно, пора сделать третий шаг. Всё! Хватит мучить беднягу своей игрой в ледяное сердце. Зайдя в ванную комнату, Джувия стала понемногу снимать с себя одежду. Она была удивлена тем, что проснулась в своём любимом платье. А теперь, снимая его, обнаружила, что не всё пуговицы были застёгнуты. Когда с платьем было покончено, то лифчик мгновенно упал к ногам. "Почему он был расстегнут?" Но она ещё больше удивилась, когда обнаружила на своих трусиках и чулках капли крови. Не медля ни секунды, она закинули все вещи в корзину для грязного белья. "Что произошло этой ночью? Стоп! Ночью… ещё и проснулась в одной кровати с милым Греем..." Джувия была не готова это принять. Успокаивало лишь то, что это был милый Грей. Девушка была куда менее порочна в таких делах, чем могло это показаться на первый взгляд. Щёки Локсар покрылись румянцем. Ей было невероятно стыдно перед собой и перед любимым. Зайдя в душ, она стала немного расслабляться. До сих пор болела голова и живот. “Надо будет выпить таблетку от головы” – подметила у себя в голове девушка. Встав под тёплые струи воды, Локсар заметила запёкшиеся разводы крови на внутренней стороне бедра и застывшее нечто, что напоминало сухую плёнку. "Значит это, правда? Значит, мы действительно с милым Греем сделали это". Только что исчезнувший румянец появился снова. Ей было так стыдно. "Теперь я не смогу смотреть милому Грею в глаза." К ней постепенно стала возвращаться память. Перед глазами мелькали картины вчерашних событий. "А, если Грей-сама не помнит?.. это будет кошмар!" Джувия хотела, чтобы её первый раз с любимым был запоминающимся: белые шелковые простыни, свечи и лепестки роз... А что теперь? Грязная подворотня и туманные воспоминания? Ведь ей даже ощущения не запомнились, лишь ноющая боль в животе. Закончив водные процедуры, девушка накинула халатик и продумывала план бегства, чтобы не встетится взглядом с милым Греем. Открыв дверь, она хотела выбежать, но боль в голове дала о себе знать. Джувия упала. Фулбастер, заметив такое поведение возлюбленной, тут же подбежал к ней. - Джувия, что с тобой? – обеспокоенно спросил брюнет, приподнимая голубоглазку. - Грей-сама, простите, - прошептала она, отворачивая голову от любимого. - Этой ночью… этой ночью Джувия была пьяна и… и Грей сама и Джувия… но Грей-сама же не любит Джувию, простите меня, - с её глаз хлынули слёзы. Грей растерялся из-за такого поведения девушки. Сейчас она такая хрупкая, такая беззащитная. Не удержавшись, Фулбастер прижал к себе Джувию, гладя рукой по волосам, тихо и нежно прошептал ей на ухо: - Никогда, слышишь, никогда, не говори так. Я люблю тебя. И всегда любил.