Кукольный дом.

На следующее утро Макс снова позвонил адвокату Чикильдееву и обрисовал ему всю ситуацию с Никой и её отцом. Тот был не на шутку потрясён и обещал немедленно поставить в известность Ирину, тётю Ники и как можно быстрее вылететь в Город, как только у него изыщется такая возможность. Чикильдеев так же заявил, что немедленно начинает готовить документы об оформлении опекунства на Ирину и надеется на содействие полиции Города. Макс ответил, что за всю полицию он не ручается, а сам непременно поможет, чем сможет. Едва он успел закончить разговор и попрощаться с дядей Мишей, как привык называть отцовского приятеля с детства, как дверь в его кабинет распахнулась и туда буквально ворвалась невысокая хрупкая женщина в полицейской форме. - Макс! – немедленно начала она. – Я тут злодея допрашивать собираюсь – не хочешь присоединиться? Может, что путёвое посоветуешь. - Галь, я из-за тебя когда-нибудь заикой стану, – отозвался Макс, – и какого конкретно злодея ты имеешь в виду? У тебя, по-моему, девятнадцать дел в производстве. - Уже двадцать, – жизнерадостно отозвалась женщина. – Этого папашу-педофила тоже мне отдали. Мужики боятся не сдержаться и оторвать всё, что отрывается, а я девушка спокойная, закипаю долго. - Так ты Лебедева допрашивать собираешься? - Его, поганца. Что, в курсе уже? Слухом земля полнится? - Да нет, просто моего друга сын в той же гимназии учится. - А-а. Надеюсь, это не его Лебедев побил? - Да нет, друга его. Я просто вчера в больнице был, вот и узнал про девочку. - Понятно. Так ты пойдешь со мной или нет? - Давай так, Галь – ты допрос начинай, а я со стороны понаблюдаю. Посмотрю, что за тип, договорились? - Анализировать его хочешь? - Что-то вроде того. - Ладно, давай через пять минут в зазеркалье. Зазеркальем называлась маленькая комнатка, примыкавшая к комнате для допросов. Как водится, одна из стенок допросной представляла собой огромное зеркало, которое с другой стороны было большим прозрачным стеклом. Макс расположился в зазеркалье и стал наблюдать за приведённым в допросную подозреваемым. Мужик заметно нервничал, он не знал, куда пристроить руки, постоянно озирался, словно прислушивался к невидимым голосам. Наконец, в комнату для допросов вошла следователь. Увидев невысокую, хрупкую Галину, мужик взъярился и попёр буром. - Почему я арестован? Это произвол! Я буду жаловаться! - Вы, гражданин Лебедев, не арестованы, а задержаны. На трое суток. Пока. Надеюсь, что будет постановление о вашем содержании под стражей до суда. - Вы что, охренели совсем? Ну да, ударил пацана, признаю. Так ведь он же к моей дочери приставал, прямо внаглую. И вообще, что это такое, прислали практикантку какую-то…Что, нормальных мужиков уже не осталось в вашем гадюшнике – кроме бабы меня и допросить некому? «Ох, зря он нарывается», - мысленно отметил про себя Макс. Нарывался Лебедев и вправду зря. Следователь Галина Шаманова, которую за глаза называли Шаманкой ( в глаза – дурных не было), такого обращения не терпела. Причём в следователи Шаманка перевелась не так давно, а до этого была на оперативной работе. При всей своей хрупкости и женственности она была КМС* по боевому самбо, стреляла как ковбой, а бегала при необходимости как ковбойская лошадь. В следственный отдел она перевелась по слёзной просьбе мужа, который клялся, что не переживёт, если любимую жену пристукнут при исполнении служебных обязанностей какие-нибудь отморозки. Мужа Шаманка любила, поэтому пошла ему навстречу. Правда дома женщина бывать чаще не стала, поскольку следователи всегда загружены делами по самое не-балуйся, а плохо работать Галина просто не умела. Так вот, Галина внимательно выслушала всё, что соизволил сказать Лебедев, и заговорила тем самым голосом, от которого, по выражению старшины Виктюка, аж яйца поджимались: -Значит, говорите, мальчик к вашей дочери приставал? Прямо внаглую? И вы решили вступиться за честь дочери? - Именно так, – не просёк Лебедев. - А беременна она тоже от него? Или у вас есть другие версии? - Что? Как беременна? - Уже нет. От сильного стресса у вашей дочери произошёл выкидыш. Сейчас она в больнице. А это экспресс-анализ ДНК плода. И, скажу я вам, гражданин Лебедев, что этой бумажки хватит, чтоб вас на Луне повесить. За яйца. Судя по этому анализу, отец ребёнка – близкий родственник матери. То есть вы. Ибо других близких родственников мужского пола у Вероники просто нет в природе. А теперь без протокола – слушай ты, упырь – я всё сделаю, чтобы тебя законопатить поглубже и надолго. Ты свою четырнадцатилетнюю дочь трахал, сволочь! Дочь!!! Так что посиди, Лебедев, подумай – и пиши чистосердечное. Может судья попадётся добрый – зачтётся тебе сотрудничество со следствием. И Шаманка вылетела из допросной, хлопнув дверью. Подойдя к Максу, она сказала: - Ну что, давай теперь ты – весь из себя интеллигентный и понимающий. По-моему, он сейчас выговориться захочет. Макс кивнул. Когда он вошёл в допросную, то Лебедев выглядел уже далеко не так агрессивно, как в начале. Макс уселся напротив и мягко произнёс: - У Галины Михайловны возникло неотложное дело. Теперь вас выслушаю я. Хотите поговорить? - Слушай, парень, ну пойми хоть ты меня – я свою дочь в строгости держал, потому что шалава она настоящая, как все бабы. Она сама меня соблазнила. - Это как же? - Да как, как – это ещё при жизни жены началось. Вероника как подросла, так и начала меня соблазнять – то халат после ванны не до конца застегнёт, то юбочку короткую наденет и специально передо мной задом крутит – сама напрашивается. Ну, я терпел сначала, а потом…- тут Лебедев замолчал, видно собираясь с мыслями. - Так что же? – спокойно спросил Макс. - Жена на работе была. Я к Веронике в комнату зашёл – она сидит, делает вид, что уроки делает. А я-то вижу – ей другого надо. И заставка у неё на компьютере – парень с девкой целуется. Ясно ведь, зачем – соблазняет. - И что же вы? - Что? Я же говорю – соблазнила она меня, а я просто не выдержал. Ей ведь понравилось. - Что, так и сказала? - Да нет, она кокетничала, ревела в три ручья, но я же видел, как она глазами стреляет. Понравилось ей, точно. Ну, я и стал к ней заходить, пока жены дома не было. А потом жена это дело просекла – стала разводом грозиться, посадить меня решила – да только сама в психушке оказалась. Там и померла, – тут мужик гнусно усмехнулся. – А за дочерью я хорошо смотрел, не давал ей со всякими общаться – я же видел, что им от неё надо. Так что ни за что меня задержали, так и скажи этой бабе бешеной. - Непременно скажу, – заверил Макс, – проверьте, пожалуйста – я всё правильно записал? Если всё правильно – подпишите. Лебедев пробежал глазами протокол допроса: - Да, всё так и есть. - Тогда пишите: с моих слов записано верно. Мною прочитано. И подпись. Лебедев машинально повторил всё, что диктовал Макс и протянул ему подписанный протокол допроса. Макс взял листки, и вызвав охрану, велел отвести задержанного в камеру. Мучительно хотелось помыться. Тем временем в далёком Южном Городке длинноволосый парень открыл «Ворд» и стал быстро печатать:"Здравствуй, Макс! Что-то мы с тобой давно не списывались. У меня всё в порядке – открыли кафе вместе с Сильвером. Дом дяди просто огромный, поэтому нас четверых явно недостаточно, чтобы придать ему жилой вид. Знаешь что? Приезжайте летом вместе с другом, и мальчика с собой возьмите. Отдохнёте, развеетесь. Море тут просто чудо. Вам понравится. И ещё в этом городе есть тайна. Ты же любишь всякие тайны? Правда, с нами местные информацией не делятся, но я всё равно дознаюсь – что это за местная легенда. Ответь поскорее, как там твои планы на лето. На всякий случай - жду с нетерпением. Твой друг Ник". *КМС –кандидат в мастера спорта.