Forked Illusion

« Привет. Я снова с еще одним письмом к тебе. ….кхм. У меня все нормально. Только вот погода в этом месте ужасная. Все время льют дожди. Кажется, они вообще не прекращаются. Эммм….я устроился на работу.Научное направление. Ищу все возможные и невозможные способы, чтобы вернуться к тебе. Но знаю, что это случится не сегодня и, к сожалению, не завтра. Не через месяц и, увы, не через год… Но я стараюсь. Жаль, что не могу спросить, как у тебя дела. Но мне и не требуется ответ. Я и так всегда тебя чувствовал. Знаешь… мне, в принципе, легко здесь. Я более-менее приспособился. Только дышать больно. Может быть, ты захочешь узнать поче…» Рука скользнула вниз, и кончик пера непроизвольно оставил за собой четкую линию на потертом пергаменте. Юноша устало выдохнул. Потянул пальцы к переносице и медленно помассировал ее. -Нет…Так нельзя жить. – тихо прошептал он сам себе и поднялся из-за стола. Не дойдя до коридора, он обернулся и уперся взглядом в истертый лист бумаги. Черные кляксы, уродовавшие красивые витиеватые буковки, было видно даже с такого расстояния. Черная линия проходила прямо сквозь ровные строчки и закорючкой заканчивалась в правом уголке листа. Несказанные слова остались несказанными. Ненаписанное так и осталось ненаписанным. Эдвард сжал кулаки и, сделав пару шагов к столу, подхватил одной рукой мятую бумагу. -Черт возьми… - прошипел он сквозь сомкнутые зубы и сильнее сжал комок в руке. – Я схожу с ума из-за ТЕБЯ!! С силой размахнувшись, юноша кинул смятый бумажный шарик, и тот угодил прямиком в камин. Пламя быстро приняло к себе очередного бумажного «гостя» и вспыхнуло ярче, чем прежде. Эдвард тяжело дышал. Сжимал и разжимал кулаки. Но какая-то странная боль, которая крепким кольцом обхватила грудную клетку, не проходила. Каждый вдох давался парню с огромным трудом. Тогда он покрепче сжал зубы и впил ногти еще сильнее в ладонь. «Я смогу. Я смогу выжить. Я не сойду здесь с ума. Нет» Вдох. Выдох. Глубокий вдох – и вот словно тяжелые путы упали с молодого тела. Теперь воздух мог спокойно проходить в легкие. Теперь снова можно было бы начать существовать. Эдвард опустился на свою деревянную кровать, стоявшую у самой стены, и с облегчением выдохнул: -Так-с. К жизни вернулись. Теперь надо…спать. Да. Мысленно согласившись со своим «Я», Эд улегся на спину. Да. Ему часто приходилось перебарывать внезапные набеги боли и жалости к себе. Да. Ему часто приходилось говорить с самим собой. Успокаивать. Давать какие-то установки на день. Да и..просто общаться. Просто слышать знакомые нотки. Просто не чувствовать давящего одиночества. Просто озвучивать те мысли, которые в мозгу развеивали ужасные сцены будущего. Так становилось не страшно. И…не так уж и скучно. Взгляд золотистых глаз уперся в побеленный потолок. Эдварду он все время напоминал свое сознание. Такое же пустое и белоснежное.. Чистенькое и лишенное каких-либо нежелательных темных «пятен». А жаль. В последнее время Эдварду жутко хотелось потерять память. Потерять ее к чертям собачьим, и не мучиться так. Вот тогда бы все проблемы разрешились сами собой. Конечно, он мог бы придумать кучу способов, как добиться такого, но слишком серьезные вещи его останавливали. Чувства. Любовь. Семья. Дружба. Эти вещи стоят в противовес его боли. Ее мощи и постоянному присутствию. Да. Он пока не сдался. Но тоска то и дело побеждала его. Раз за разом. Раз за разом Эдварду все меньше и меньше удавалось совладать с собой. И это обстоятельство не могло не огорчать. Ведь если он не успеет придумать план, как выбраться из этого места, до того момента, когда окончательно сойдет с катушек… то ему придется провести здесь остаток своих дней. А такие перспективы Элрику не казались радужными. Вот поэтому он все еще стремился к чему-то. Еще боролся за что-то. Повернувшись на бок, Эдвард тихо хмыкнул. Прикрыл глаза и… Увидел только пустоту. Он уже привык к ней. Привык видеть именно ее, а не любимых и дорогих ему людей. Привык чувствовать холод, вместо жара от теплой руки, обвивающей его поверх талии. Он ко многому уже привык в этом месте…Но только не к погоде. Ни одного дня. Не было еще ни одного дня, когда Эдвард смог бы наблюдать ярко-алый закат. Или синее небо…или же золотое палящее солнце.. В этом ужасом мире не было красок. Мюнхен был переполнен серостью домов, гарью от машин и пылью истоптанных улиц. Ну и, конечно же, дождевыми каплями. Дожди шли с такой периодичностью, что если бы кто-нибудь смог открыть нужный краник, то весь этот город давно ушел бы под воду. Странное место. Бесцветный мир…. Черно-серые пальто. Коричневатые длинные платья. Все люди какие-то….механические. Неживые. Похожие как две капли один на другого. Но не только это пугало Эдварда. Самым главным страхом было встретить родные лица. Увидеть приятельскую улыбку, почувствовать запах родных волос, услышать близкий сердцу голос.. наткнуться на до боли изученные и любимые черты лица… Здесь этот страх был реальным. Выходя на улицу, Эдвард всегда брал с собой зонт. Огромный черный зонт. И надевал шляпу с широкими полями. Чтобы не видеть. И чтобы самому не поддаться искушению и не искать глазами. И страх отступал. Элрик заворочался во сне и слегка нахмурившись, перевернулся на живот. На стене замелькали белые блики. За окном прогремел гром. Стекла задребезжали, а малюсенькие тени на стене быстро-быстро задергались. Белоснежный потолок враз почернел. _________________________ -Чертеж здания нужен будет уже на этой неделе! Все, до малейших деталей! Ты понял меня?- Полноватый мужчина, с едва заметной залысиной и огромной картошкой вместо носа, хмуро смотрел на худощавого парня, голова которого была опущена вниз, и чуть ли не плевался. Юноша стоял неподвижно и всего лишь кивал. -И побыстрее, я сказал! – рявкнул мужчина и уселся в свое потертое кожаное кресло. Потянувшиеся за сигарой пальцы-сосики вновь застыли в воздухе. Возмущенный взгляд мужчины был устремлен на юношу, который, мало того, что продолжал находиться в его кабинете, так еще и позволял себе беззастенчиво рассматривать личные фотографии на столе своего начальника. -Элрик?... Ты чего-то недопонимаешь?.. – тихо проговорил бизнесмен. Затем чуть придвинувшись ближе к столу и встретившись взглядом с наглым сотрудником, громко и отчетливо проговорил: -А ну пошел вон отсюда! Парень непонятно дернулся, как будто бы его охватил озноб, и как-то неуверенно повернулся к двери. -Ну вот что за дурная малявка, а?..Безобразие.. – пробубнил себе под нос мужчина и поджег сигару. Эдвард замер. Спина напряглась. Но не прошло и секунды, как он резко вылетел за дверь. Бегом, бегом, бегом. Не различая дороги. Бежать к туалету…. Элрик завернул за угол и, найдя нужную дверь, быстро проник внутрь. Прислонился к стене и понял, что ноги не слушаются…что вот-вот сползет вниз по каменной поверхности.. Он никак не мог отдышаться. Как от бега, так и от увиденного. На столе его нынешнего начальника стояла фотография. Фотография юноши. Фотография того самого юноши, каким мог бы быть Ал в 17 лет. Глаза, правда, были светло-голубые… Эдвард поморщился от сильной бьющей боли в висках и, схватившись за голову, сполз на кафельный пол. Сердце билось так, как будто это были последние секунды в их с Эдвардом жизни. Изображение еще раз покачнулось, и юноша застонал, сильнее вцепившись в волосы. -Эдо…Эдо!! -Ааа! – недовольное бурчание раздается из его собственного рта. В малюсенькую светлую комнату залетает мальчишка лет 6-ти и лучезарно улыбается. Ал. -Пойдем во двор! Уинри опять хочет фотографироваться! Оливковые глаза светятся радостью. Мальчишка, стоящий перед Эдвардом, переминается с ноги на ногу от нетерпения. Снова беспричинно улыбается. -Ксссоооооооо….. Маленький мальчик подпрыгивает и хлопает в ладоши. Его счастью нет предела. Он подходит, быстро хватает такую же маленькую ручонку Эдварда, и, спотыкаясь, летит во двор. -Братиииик!! Ты, наконец-то, помиришься с Уинри!! Ура! Я так рад, что мы снова будем все вместе дружить… Пухлое детское личико, озаренное счастьем, поворачивается к Эдварду, а дальше… Дальше все, как в замедленной съемке… уголки губ растягиваются в стороны… теплая нежность потоками льется из огромных, широко распахнутых глаз…. «Вот каким ты был…» - с каким-то придыханием сказал внутренний голос. Душа вот-вот хотела запеть от этого маленького и любимого чуда, но… Вспышка. Еще одна. А потом и еще одна. «Эй…» - недовольно пробурчал Эдвард про себя и резво дернулся в сторону Ала. Но маленькая фигурка постепенно отдалялась от него. Обнажая блестящие ядрышки зубов.. Боль. Резкая боль где-то в районе сердца. Белые пятна замелькали перед глазами, заслоняя собой маленького мальчика. Это была единственная возможность… Эдвард закусил губу и что есть сил начал вырываться из железной хватки какого-то существа, тянущего назад. В этот серый и ужасный Мюнхен…. -Аааааал!!!! – выплевывая легкие. Крича изо всех сил…. -Аааальфооонс!!!!!! Эдвард рванул руку и завыл от дикой колющей боли, пробежавшейся по всему телу. Из глаз прыснули слезы. Эдвард громко зарыдал и упал на колени. -Ал… Светлая вспышка боли заслонила собой все вокруг. Его затрясло. Электрический разряд прошелся от макушки до самых пяток.. И Элрик уже не смог нормально соображать. Все плыло и светилось. Хотелось только лишь выть. И больше ничего. Шум вертелся вокруг сознания, как пчелы возле меда, а прямо перед глазами прыгали черные круги… Эдвард зажмурился. Взмолился, чтобы та боль, которую он перенес, была не напрасна. Попросил, чтобы открыв глаза, он увидел родных и ЕГО… Шум спал. К ушам постепенно начали долетать звуки монотонного пикания. Тик. Тик. Тик… Эдвард поморщился. Нелегко было открыть глаза и вновь увидеть какие-нибудь белые стены.. -Эдвард…- тихо и как-то осторожно позвал женский голос. -Мам?... – хрипло отозвался он, не выныривая из своей безопасной темноты. «Не может быть. Это ее голос…» Эдвард попытался приоткрыть глаза, но веки упорно не желали разлепляться. -Нет, нет.… Это Роза. Ты, наверное, уже меня забыл. «Ро…за?» Эдвард сглотнул подбежавшую к горлу слюну. Сознание нарисовало смуглую девушку с огромными глазами, светящимися заботой и нежностью, и Эдвард автоматически улыбнулся уголками губ. Девушка завозилась где-то рядом, а уже через секунду радостно проговорила: -Помнишь все-таки?...Ну…это очень хорошо. «Слишком приторно» - мгновенно отозвался внутренний голос. Элрик напрягся. Ему совсем не нравилось то, что он не может увидеть, чем же занята эта девушка. Да и вообще…кто она и какое она имеет право здесь ошиваться?.. -Вы разговариваете со мной, как с больным….– Недовольно буркнул Эдвард и попытался привстать на локтях. Напряженное молчание с ее стороны. Юноша зло фыркнул. -Что?...я и есть больной, по-твоему?.. Холодная ярость возникла из неоткуда и продолжала расти где-то в районе желудка. Эдварду почему-то жутко захотелось придушить эту медсестру. Да, да. Медсестру. Он чувствовал, что это больница. Он почувствовал каждой клеточкой своей кожи эти отвратительные белые стены. -Ну? – как-то угрожающе прошипел он и усмехнулся, когда услышал хлопок двери. -Мерзкая девчонка…. Одно хорошо: теперь уколы не будет мне делать… Элрик чуть улыбнулся. Затем очень медленно, почти не дыша, опустился на подушки. Тело ломило, суставы тянуло. Кости жутко ныли, а мышцы казались просто обычным камнем. В голову Эдварда запоздало пришла мысль, что с ним что-то делали… Уж очень слабо соображает его мозг… Но вот что именно – точного ответа Элрик не знал.. Юноша выдохнул и, не успев даже сформулировать свою мысль, погрузился во тьму… __________________________________________________ - ..Могут возникать заболевания со стороны сердечно-сосудистой, иммунной, гормональной и пищеварительной систем. Данные отклонения также необходимо корректировать в процессе основной терапии. Высокий темноволосый мужчина поправил очки на носу. Оглядел огромный зал, полный молодых и заинтересованных лиц, и удовлетворенно хмыкнул сам себе. Все-таки студентов было гораздо больше, чем в каких-либо других учебных годах до этого.. И это не могло не порадовать профессора в этот холодный и дождливый день... Телефон мерзко запиликал в кармане тонкого накрахмаленного халата. -Прошу прощения… – Мужчина отвернулся от трибуны с маленьким микрофоном, и четко произнес: «Я сейчас на лекции, потом..» Но договорить он не смог. Сбивчивый мужской голос практически проорал в трубку: -Рой!! У меня очень большие проблемы… Брюнет заскрипел зубами. -Я ненавижу, когда меня отрывают от дел… – тихо прошипел он в трубку. – Особенно, когда меня отрывают какие-то остолопы… -Рой!! Ну, у меня тут одна проблемка…мне надо больного перевести, но только мест у меня не осталось! Мужчина вздохнул. Шумные голоса студентов сбивали с мысли, и невозможность нормально закончить свою лекцию все-таки напрягла его больше, чем проблема с больным. -Ну, так?...- мужчина по имени Рой, снова недовольно фыркнул в трубку вместо ответа. - Возьмешь его к себе?...Там, кстати, немного сложный случай… «Знает он, как меня уговорить…» -Я подъеду. – Четко и властно проговорил он. – Пол и возраст больного? В трубке послышался дружеский смех. -Рой, Рой, Рой…ты в своем репертуаре…ну вот что за извращенец, а? Костяшки пальцев побелели, когда мужчина со всей силы сжал телефон. Ох, как же его раздражали и эти шуточки, и полное неуважение к его теперешнему статусу! Да, друзьям Рой тоже не делал поблажек. Ведь с того момента как он, защитив докторскую диссертацию, стал самым молодым из профессоров-специалистов, большинство его знакомых стало относиться к нему с большим почтением. Все вели себя уважительно по отношению к нему, но только не… «этот». -Арчер… -Ну, ну, Рой..давай без фамильярности.. -Арчер. – зло пробубнил брюнет, повернувшись спиной к гудящему залу.- Я тебе не студент-аспирант. Помни с КЕМ говоришь и отвечай быстро и четко на мои вопросы. На другом конце «провода» послышался разочарованный вздох, а потом шелест бумаг. -Кхм…значит…так. 17 лет. Зовут Эдвард Элрик. Диагноз… -Не стоит. Я сам поставлю диагноз. Потому что если этим делом занимался ты, то я не уверен в его достоверности. Студенты громко засмеялись. Тысячи голосов слились в один и ударной дозой забили по ушам. Рой обернулся, и зал разом затих. Только лишь с последних рядов все еще доносились редкие смешки. -Это они надо мой ржут, что ли?... – как-то обиженно произнес голос с того конца трубки. Рой всего лишь добавил, что приедет, и вновь подошел к трибуне. -Еще раз прошу прощения. Ну-ка…напомните мне, о чем мы говорили? Третьекурсница с первого ряда встала с места и, сдерживая сумасшедшую улыбку, громко произнесла: -Профилактика и лечение психических болезней, профессор. Рой хмыкнул. Чрезмерная возбужденность студентов и их беспричинное веселье вовсе не задели Роя. Он сам прекрасно помнит, как было весело подслушивать разговоры лекторов. Мужчина задрал рукав халата и кинул быстрый взгляд на стрелки ручных часов. Нет, слишком мало времени, чтобы рассматривать каждую болезнь по отдельности. Рой прокашлялся. -Ну что ж… Нам осталась всего несколько минут. И в заключении, я скажу всего парочку слов. Брюнет вышел из-за трибуны и вышел на середину зала. Оглядел притихший зал и, слегка улыбаясь, произнес: - Запомните вот что... Психические болезни - вовсе не приговор. И существуют два критерия, которые оказывают по-настоящему отличные результаты и способствует быстрому выздоровлению пациента: это вовремя начатое лечение и поддержка близких людей. Без поддержки полное восстановление психики невозможно…. Затянулась пауза. Рой чуть улыбнулся и отошел обратно к трибуне. -Все свободны. Зал радостно загалдел, поднимаясь со своих мест и направляясь к выходу. Сам же профессор не спеша направился к выходу. Кто бы знал, как он устал от различных разъездов, лекций и…от своих пациентов. _________________ «голова…» Эдвард поморщился. Мозг снова начал вскипать ни с того ни с сего. Изображения летели куда-то, а потом вновь восстанавливались. От этой пляски юношу уже порядком тошнило, и он сам не понимал, что еще держит его от того, чтобы не блевануть прямо на паркетный пол. Он вообще многого не понимал. Как он смог оказаться здесь?.. Он был на работе, забежал в туалет…а потом оказался здесь. Среди белых стен. Он что….заболел?... Поранился, когда потерял сознание?... Что случилось?... Этих «что» металось бесконечное множество в его голове. Но мозг ленился хотя бы подбросить нужную идейку. Ответ хотя бы на одно «что»… Эдвард сел на кровати и посмотрел на свои руки. Истертые, в ссадинах…линии на ладонях врезаны настолько, что казалось, там нет свободного участка кожи, по которому бы не прошлась та или иная черная полоска… Юноша опустил голову и вздохнул. Тяжелая копна золотых волос рухнула следом и плавно опустилась на плечи. Единственное, что осталось неизменным в Эдварде – так это волосы. Ярко- золотое пятно в этой серости… Элрик усмехнулся. -Мои волосы уже до талии достают…Мда…надо бы подстричься… В коридоре послышались шаги. Эдвард прислушался и, после нескольких секунд прикинул, что идут двое. Звук пропал как раз напротив его двери. Юноша напрягся всем телом, но ложиться на кровать не стал. Нет. Показывать насколько ты слаб – это не по его правилам… Бежевая деревянная дверь скрипнула, и в комнату вошел один мужчина. Слегка бледный с заостренным подбородком и глазами-щелками. Эдварда прошиб пот. «Арчер????.....черт побери….Только его здесь не хватало..» «Арчер» слегка улыбнулся ему, отчего лицо Эдварда буквально перекосило. Мягкий стук невысоких каблуков. Раз. Два. Элрик плавно опустил взгляд с лица «Арчера» на черные лакированные ботинки второго вошедшего. И просто замер. Липкий страх прокатился по позвоночнику, зрачки в янтарных глазах становились все меньше и меньше с каждой секундой, пока не превратились в четкие тонкие линии. Глаза широко распахнуты. Рот приоткрыт. Пораженный взгляд поднимается с ботинок на живот, плотно обтянутый белой рубашкой, затем совсем уж нерешительно ползет вверх к шее и застывает там. Сильная шея, волевой подбородок, мелкая щетина… Перед золотистыми глазами пробежала картинка, как он откидывает голову назад и заливисто смеется…Потом как-то уж очень явно он почувствовал под мягкими губами мелкие колючки на чуть остром подбородке… Сердце сразу же бешено ударилось о ребра, пытаясь допрыгнуть до этого человека. Эдвард судорожно выдохнул последний воздух из легких и резко опустил голову вниз. Больно. Стало очень больно. Рой Мустанг. Полковник. Его полковник. -Эдвард.. Бросило в жар. Впервые за все то время, что Эдвард находился в этом мире его бросило в жар. Создавалось впечатление, что его поджаривают порциями боли с двух сторон. И еще и окатывают кипящей водой. «не могу…не могу терпеть…» Эдвард поморщился… -..Мне бы хотелось с тобой немного… Теплый голос. Низкий, бархатный…. Остатки разума покинули юношу, и он со всего разбегу бросился к Рою в объятия. Обхватил его обеими руками и крепко прижался лицом к плечу. Мужчина чуть пошатнулся назад, но не оттолкнул его, чем вызвал еще больший прилив нежности у Эдварда. -Рой….Рой…Рой… - тихо залепетал он, зарываясь носом в шею и вдыхая любимый запах в ноздри. Запах одурманивал его. Сводил с ума. Темные пятна кругами начали расходиться перед глазами и, Эдвард, в панике ухватившись за ворот рубашки, покачнулся назад. Сильные руки обхватили его за талию и поставили на ноги, но глаза юноши уже помутнели. Эдвард сказал что-то неразборчивое и почувствовал, как летит… «Нет,нет!!! Только не сейчас!!!» - завопил Эдвард, уже погрузившись в темноту… «Нет….» - захныкала душа. –« Рой был ТАМ..».. -Положи его на кровать, - тихо произнес Арчер и глубоко и облегченно выдохнул. Высокий чуть загорелый брюнет положил на постель слабое и хрупкое тело, накрыл его одеялом и уселся в ближайшее кресло. Взгляд черных глаз уперся в высунувшуюся из-под одеяла тонкую бледную руку. Рой прицокнул языком. -Почему же он потерял сознание? – холодный блеск глаз обратился к стоявшему в дверях глав-врачу. -Эмм…Рой. Ну, сам подумай. Он у нас уже…год. А изменений никаких. Мустанг брезгливо поморщился и со злостью уставился в окно. -ЭСТ* значит. В комнате повисло напряженное молчание. Арчер, недолго помявшись на пороге, прошел в комнату. -Ну а ты бы что сделал, Мустанг? У мальчишки вообще никаких улучшений. Зато на лицо все признаки прогрессирующего делирия…Надо было вернуть его в реальный мир. Рой отвернулся. Он практически не слушал его. Просто рассматривал золотовласую макушку и бледно-розовую кожу на тонком запястье руки. «Ребенок…Всего лишь ребенок…» Мужчина вздохнул. «Знал мое имя. Поразительно…» -Я забираю к себе. Арчер подавился воздухом и, округлив глаза, посмотрел на молодого профессора. -Ну а я о чем тебе?...Переведи его, а я… -Нет. Никаких «я». Мужчина поднялся со своего стула и серьезно посмотрел на врача из-под округлых очков. -Я сам займусь им. Рой чуть ухмыльнулся и, подхватив одной рукой свою черную кожаную куртку, направился к двери. Прямо перед носом возникла картина: прижимающийся к его груди юноша, и тихий шепот «Рой….Рой…Рой»… Мустанг хмыкнул. Серое небо заволокло туманом. Тучи собирались в один огромный мешок и, сталкиваясь друг с другом, громко гремели. В Мюнхене снова полил дождь…

*Электросудорожная терапия (ЭСТ). Метод заключается в искусственном вызывании судорожных припадков путем воздействия переменным электрическим током. Механизм действия электросудорожного лечения до настоящего времени недостаточно выяснен. Эффект этого метода связывают с воздействием электрического тока на подкорковые мозговые центры, а также на обменные процессы в центральной нервной системе.