"Ваниль и магия".

— Ууууух! – что-то налетело со спины, закружило и рявкнуло в ухо – попался! Лэй, как черепашка, втянул голову в плечи и попытался отпрыгнуть. Но кто-то крепко вцепился в его плечи. — Я соскуууучился! – провыло нечто, бесцеремонно тиская лэееву тушку. — Да, отпусти, ты! – помидорно покраснел парень, вырвался и обернулся. – Римир, ты мерзавец! Вышеупомянутый мерзавец согнулся от хохота, как и свита за его спиной. — Т-т-ты такой мииилый. – Римир вытер слезы смеха и разогнулся, внимательно оглядев парня. – Особенно, когда смущаешься и злишься. Лэй пробормотал что-то неразборчивое и бросился прочь по коридору, провожаемый воплями: «Стой, сладкий! А как же я»? «Как все они мне надоели! Особенно Римир»! – скрипнул зубами парень, влетая в свою комнату и громко хлопая дверью. – «Сколько можно меня травить»?! – он с раздражением отбросил сумку в кресло и подошел к зеркалу. – «Неужели, я выгляжу жертвой»? Старое потертое зеркало бесстрастно отразило невысокого хрупкого парня, одетого в ученическую фиолетовую мантию. Мягкие черты лица, светло-серые глаза, оттененные длинными темными ресницами, пухлые губы, растрепанные русые волосы закрывают брови и шею. — Наверное, у меня слишком безобидный вид. – пробормотал парень, скорчив рожицу. – Зато, все девчонки без ума. – он улыбнулся и подмигнул отражению. Правда, дальше переглядок и подмигиваний романтические отношения не заходили. Лэй Вееров оканчивал последний курс на факультете общей магии и действительно сокурсницы, как осы вились вокруг юноши. В его достоинствах числились симпатичная внешность, мягкий характер и будущая специальность – маг-кондитер. Десерты, тортики, кексы, самбуки получались у него потрясающе вкусные, а главное, не калорийные. В этом и состоит мастерство мага – создать кулинарный шедевр, практически лишенный калорий. Лэю пророчили блестящую карьеру в «Воздушном царстве» — знаменитой столичной кондитерской. Магистр Буринэ, наставница Веера, обещала замолвить словечко за своего лучшего ученика. Парень об этом знал, и предвкушение счастливого времени портило только присутствие приставучего Римира Салевского. В Академии Практической и Теоретической Магии в последние десять лет главным возбудителей спокойствия был Римир Салевский. Не счесть шалостей и хулиганских выходок совершенных им и его свитой. Как ни странно, но Римир умудрялся хорошо учиться и постоянно приставал к Лэю. Невинные детские подначки со временем становились все изощреннее, пока не достигли нынешнего состояния. Вееров даже не мог завести короткую интрижку, все девушки, обожавшие его издалека, предпочитали делать это на расстоянии, наотрез отказываясь от свиданий. В этом Лэй также не безосновательно обвинял Римира. С пятого курса Салевкий, студент факультета практической магии, кафедры боевой магии не давал Веерову прохода, налетая из-за угла, стремясь опрокинуть и облапать, заставить покраснеть и разозлится. Сначала кондитеру показалось, что Римир подкатывает к нему, но, не желая стать очередным трофеем любвеобильной звезды боевой магии, резко огрызался и отношения между ними окончательно накалились. В десертах Лэя незнамо как попадались перец, соль, в ответ Вееров, разумно рассудив, что в открытом конфликте ему с оппонентом не тягаться, закидывал того вкусностями. Конечно, жалко своего труда, но прилюдно быть закиданным вкусными тортиками, еще более обидно и смешно. Весь их курс с удовольствием следил за своеобразными «догонялками». Во что сегодня вляпается Римир? Наутро Лэй обдумывал «страшную» месть и в предвкушении направился на пары. У дверей в кабинет алхимии, дорогу ему заслонил Римир и насмешливо протянул: — Ооо, кого я вижу! Мой сладкий мальчик! – он подмигнул кондитеру и медленно облизнулся. Вееров слегка покраснел и смерил оппонента мрачным взглядом: — Дылда. Тебя от боевого посоха не отличить – оба тощие и безмозглые. – мстительно буркнул он, обходя его слева. Салевский вновь заступил ему дорогу и под смешки однокурсников стал теснить его к стенке: — Сладкий, почему ты такой вредный? Я же тебе добра желаю. Обещаю, я буду с тобой нежным и ласковым. – промурлыкал он, сверкая синими глазами из-под неровных прядей каштановой челки. – Посмотрим сегодня на звезды? — ?:№;;%№. – пробормотал Лэй, беспомощно оглядываясь на сокурсников. Но те, предвкушая зрелище, окружили их плотным кольцом. «Опять я один против этого». – он поморщился – «Как он меня достал»! Сжав кулак, он неумело ударил Римира в челюсть. Противник без труда скрутил Веерова, притиснув к спиной к стене, а своим лбом ткнулся в его, проговорил: — Мой сладкий зайчик умеет кусаться? Уммм? – он мазнул губами по его щеке, прикусил мочку уха, не обращая внимания на слабые дерганья жертвы. Однокурсники за его спиной изумленно ахнули и зашептались, а Лэй побурел, от унижения и материализовал над головой оппонента свое домашнее задание – полутора киллограмовый сливочный торт с консервированными фиалками, вишневой начинкой и… Вот уже Римир трясет головой, разбрызгивая бисквит и крем, облизывается, а Вееров ужом проскальзывает мимо хихикающих сокурсников в аудиторию. Студенты, в полголоса обсуждая произошедшее ввалились в класс вслед за ним, наперебой забрасывая Лэя вопросами: — Лэй, а, Лэй, а меня научишь печь такие вкусные торты? — А что за начинка? — Ну, ты крут! — В меня отлетел кусочек – вкуууусно! — Сладкий, ты не прав! – однокурсники отпрянули в стороны, оставляя героя дня наедине с обляпанным кремом нехорошо ухмыляющимся боевым магом. Лэй икнул и втянул голову в плечи, машинально переставляя колбы на рабочем столе. Салевский непринужденно оперся на его парту и печально проговорил: — Сладкий зайчик, зачем ты это сделал? — Ты сам во всем виноват. – пробормотал он, чувствуя как в глубине души ворочается совесть, и не решаясь посмотреть на оппонента. Тот возвышался над ним на голову, подавляя шириной плеч и природным нахальством. — Тише – тише, не толпимся. – проскрипел пожилой магистр, забираясь на кафедру. – Сегодня мы будем варить зелье полиморфизма. Римир разочарованно вздохнул, отодвигаясь на свое место, с сожалением замечая, как Лэй воспрял духом: — Позже… — многообещающе прошептал Салевский. «Да ну тебя. Сегодня я тебя сделал». – Вееров обернулся и показал оппоненту язык, с удовлетворением отметив, как потемнели его синие глаза. – «Теперь, главное, добраться до своей комнаты». — Класс, не отвлекайтесь! – магистр постучал указкой по доске. – Обратите внимание на рецепт. Вы должны выполнять инструкцию пошагово, иначе последствия могут быть непредсказуемыми. — В смысле? Мы все умрем? – пискнул кто-то с галерки. — Эээ, нет. – пожилой алхимик сдернул очки с носа, нервно протер их. – Перед вами в треугольных колбах основа зелья полиморфизма. Ваша задача, следуя инструкции довести его до готовности. – он водрузил окуляры на кончик носа. – В мензурках – вытяжки из шерсти домашних животных и прочие ингредиенты. В конце занятия, каждый выпьет свое зелье. А об эффекте нам расскажет… Салевский! Римир тяжело вздохнул и забубнил: — Полиморфное зелье позволяет превратиться в негуманоидное существо сохраняя все спец. способности «донора». Время действия варьируется крепостью зелья. — Прекрасно! – восторженно пискнул магистр алхимии и скомандовал – время пошло, приступайте. Студенты загудели, звякало стекло, булькала жидкость. Лэй чувствовал себя почти счастливым, алхимическая лаборатория напоминала ему родной кондитерский кабинет. Пожалуй, это второй после чароплетения предмет, который Вееров знал в совершенстве. Еще бы! Это так напоминает обожаемую кулинарию и облегчает работу. Парень увлекся Римир вздохнул про себя, оглядывая сложную инструкцию, батарею колб, мензурок, полных разноцветными жидкостями. «Ненавижу алхимию. Бессмысленная трата времени. Легче наложить чары исцеления или иллюзию, чем глотать микстуры. А тем более их варить надо. Гррр». Внутренне кипя, он приступил к работе и уже через пару минут тряс обожженной рукой. «Зззараза! Как оно смогло закипеть»? Салевский с отчаянием схватил треугольную колбу, куда успел влить вытяжку, и жидкость в ней посинела, хотя по инструкции, должна стать розовой. «Да что б тебе»! Дважды перечитав инструкцию и не найдя ошибку он обратил внимание на однокурсников – у всех были похожие проблемы, кроме… Кроме Лэя. Кондитер мурлыкал себе под нос песенку и над его зельем колыхался серебристый дымок, верный признак полуготовности. «Лэй! Крууут»! – с восхищением подумал Римир. – «Вот что значит, талант». – он придвинулся к Веерову, прихватив свою колбу. Салевский с первого курса неровно дышал к кондитеру, но тот шарахался от хулигана, а тот еще сильней желал привлечь его внимание. К седьмому курсу Римир окончательно понял, что влюбился в русоволосого парня и отгонял от него всех потенциальных возлюбленных, попутно пытаясь покорить его сердце. Однако все безуспешно. Лэй только огрызался, шипел и бросался своими десертами. «Вкусно». – сглотнул слюну Салевский и облизнулся. – «Готовит вкусно, симпатичный, характер хороший, но упряяямый. Ничего, я тоже настойчивый». – коварно улыбнулся Римир и положил подбородок на плечо кондитера. — Сладкий, поможешь с зельем? – муркнул боевой маг, с наслаждением вдыхая запах ванили и корицы, исходящий от волос парня. Вееров пискнул, неловко взмахнул руками, обливая себя и Римира своим зельем: — :;;%;, дубина! Серебристый туман окутал их плотным облаком, а когда рассеялся то оказалось, что у Лэя выросли кроличьи уши, а у Римира кошачьи. Вязкую тишину нарушило квохтанье магистра: — Салевский, как вы могли! Сорвать мой урок! – алхимик задумался. – Хотя, интересный эффект. Ладно, ступайте, юноши, я подумаю, что с вами делать. Ступайте! Понукаемыми магистром и смешками однокурсников, ушастые вышли в коридор и здесь Лэя прорвало: — Ты! Тыыыыыыыыыы! От тебя одни неприятности! – на щеках выступил румянец. — Вот уж нет. – фыркнул боевой маг, задирая свою мантию. – Оу, у меня есть хвост! – вышеупомянутая конечность нервно подергивалась. — Сволочь! – рявнул Вееров и бросился прочь. «Мда… В самом деле не хорошо получилось». – почесал за кошачьим ушком Римир. – «К тому же через пол года распределение, пора бы нам наладить отношения. Пожениться». – он мечтательно зажмурился. Дав парню времени выпустить пар и немного успокоиться, Салевский подошел к комнате Веерова и, прошептав заклинание, открыл дверь, вошел и обомлел. Лэй лежал на кровати в рубашке и трусах, читая какую-то толстую книгу. Одно кроличье ушко лежало на плече, второе задорно торчало вверх. — Нет, лучше ванильный сахар, эссенция слишком резкая. – бормотал он, делая пометки на полях. Римир почувствовал, как губы растягиваются в хищную улыбку. «Зайчик! Сладкий! Не упущу»! Он быстро разделся, пользуясь тем, что парень увлечен работой и не обращает ни на что внимания. Оставшись в одних носках, Салевский скользнул вперед и прыгнул на парня, вжимая его животом в матрас и звонко чмокая в шею: — Сладкий мой! — Иииимпфффффрр! – испуганный визг Лэя закончился жарким поцелуем. Римир молниеносно перевернул того на спину и с наслаждением целовал парня. — Д-д-да ты совсем обнаглел! – чуть отдышавшись дрожащим голосом проговорил ушастик. — Нет, хватит игр! – возразил Салевский, нежно целуя тонкие ключицы. – Ты мне давно нравишься, и я никому тебя не отдам. — Псих! – выдохнул Вееров и сосредоточился. На противника обрушился град из тортов, пирожных, пончиков, конфет. Жаль, конечно, но сдаваться еще жальче. — Ммм… Ты сам как десерт. – улыбнулся Римир, облизывая кожу сливочного цвета на груди Лэя. – Пожалуйста, доверься мне. — Поиграешься и бросишь. – дрожащим голосом проговорил кондитер, краснея под томным взглядом лежащего на нем парня. — Нееет, у меня серьезные намерения. – Салевский разломил пополам пончик и выдавил крем на живот Лэя и стал медленно слизывать. Кондитера заколотило. А уж когда боевой маг раздавил эклер и вымазал его член шоколадным кремом, то Вееров взвыл, обеими руками вцепляясь в волосы Римира, когда тот взял в рот его напряженную плоть. Он краснел, извивался, стонал, вот что значит не иметь возможности сбросить напряжение. Излившись, кондитер растекся по кровати, как подтаявшее мороженное. — Сладкий? – встревожено спросил Римир терясь носом о щеку парня. – Как ты? – он скатился с него и лег справа, осторожно поглаживая ладонью живот, перемазанный кремом. — Нормально. – тот пунцово покраснел и рванул прочь. Однако Салевский обхватил его поперек талии и прижался к спине. — Продолжим? Лэй задумался и резко обернулся, опрокинул боевого мага на спину, уселся ему на бедра и решительно сказал: — Давай! Если не боишься, Римми. Глядя на его провокационную улыбку, Римир почувствовал, как его переполняет радость. — Ммм… заниматься любовью в кондитерской? – он окинул выразительным взглядом раскиданные по всей комнате сладости. – С удовольствием!