From Hate to Love

Ее страх Виктория залетела в больницу, нервно оглядываясь. Девушка как-то плохо соображала, понимая, что шансов на то, что в машина был все-таки не Деймон, просто нет. Петрова подбежала к регистратуре, раздраженно окликнув медсестру, однако девушка не спешила ей отвечать. - Извините, меня, что не видно? - недовольно выпалила Виктория. Ей сейчас было плевать, с кем она говорит и как, она просто хотела увидеть Деймона. - Я занята, подождите, - холодно ответила медсестра, продолжая подклеивать какие-то карты. - Вы можете мне просто на вопрос ответить или… - Виктория хотела было сказать что-то еще, объяснить ей, как надо работать, но Петрову вдруг окликнули. Виктория резко повернулась и увидела знакомое лицо. Энзо! Он уже здесь, прекрасно. Девушка поспешила к нему. Она была бледная, напуганная и растерянная, и мужчина это заметил. - Успокойся и выдохни, - Энзо ловок обнял Викторию за плечи. – Он жив! - Слава Богу! К нему можно? - Нет, - Энзо повел ее наверх к палате Деймона. Однако внутрь и правда никого не пускали. – Он сейчас в реанимации… - Что? - Не волнуйся, доктор сказал, что с ним все будет хорошо. Если повезет, то сегодня ближе к вечеру его переведут в палату. - А если не повезет? – Виктория истерично усмехнулась, присев на лавочку в коридоре. Девушка пыталась успокоиться, но не могла? Руки трусились, воздуха как будто не хватало. - Виктория, с Деймоном будет все хорошо, - уверенно заявил Энзо. Он держался молодцом, хотя было видно, что переживает за друга, и даже винит себя в том, что позволил Сальваторе сесть за руль. – Я попросил доктора и полицейского не говорить его отцу о том, что он был пьян… - Почему он был пьян? – вдруг выпалила Виктория. – Почему он сел пьяный за руль? - Ну, почему он был пьян, ты должна понимать, - Энзо пожал плечами, а Петрова лишь обреченно выдохнула. Конечно, Деймон переживал, чувствовал вину, ему было плохо… - А вот за руль… Я просил его, но он же такой упрямый…. Это я виноват. - Перестань, ты не виноват, его не убедишь, - уже спокойнее протянула брюнетка. – Мне надо было поговорить с ним прежде, чем уезжать… - вдруг выдохнула девушка, опустив голову на руки. Она вдруг подумала, что Деймон может умереть, и что тогда? Виктория не сможет жить, не сможет. Даже если он обидел ее, пусть, но жить и думать о том, что Сальваторе мертв было бы просто невозможно. - Ты была зла на него… Хотя вы оба слишком гордые! – протянул Энзо, задумчиво смотря перед собой. - Я кстати уже позвонил Джузеппе, они едут… - Если он умрет, Энзо, - прошептала Виктория, уже позволяя себе дать слабину. Слезы тихонько лились из глаз, не привлекая особого внимания. - Он не умрет, - уверенно, точнее сказать, делая вид, что уверенно, выпалил Энзо. – Это же Деймон! Он не может умереть… - Я не смогу жить, - также тихо выпалила Виктория. Раньше девушка ничего не боялась, никогда. Да она любила своих родителей, потеря которых сильно бы ее подкосила, но все-таки в прошлом ей было гораздо легче. Виктория не зависела от чувств, от привязанности к человеку, она была сама по себе, но теперь все изменилось. Петрова поняла, что может потерять Деймона, и это совсем не то чувство, когда они просто расстались. Теперь Виктория понимает, что боится смерти Деймона, боится той боли, которая ее накроет, она боится просто не вынести ее. - С ним все будет хорошо, - Энзо сжал ее руку. Мужчина понимал ее чувства, понимал, чего она может лишиться, ведь он сам мог потерять лучшего друга, человека, которого он знает с детства. - Вот они, - Григорий был встревожен, но больше всех сохранял рассудок. За ним следовал Джузеппе, который выглядел так же испуганно, как и Виктория. - Где он? - В реанимации, - тут же ответил Энзо. – Но с ним все будет в порядке. - Виктория? – Григорий удивился, увидев дочь. Она должна была уже быть в воздухе. – Ты должна была… Виктория просто покачала головой, смотря в одну точу. Девушка была настолько безжизненной, что даже ее отец опешил и растерялся. - Куда он ехал? Как это произошло? – Джузеппе требовательно обратился к Энзо, который тут же начал озвучивать свою частичную ложь. - Он просто не справился с управлением, а ехал он… - мужчина замялся, глянув на Викторию. - В аэропорт,- ответила за него брюнетка и встала, подойдя к мужчинам. - Зачем? - За мной, - монотонно ответила девушка, выдохнув. - Но… Я ничего не понимаю, - Джузеппе развел руками. – Что произошло? Вы же развелись, и все было как надо, и… - Мы не хотели разводиться, но потом произошел конфуз, и мы все-таки разошлись, - также тихо и спокойно протянула Виктория. - Невероятно, - Григорий растерянно смотрел то на дочь, то на друга. - Так вот почему он так торопился, - сухо заметил Джузеппе. - Мне очень жаль, - Виктория сглотнула. Она не скажет о нетрезвом состояние Деймона его отцу, иначе у ее мужа потом могут быть серьезные проблемы. Пусть лучше Джузеппе думает, что виновата девушка. - Ты не виновата, - спокойно покачал головой Джузеппе. - Так что нам делать сейчас? Что сказал врач? – Григорий решил сменить тему разговора. - Сказали ждать! - просто ответила Энзо. - Значит, - вздохнул Григорий и присел рядом с дочерью. Мужчина заботливо обнял ее за плечи, понимая, что девушка еле держится. – Будем ждать! *** Спустя четыре часа Деймона все-таки отправили в палату. Его состояние стабилизировалось, но в сознание он не пришел. Виктория убедила Джузеппе и Энзо поехать домой и отдохнуть, а сама она осталась с Сальваторе. Девушка просто не смогла бы уехать, она хотела быть рядом, когда Деймон откроет глаза. Сальваторе лежал без движение весь в трубках, а местами в бинтах. Голова была разбита, на лице были ссадины, рука забинтована, так как в нее угодили осколки стекла от окна машины. Мужчина, в принципе, выглядел неважно, но самое главное для Виктории было то, что он просто дышит. Девушка была невероятно рада снова увидеть его, пусть даже он в таком состояние, он здесь и он жив. Виктория очень боялась, что материализуется ее страх, единственный страх ее жизни, хотя конечно настроение врача было странным. Петрова верила, что Деймон выкарабкается, а вот доктор имел некоторые сомнения. Мужчина долго пытался объяснить Петровой, что из-за травмы головы последствия могут быть различными, но Виктория отказывалась верить в худшее. Брюнетка была предупреждена, что Деймон может очнуться инвалидом: он может оказаться не способным ходить, у него может быть кратковременная потеря памяти, - все, что угодно. Однако Петровой было плевать, чтобы ни было с Деймоном, она будет рядом. - Деймон, - тихо протянула брюнетка, подстроившись к нему. Приборы на тумбочке рядом спокойно издавали соответствующие сигналы, подтверждая, что мужчина жив. – Пожалуйста, открой глаза… Я даже не буду ругать тебя за то, что ты был пьян! – девушка скупо улыбнулась. Виктория нащупала его руку, которая была свободно и от бинтов, и от капельницы. Девушка сжала его ладонь, несколько раз коснувшись ее губами. – Я люблю тебя! Пожалуйста, вернись ко мне… Петрова удивлялась сама себе. Всю жизнь она была холодной и черствой, девушка никогда не демонстрировала свои чувства, но этот мужчина смог все изменить. Именно Деймон открыл в Виктории что-то такое, что раньше девушка скрывала. Виктория шумно выдохнула, опустив голову рядом с рукой мужчины. Домой она теперь точно не поедет, значит, ей предстоит провести в больнице как минимум часов пятнадцать, а то и больше. Но сейчас на это было плевать, сейчас она думала только о Деймоне и о его состоянии. Петрова уже двадцать раз прокляла себя за то, что сделала все так, как сделала. Она теперь уже не думала, что идея с отъездом правильная, что вот так прост молча развестись и уехать, это разумно. Теперь Виктория понимала, что поступить нужно было иначе, но к сожалению, ничего не исправишь. Деймон здесь, без сознания, а она ничего уже не может сделать. Возможно, винить себя в данной ситуации не совсем уместно, однако это странное чувство не покидает девушку вот уже несколько часов. - Извините, но ту нельзя сидеть ночью, - медсестра бесшумно подошла к девушке, даже напугав ее. - Я не могу уйти, - Виктория с мольбой посмотрела на нее. - Прошу вас, можно я останусь? - Ну, хорошо, но если придет врач… - Я сама все улажу, обещаю, - Петрова спокойно кивнула и снова перевела взгляд на мужчину, как будто пытаясь пробудить его своим взглядом, который просто умолял Деймона открыть глаза.