Коллектив межнациональной толерантности.

На самом деле, Том уже и думать забыл о странных людях, которых встретил под рождество. Он с головой погрузился в работу и без малого семейные проблемы, которые преследовали его уже бог знает сколько времени. Иногда британцу казалось, что неприятности с Дарси начались еще за долго до их знакомства, а запахло ими еще когда он был подростком. Напористая, упрямая и в какой-то степени инфантильная американка вскружила Хиддлстону голову быстро и основательно, растеклась своеобразным ядом по венам, впиталась во все внутренние органы, и прилила к мозгу так основательно, что актер и опомниться не успел, как оказался утром в незнакомой квартире под одеялом с милой на вид девушкой. Разум и пресловутая английская приверженность традициям этикета не надолго взяли верх в воспаленном сознании Томаса, примерно на пару дней, а потом смертельно опасный яд, под названием Дарси Джонсон, с новой силой обрушился на еще не окрепшего после недавнего нашествия актера. Иммунная система, которая с гордостью носила имя Люк Уиндсор, не смогла сдержать напор вируса - Том Хиддлстон пал. Мисс Джонсон в свою очередь гордилась таким завоеванием, но выставлять на показ свое достижение не спешила. Она, как заправский дракон, готова была спать на золоте сто лет, а потом сожрать заплутавшего рыцаря, который и взять-то хотел лишь пару монет. Поэтому страшный вирус медленно и с удовольствием отбивал желание жертвы показываться на публике и знакомиться с кем-либо. Если наглую заразу что-то не устраивало, она била сначала в мозг, потом в сердце, если первой меры было не достаточно. А в последнее время неэффективность первой меры ощущалась все больше, хоть вторая и срабатывала безотказно, поэтому Дарси не на шутку заволновалась и принялась искать причину постепенного выздоровления Хиддлстона. Причина нашлась быстро, и даже сама объявилась по ужинать в дружеской обстановке. Милая светловолосая и довольно внушительная причина с порога объявила ядовитой заразе в весьма завуалированной форме, что за мистера Хиддлстона намерена бороться до самого конца и скорее пасть в бою, чем проиграть. Дарси хмыкнула, а причина, звавшаяся Крис Хэмсворт, хлопнула друга по плечу и увлекла бессмысленной болтовней о съемках. Хэмсворт проводил спасательные работы, чуть ли не каждый день, а в совсем запущенных случаях приходил в гости, и Дарси смиряла пыл, хоть и злилась жутко. Именно по этой причине, когда на съемочной площадке у Тома загорелись глаза при виде так неожиданно оказавшейся там Лероа, Хэмсворт заподозрил, что его профилактика работает, и рождественские каникулы Том провел отнюдь не бесполезно. Правда, после долгого и мучительного разговора о француженке, Крис приуныл, потому что ничего кроме размытых фраз о том, что ничего не было и не будет от британца ему не удалось добиться. А такое положение дел значило только одно - Том не врал. Немного подумав, Хэмсворт решил, что еще не все потеряно, тем более что Том действительно оживает, когда рядом появляется Клэр, которая теперь каждый день проводила на съемочной площадке то в полном одиночестве, то в компании мощного испанца, который даже внушал некий страх. Конечно, Крис успел подумать и о том, что Клэр и Рикардо могут быть парой, а это окончательно убивало его надежу на то, что он сможет спасти своего друга и почти уже брата: так они сблизились за период съемок. Но в процессе дурачества и абсолютно невинного разговора выяснилось, что Клэр и Рикки ни за что в жизни не стали бы парой. Об этом красноречиво выразилась француженка, добавив какую-то прописную истину на своем родном языке, которую понял только Хиддлстон. Рикардо куда более сдержанно и скромно заверил, что не стал бы заводить отношений с подругой, ибо еще не сошел с ума окончательно. Витиеватого объяснения почему он так считает, Крис не понял, а вот Томас, похоже, внял, проникся и полностью осознал, что с безобидной Клэр шутки плохи. Но, несмотря на все увещевания Анрикки, не смог перестать заискивающе поглядывать на девушку. Шел пятый день последней недели съемок и музыканты обещались представить первую версию финального саунд-трека, но почему-то опаздывали. Это вызвало новую волну гнева Браны, и беспокойство и уныние Тома, которое подкрепилось еще и тем, что на площадке ни с того, ни с сего появилась Дарси при полном параде и во всеоружии. Крис хмыкнул, приметив пассию своего друга. Чего ей только на месте не сидится? - Том, милый, - ласково начала синеглазая шатенка, подойдя к актерам, - я решила сделать сюрприз! - Это у тебя получилось, - скептически заметил Хэмсворт, но американка проигнорировала его. - Это очень мило с твоей стороны, любимая, - натянуто улыбнулся Том, обнимая девушку за талию. - А разве ты не на работе должна быть? - Я взяла отгул, чтобы побыть с тобой! - с энтузиазмом пятилетнего ребенка, который пытается вырезать что-то из бумаги для подарка любимому родителю, сообщила Дарси. - А разве ты не рад? - в момент обиженно надув губки спросила она, не заметив на лице любовника должного восхищения, хоть Хиддлстон и старался. - Что ты?! Конечно, я рад, - попытался исправиться актер, и на этот раз, похоже, убедил взыскательного критика. - Ладно, я пойду, присяду где-нибудь, чтобы не мешать вам, - обезоруживающе улыбнулась Дарси и действительно удалилась в недра павильона. - Она невыносима, - сообщил Хэмсворт, когда девушка отошла достаточно далеко. - Она может быть милой, - попытался оправдать свою девушку Том, хоть и сам не очень верил в эти слова. После четырех дней общения с Клэр, британец убедился, что Дарси отнюдь не самое милое создание во вселенной. - Ну, ну... Может быть, но не обязана, - буркнул Крис, сложив руки на груди. - Что ты к ней вечно придираешься? - все же возмутился Том, на что Хэмсворт дал своему экранному брату подзатыльник и фыркнул. - А то ты за последние несколько дней ничего не понял! - рыкнул Тор, чуть ли не хватая британца за шкирку. - Прекрати смотреть на все сквозь розовые очки, Том. Она выпивает из тебя все соки, ты же ходишь как... не стану говорить как кто. - Хватит! - рявкнул Том, действительно злясь на друга. - Хватит что? - отвлек от дальнейшего продолжения гневной тирады Томаса голос Клэр. - Да мы тут так, - почесал затылок Крис, делая шаг в сторону, опасливо поглядывая на Томаса и с благодарностью на Клэр, которая явно решила его спасти. - Привет, - мило улыбаясь, поприветствовал девушку и ее друзей Том, нестройным рядком выстроившихся за спиной Клэр. - Ну здравствуй, бравый британец, - весело заговорил Джон, выбираясь вперед и пожимая руку актеру. - Хюго-то наш был прав, - лукаво усмехнулся американец, поглядывая на Лероа, которая недовольно фыркнула. - О чем ты? - не понял Том, запуская пальцы в аккуратно зачесанные черные волосы. - Он о рождественской присказке, - сказала Клэр, толкая друга в бок. - И от чего у тебя память такая хорошая? - А разве плохо? - изумился Олфред с довольной улыбкой. - Клэээр, ну хватит уже. - Так, закроем эту тему пока не поздно, - подняв руки в примирительном жесте, сказала Клэр. - А то мы еще и орать начнем. - А вот этого делать не стоит, - поспешно попросил Том, взволнованно оглядываясь на Дарси. Она с интересом разглядывала вошедших друзей, и что-то в ее взгляде смертельно не понравилось Хиддлстону. - А где Кеннет, кстати? – спросила Клэр, оглядываясь в поисках режиссера, который запропастился куда-то после очередного всплеска негодования. - Сейчас появится, - буркнул Крис, решившись наконец занять место рядом с Томасом. – У него сегодня поразительная чувствительность к изменению количества людей на площадке, - закончил он, кивая куда-то за спины коллектива музыкантов. В павильон действительно вошел Брана, мрачный как туча и готовый метнуть молнию в любого, кто не угодит его душе. Но, как только он увидел музыкантов, преобразился в осужденного на казнь, который ожидает повешения, но у которого есть надежда на помилование. - Добрый день, мистер Брана! – выступила вперед Клэр. – Мы закончили написание главного саунд-трека и готовы сыграть. - Хорошо, - отозвался Кеннет, с видом бедного подсудимого, который жаждет услышать только свой приговор, а не долгую речь увлекшегося судьи. – Здесь есть студия, этажом выше, мы можем пройти туда. - Думаю, это было бы замечательно, - ответила Клэр, ободряюще посмотрев на ребят, которые жутко волновались, ведь писать подобную музыку им пришлось впервые. По правде сказать, никто из «Not Found» не спал в тот день больше пары часов, потому что когда все собрались в снятом доме, поужинали и привели себя в относительный порядок после трудового дня началось обсуждение получившегося произведения. Не обошлось без финальных изменений, возвращений к первоначальному варианту, переделываний целых отрывков и возвращений старых, давно уже вычеркнутых.Но ничего из этого сегодня не должно было прозвучать и не прозвучит , потому что подобная бесполезная работа была нужна только музыкантам для того, чтобы убедиться, что лучше сделать они уже не смогут. Поэтому, поднимаясь в лифте, ребята спокойно посматривали друг на друга, убеждаясь в том, что все довольны результатом. В маленькой комнатке, где были расставлены инструменты разместилось около десяти человек: режиссеры, актеры, сценаристы и еще кто-то, кого здесь быть и не должно, но они удивительным образом напросились послушать, что получилось у загадочных музыкантов. Том и Крис расположились около стены, с интересом наблюдая за пятью людьми на импровизированной сцене. Хиддлстон, конечно, рассказал Хэмсворту, что в рождество его уверяли, что сочинение музыки, это не по части выше означенных людей. Крис улыбнулся и предположил, что данная информация не больше, чем блеф, а ребятам есть, что скрывать. Он был не так уж и далек от правды. Прошла пара минут прежде, чем каждый из музыкантов был готов начать. В этот короткий промежуток времени были слышны гитары, барабаны и синтезатор. Ни к чему не относящиеся звуки, которые выдавали инструменты, наводили на мысли о том, что все приготовления носили показной характер, что являлось ошибкой. Настроив инструменты, друзья на сцене переглянулись, глубоко вздохнули и без всякого предупреждения начали играть. Первые аккорды мелодии звучали легко и просто, совершенно не обязывая слушателя к вниманию или задумчивости. Несколько секунд даже шепоток, бродивший между собравшимися, не прекращался, но когда к гитаре добавились барабаны все вмиг затихли и разом обратили свое внимание на импровизированную сцену. В монотонное звучание гитары врывались то тяжелые глухие удары, то тревожное позвякивание тарелок. Через секунд десять к несвязному, но чем-то завораживающему дуэту добавились звуки специфически настроенного синтезатора, а ритма добавила бас-гитара. Теперь уже не осталось преграды между сценой и залом, где начинается тяжелая вдумчивая тишина, которая иногда возникала при прослушивании серьезных композиций. Теперь безрадостное настроение музыки заполнило собой все. Не осталось никого, кто сохранил бы счастливое выражение лица. Каждый из слушателей смотрел на музыкантов со странной, неизвестно откуда взявшейся, грустью. Это волнующее чувство, казалось, поднималось из глубины не каждой, отдельно взятой души, а откуда-то из вечного и необъятного, чему даже нет названия. Звуки обволакивали все помещение, создавая почти осязаемую атмосферу безнадежности. Каждый из музыкантов, казалось, полностью погрузился в какой-то гипноз или попал сознанием в другой, параллельный реальному, мир, в котором не было ни этой комнаты, ни собравшихся людей, ни их самих. Только Клэр стояла спокойно, закрыв глаза и покачиваясь из стороны в сторону в такт монотонной, но обещающей что-то за собой мелодии, параллельно проводя кончиками пальцев по струнам гитары, будто бы забывая играть. Где-то на рубеже между пониманием слушателем идеи мелодии и угасанием интереса к ней на фоне все той же мелодии зазвучала соло-гитара, перекрывая собой все остальные инструменты только лишь потому, что тема, которую она задавала, была совершенно отличной от предыдущих сорока жутко чарующих секунд мелодии. Постепенно эта новая тема, которая привлекала внимание, но прятала свое настроение, увлекла за собой еще две гитар, синтезатор и барабаны. Теперь все они несли облегчение в беспроглядную темноту и привносили что-то отдаленно напоминающее теплоту, с которой мать смотрит на своего ребенка. После соло-гитара, которая принадлежала здесь Клэр, снова изменила звучание, все в том же порядке заставляя последовать за собой остальные инструменты. Теперь в почти надрывном звучании мелодии появилась надежда, но какая-то неопределенная. Она не приносила полного облегчения, но заметно скрашивала все еще присутствующую грусть, которая старательно цеплялась за сознание слушателей с самого начала. Надежда, принесенная окончанием произведения, волновала и заставляла поверить во что-то лучше, но не давала забыть о том, что в самом начале все было безнадежно плохо. Когда Джон в последний раз перебрал струны своей гитары, отпустив зажатый аккорд, повисла тишина. Не тяжелая и неприятная, а волнительно торжественная. Пара секунд, и слушатели разразились аплодисментами. Даже скептически настроенный помощник Браны почти восхищенно смотрел на музыкантов, которые улыбались как дети, будто играли только что не серьезное произведение, на которое было положено не мало усилий всех членов группы, а какую-нибудь шуточную песенку, после которой по определению должно подниматься настроение. - Это было великолепно! - встал со своего места Кеннет, подходя к музыкантам, выбирающимся из проводов, ремней, на которых держались гитары, и нескольких неподключенных колонок. – Вы просто клад! Где только Денис вас нашел? – от переизбытка чувств слишком громко спросил Брана. - Ну, это долгая история, - сказал Джон, который, похоже, первым вернулся в реальность. Том восхищенно смотрел на пятерых музыкантов. Как можно было сочинить такое за каких-то четыре дня? Ответа британец не находил, поэтому сейчас его воображение создало некий нереальный облик этих людей, заставляя думать, что они обладают какой-то невиданной силой и властью над музыкой. - Ничего себе! – прошептал Крис, разрушая идиллию Тома. – У меня такое чувство, что я побывал на двухчасовом концерте любимой группы. - Особенное чувство, да? – спросил Том, даже не глядя на друга. Он смотрел на музыкантов, которые смиренно принимали комплименты. По лицу каждого из них можно было понять одно: все они хотят, чтобы поздравления закончились и начались обычные, рабочие будни. Вообще-то, подобное поведении было довольно странным для тех, кто имеет такой успех. Но наши герои отнюдь не питали призрачных надежд и точно знали, что им еще придется написать кучу прекрасной музыки, чтобы их оценили по достоинству, ведь одно произведение ни о чем не скажет. - Пошли, поздравим, - поманил за собой Хиддлстона Крис, направляясь к музыкантам, которых уже оккупировали присутствующие. Том с огромной радостью последовал бы примеру друга, но вовремя заметил Дарси, которая выжидающе смотрела на него, стоя у противоположной стены. Хиддлстон подумал, что выразить свое восхищение сможет и позже, поэтому уверенно направился к своей возлюбленной. - Ну, как тебе выступление? - спросил актер, подходя к Джонсон. - По-моему, ничего особенного, - прикрыв глаза сообщила Дарси. - Мне кажется, что предыдущий вариант был лучше. - Но нам отказали в правах на использование, - тепло улыбнулся Том, все же стараясь понять, почему Дарси так скептически отреагировала. На секунду Хиддлстону показалось, что она ревнует его, но британец быстро выбросил эту мысли из головы, хоть и не на долго, потому что через пять минут проказница снова постучалась в черепную коробку Томаса. Поводом послужило знакомство музыкального коллектива и избранницы Томаса, которое инициировала сама Дарси. - Привет, - очаровательно улыбнулась Дарси, подходя к облегченно выдохнувшим друзьям, которых только что оставили в покое. - Здравствуй, - отозвался Джон, вопросительно посмотрев на Тома. - Я Дарси, девушка Тома, - представилась Джонсон. - Том почти ничего мне о вас не рассказывал, вот я и решила познакомиться. - Я же говорил, что сам почти ничего не знаю, - попытался оправдаться Хиддлстон, но заслужил только прилив показной нежности. - Ты почти всегда так говоришь, милый, - обнимая актера за талию, заявила Дарси. - Представишь? - А, да, конечно, - тяжело вздохнул Том. - Не против, если я только по именам? - обратился он к музыкантам, которые потеряли энтузиазм и как-то странно посматривали на Хиддлстона, все кроме Клэр. Француженка повела плечом, прикрывая глаза, в ответ на вопросительный взгляд Джона, мол нет здесь ничего необычного. - Как хочешь, мы в любом случае не обидимся, - ответил Тому Рикардо, внимательно осматривая Дарси. - Хорошо. Клэр, Джон, Рикардо, Грет и Хюго. Я ведь не ошибся? - уточнил британец, обеспокоенно посмотрев на барабанщика. - Все в точности так, - согласно кивнул он, улыбаясь. - Очень приятно, - пролепетала Дарси, крепче сжимая в руке футболку Хиддлстона. - Ну а вам как наше выступление? - спросил Джон, проглотив нечто похожее на возмущение. Джонсон лукаво посмотрела на американца. - Не то чтобы мне совсем не понравилось, но все же вы все и сцена... - протянула последнее слово брюнетка с видом опытного музыкального критика. - Я не вижу вас на сцене, да и музыка не вызвала у меня бури эмоций. - И не вы одна так считаете, - укоризненно посмотрел в сторону француженки Персон. - Джон, незачем ставить мне это в недостаток. Да, я несколько самокритична, что в этом плохого? - пожала плечами Клэр. - Несколько? - не сдержавшись переспросил блондин свою подругу, чем вызвал негодование девушки. - Брось. Не будьте занудой, мистер Персон, - важно подняла указательный палец вверх Лероа. - Это еще никого не доводило до добра. - Тоже мне, - неопределенно ответил Джон, чем озадачил Тома. Актер всерьез задумался, что этим хотел сказать Джон. Да и некое чувство вины за свою избранницу начинало скрестись на задворках педантичного английского сознания, поэтому Хиддлстон жутко хотел уверить Дарси в том, что ребята превосходны. Но как это сделать, актер не представлял. - Дарси, мне приятно с вами познакомиться, - обратилась Клэр к почти прилипшей к Тому девушке. - Нам всем очень приятно. Вы с Томом красивая пара. - О, это очень мило с вашей стороны, - сбиваясь на змеиное шипение ответила Дарси, чем позабавила Клэр. - Должно быть вы необычно познакомились, - предположила Лероа от части желая увериться в абсурдности ситуации. - О, нет. Что вы? Просто он увидел меня, а я увидела его, и вот уже пару месяцев мы неразлучны, - победно сообщила Дарси, в чьих глазах блестело что-то почти животное и решительное. - Согласитесь, в этом тоже есть доля романтики, - заметила Клэр и собиралась сказать что-то еще, но этому помешал Брана. - О, я думаю, обменяться любезностями вы сможете и потом, - тоном строгого папочки, который застал своих детей за просмотром мультфильмов после отбоя заявил он. - Вы нужны мне, все пятеро. Познакомитесь со звукорежиссером, и мы обсудим некоторые формальности. После этого, даже толком не попрощавшись, музыканты оставили пару молодых людей наедине, что не способствовало улучшению настроения обоих. Том почти разочарованно смотрел в след удаляющимся друзьям, которых ждала долгая экскурсия, запись нового трека, составление договора и, возможно, волокита с авторскими правами, а Дарси тихо превращалась в берсерка, которому в руки попало знаменитое копье. В ней быстро вспыхнула ярость и ревность, а характер заставлял поклясться драться до конца, хотя на самом деле противника и не было вовсе. *** Я даже не взглянула на часы, когда мы все вместе расположились в гостиной. Я сидел на диване между Рикки и Джоном, разглядывая картину, которая висела на стене. Она неожиданно пробудила во мне интерес, хотя раньше я не находила в ней ничего занимательно. Думаю, во время этого занятия мой мозг отключился от всех вопросов и проблем, свалившихся на нас сегодня. Вокруг царила тишина, что было совершенно не свойственно для времени, когда мы впятером собираемся вместе. С трудом вернув себя в реальность, я наклонилась вперед и посмотрела влево. Там на кресле сидел озадаченный Хюго. Он отсутствующе блуждал взглядом по комнате, пока не остановился на мне. Большие голубые глаза брюнета прояснились, в них проявился живой огонек, говорящий о том, что хоть кто-то из нас вернулся к нормальному состоянию. Повернувшись вправо, я помахала рукой Грет, которая почти расплылась в кресле напротив барабанщика. Немка удивленно посмотрела на меня, потом перевела взгляд на Хюго, и тоже улыбнулась. Мы втроем не сговариваясь засмеялись, осознавая, что все позади, и теперь можно насладиться успехом. - Вы чего это? - спросил строгий Джон, выпрямив спину. - Да хватит уже! - весело смеясь, встала со своего места Лангер. - Давайте немного порадуемся за себя. Только подумайте, мы будем в титрах голливудского фильма! Представьте, мы! - эмоционально говорила подруга, то и дело убирая свои пшеничные волосы с лица. - Ну скажем не мы, а Not Found, - поправил ее Джо, скрестив руки на груди. - А разве мы не Not Found? - спросила я, повернувшись к нему, поджав под себя ноги. - Конечно, это мы, но ведь... - Джон, нет никаких ведь, - перебил основателя нашей банды Анрикки. - Не делай трагедию из того, что в титрах будет написано не твое имя. Подожди год, и о тебе узнает вся планета. Думаешь, это того не стоит? - спросил Рикки, облакатившись о спинку дивана, чтобы лучше видеть лицо Джона. - Да, собственно, о нас и так знают, - заметила Грет, накручивая прядь волос на палец. - Я сдаюсь, - поднял руки вверх американец. Победив единственного не очень довольного человека, мы расслабились, притащили пива и чипсов из холодильника, чертова американская привычка. Никому не удалось отучить Персона всегда иметь запас пенного напитка и чего-нибудь почти несъедобного в довесок. Хотя, сейчас это все пришлось как нельзя кстати. Тема разговора уже давно блуждала где-то между симпатичной официанткой из закусочной напротив автомастерской в которой работает Рикки и обсуждением планов на завтрашний день, когда Джон вспомнил о Томе и его девушке. - А все же, я думал, у нашего бравого англичанина вкус лучше, - вставил он в паузе между приступами смеха. - О ком это ты? - не сразу поняла я, кто является предметов разговора. - Да, я полностью с тобой согласна. Это прямо жуть! - согласно кивнула Грет, поморщившись. - Вы о Хиддлстоне? - спросила я, лелея надежду о том, что мы не станем перемывать косточки британцу. - Да, именно о нем, - подтвердил Рикки. Похоже, мои друзья придерживались единого мнения по этому поводу и намеривались переманить меня на их сторону. - Может не будем об этом? - спросила я, искренне не желая обсуждать Дарси и Тома, но по выражению лиц моих друзей стало ясно, что данного разговора не избежать, если не сегодня то позже он состоится так или иначе. - Девушки у него нет, тоже мне, - хмыкнула Лангер, подтягивая колени к груди. - Ну, положим, здесь он не соврал, - пожала плечами я. - Пара месяцев, это именно тот промежуток времени, который мы его не видели. Так что здесь все сходится. - Клэр, ну неужели тебя не возмущает такое поведение? - спросил Хюго, обычно безучастный в подобного рода дискуссиях. - А что должно меня возмущать, позвольте спросить? - изумилась я, отпивая из бутылки светлое пиво. На меня посмотрели как на прокаженную, что даже немного удивило меня. - Ты хоть видела, как он на тебя смотрит?! - всплеснула руками Грет. - Видела, - утвердительно кивнула я, уже точно зная, что хотят до меня донести. Мне казалось, что это несусветная чушь. - Очевидно, что ты ему нравишься! - воскликнула Грет. - Нет, ну не свинство ли? - продолжил Джон. - Я не понимаю, чего вы хотите от человека. Он ведет себя вполне благородно. Нравится Хиддлстону может кто угодно, но если у него есть девушка, просто так бросить ее он не может, поэтому я не вижу ничего предосудительного, - пожала плечами я. - Кто действительно ведет себя глупо, так это Дарси. Я ведь не претендую на ее английское сокровище. - Да неужели? - скептически спросил Рикардо, посмотрев на меня исподлобья. - А что, со стороны выглядит иначе? - изумилась я, причем довольно искренне изумилась. Грет разразилась жутким смехом, парни поддержали ее. - Черти, мы тут уже надумали всякого, - призналась подруга, утирая слезы. - Хватит забиться о моей личной жизни! - потребовала я. - А если соберетесь, то хотя бы спрашивайте сразу, - попросила я, снисходительно улыбаясь. Конечно, они меня любят, но склонность друзей обустраивать мои отношения с мужчинами по своему вкусу начинает меня настораживать. Хотя, можно с легкостью отплатить той же монетой, причем каждому, но этого делать не хотелось, да и постоянного партнера ни у кого из нас не наблюдалось на данный момент времени. Может, оно и к лучшему, ведь на сколько я поняла Дениса, нас ждут бесконечные переезды и уйма работы. Думаю, романтика в подобной ситуации будет только мешать процессу.