Дурная кровь

- Орион, что ты задумал? – поинтересовался Люциус у сына. - Почему ты решил, будто я что-то задумал? – удивился тот. - Потому что такой загадочный вид ты приобретаешь, когда измысливаешь очередную пакость. - О пакостях даже не думал, честное слово, - сказал Орион серьезно. Ему уже исполнилось шестнадцать, он почти догнал ростом отца, на него заглядывались девушки, даже те, что постарше, а он продолжал изобретать все новые и новые способы отъема денег у населения магического мира. Книжный бизнес пошел отлично, и мечте Ориона стать миллионером к совершеннолетию явно суждено было исполниться. Телекомпания тоже постепенно развивалась, дело набирало обороты… - Тогда выкладывай. - Может, я просто о девушке замечтался! - Ты о девушках не мечтаешь, ты их в кусты затаскиваешь, - фыркнул Люциус. – Кто на прошлом приеме чуть не оскандалился? - Я не нарочно! – честно сказал Орион. – Я понятия не имею, как это попало ко мне в карман, я же не фетишист, такие вещи не коллекционирую... Наверно, машинально сунул. Но, конечно, это сильное впечатление - полезть за платком, а вытащить красные кружевные трусики Анжелы… Тьфу ты! - Ах, значит, это была Анжела… - протянул отец. – Скажи спасибо, я успел тебя загородить. А то доказывал бы ты присутствующим, что в нынешнем сезоне модны именно красные кружевные платки, как голубые батистовые в прошлом... Кстати, ведь она тебя года на три-четыре старше! - И че? - не понял Орион. Люциус только вздохнул: отчего-то девушки были падки на грубоватое обаяние его старшего сына, а кобелем тот оказался почище отца. - Ровесницы-то почти все в школе, я их только на экзаменах вижу. А мне какая разница? - А если ее отец потребует, чтобы ты на ней женился? - Да конечно, щас, он чистокровный, а я? -А ты Малфой, и ты уже сейчас богат, - вкрадчиво произнес Люциус. - Вдобавок она может заявить, что ты отец ее отпрыска. - Не, пап, - отмахнулся Орион. - У меня всегда презерватив в кармане, потому как магия магией, зелья зельями, но, как тогда сказанул этот ваш лорд, бывает, и палка стреляет. Помнишь, ты говорил? И не парься по этому поводу. - Ну что ж... Продолжай в том же духе. Надеюсь, ты не заключил с кем-нибудь пари на то, что перепортишь всех благородных девиц в Британии до своего совершеннолетия? - Ты что! Во-первых, в данном конкретном случае портить там было уже нечего... А во-вторых, разве бы я мог так бездарно составить условия пари? Всех – это, получается, и страшненьких, и малолетних, и восьмидесятилетних старых дев… Я себе не враг! Я по хорошеньким в основном... Надо еще разок во Францию смотаться, вот что... - Орион, не уводи разговор в сторону! Что ты задумал? - Ладно… - со вздохом сказал тот. – Только, пап, надо это вместе с дедом обсуждать. Он лучше в таких вещах разбирается. Пошли к нему? - Ну, идем… В кабинете Абраксаса Малфоя все оставалось по-прежнему, только теперь взад-вперед расхаживал Орион, а не Люциус. - В общем, дело в следующем, - начал он. – Помните шрам на лбу у Поттера? - Конечно, - ответил Люциус. – Ходят слухи, что это след от Авады… той самой. - Пап, по-моему, ты сам мне как-то говорил, что от Авады никаких следов, кроме мертвого тела, не остается, - съязвил отпрыск. – Не в том суть. Я тут мелкого по башке потрепал и случайно дотронулся до шрама… - И?.. – насторожился Абраксас. - И это было очень странное ощущение. Я не сразу вспомнил… Пап, с твоей Меткой было почти то же самое. Но… - Орион задумался, подбирая слова. – Она мне показалась шершавой. Чужеродной. Как если бы тебе на руку кусок наждачки приклеили: вокруг и около пальцы свободно скользят по коже, а за это место подушечками цепляются. - Я никогда ничего подобного не ощущал, - сознался Люциус. Таких подробностей сын ему прежде не рассказывал. – А шрам? - А это тоже что-то чужеродное, но оно не снаружи, там не в шраме дело. Такое ощущение, что где-то внутри засело нечто… не знаю даже, как описать, но мне это очень не понравилось, и оно определенно живое, - завершил Орион. – А сам шрам – это так, отметина. Может, пацан лбом об угол долбанулся, бывает... - К чему ты клонишь? - Я могу попытаться это что-то вытащить наружу, - спокойно ответил юноша. – Даже представляю, как это проделать. Но в одиночку не рискну, хрен знает, что это за чертовщина такая! Пап, дед, вы че, меня слушаете или в гляделки играете? Люциус встряхнул головой. Не может быть! - Орион, ты помнишь, что лорд не погиб по-настоящему? – спросил Абраксас. Тот кивнул. – Про хоркруксы читал? - Читал, конечно… Погодите, деда, вы что, хотите сказать, что этот лысый хрен каким-то образом умудрился впендюрить кусок себя в лоб Поттеру?! - Очень на то похоже… - протянул тот, не обратив внимания на изысканные выражения внука. – И если это действительно так, то мальчика нужно избавить от этой дряни, и поскорее! - Да, только, если я верно запомнил, уничтожить живой хоркрукс можно только вместе с носителем, - ядовито заметил Люциус. - Так я ж сказал, я могу попробовать выгнать эту фигню наружу, - напомнил Орион, оживившись. – А дальше уже дело техники. Меча Гриффиндора у нас нет, но, может, клык василиска удастся найти? - Есть кое-что получше. Впрочем, сперва еще нужно заручиться согласием Августы, - вздохнул Абраксас. – Но это я беру на себя… Неделю спустя в доме Лонгботтомов собралось все семейство Малфоев, не считая маленького Драко, сама Августа Лонгботтом также присутствовала: было решено, что никакая поддержка лишней не будет. - Так. Если только почувствуешь, что дело неладно, немедленно остановись, - инструктировал Абраксас внука. Природы его силы он до сих пор не мог понять, просто принимал как должное, что Орион не просто играет с огнем, он им управляет. - Гарри, малыш, возможно, будет немного жечься, - говорила тем временем Лорейн маленькому Поттеру. – Потерпи, тогда у тебя больше не будет этого шрама, и на тебя перестанут показывать пальцами. Ты же доверяешь Ориону? Тот кивнул, глядя, однако, с некоторой опаской. - Вот и прекрасно… Приступим? Орион подошел ближе, подумал, потом почему-то решил действовать левой рукой и положил ладонь на лоб Гарри. - Не дергайся, большой парень, - велел он. – А то вся работа пойдет насмарку… И зажмурься на всякий случай. Остальные встали вокруг с палочками наизготовку. Собственно, наблюдать было не за чем: Орион просто прикрыл глаза, но судя по тому, как напряглось его лицо и задрожала рука, было видно, что ему приходится очень тяжело. - Цепляется, сука, - выдохнул он и накрыл левую ладонь правой. Гарри сидел тихо, зажмурившись и вцепившись обеими руками в диван, но боли явно не испытывал. – Упрямая тварь! Но уж я тебя выкурю, гадина... По побледневшему лицу Ориона уже градом лился пот, и Абраксас открыл было рот, чтобы приказать прекратить это, как вдруг присутствующих на мгновение ослепила бело-голубая вспышка, и Люциус едва успел подхватить потерявшего сознание сына и бережно опустить его на ковер. - Вот! – вскрикнула Лорейн. - Вижу! Щит! – Абраксас и сам различал темное облачко, явно собиравшееся вернуться к носителю. Медлить было нельзя, благо Лорейн поняла его абсолютно верно и выставила щит между непонятной тварью и Гарри. – Адеско Файр! Взревело пламя, черное облачко растворилось в нем, и старший Малфой не без труда погасил Адский огонь, спасибо, сын пособил... чтобы тут же кинуться обратно к Ориону. - Пап, да отстань ты, нормально все… - послышался с пола хрипловатый голос. – Деда, ну вы, блин, круты! Че, получилось? - Похоже на то… - Лорейн выдохнула и осторожно провела пальцами по гладкому, без малейших следов зигзагообразного шрама лбу Гарри, из зажмуренных глаз которого текли слезы. – Глаза уже можно открывать, кстати. - Ты, внучек, тоже… гхм… крут, - сказал Абраксас Ориону. – Встать-то сможешь? - Смогу… - тот поднялся на четвереньки. – Хотя нет, еще маленько посижу, пожалуй, че-то ноги не держат... - Немудрено, - поежилась Лорейн. - Да лан, мать... Тогда-то я вообще вырубился, но мне ж всего одиннадцать было. Сейчас я посильнее. Но и эта падла тоже… будь здоров! - Орион! Прекрати сквернословить! – ожила Августа. - Сколько можно повторять?! Дети с тебя пример берут! - Ой, ну простите, у меня шок! – хмыкнул тот. – Слушайте, а жрать-то как охота... Августа щелкнула пальцами, вызывая домовика, и приказала подать на стол. - Гы, а может, нам агенство открыть? - продолжал веселиться Орион, сидя на ковре по-турецки. - А че? Отлично звучит: Орион Малфой — прожигатель жизни и выжигатель Меток! Спорим, я теперь это запросто сделаю? - С тобой спорить — себе дороже, - буркнул Абраксас, подумав о том, что многие приятели сына и впрямь дорого бы заплатили, чтобы избавиться от Метки. Только вот афишировать способности Ориона не стоит, потому как верные сторонники Волдеморта такому точно не обрадуются. Только если потихоньку, для проверенных людей, с принесением Обета, не раскрывая личности... гм... специалиста... - Деда, а не прилетит за огонек-то ваш? - внезапно посерьезнел внук. - Не прилетит, - ответил он. – Все живы, все здоровы. Гм... Августа, прошу извинить, кажется, я попортил потолок в вашей прекрасной гостиной. - Переживу, - проворчала та, поглядев на оплавленную люстру и закопченную лепнину. - Ради такого-то дела хоть весь дом можно спалить... - Вставай, - Люциус потянул сына за шиворот. - Держись за меня. - Пап, иди нафиг, я не инвалид, - фыркнул тот и действительно поднялся на ноги самостоятельно. - Ниче, жить буду, так, башка слегка отъезжает и жрать хочется, а в остальном нормально. Гарри, ты как? - Хорошо, - ответил тот, с интересом ощупывая лоб. - Бабуля, а можно мне теперь челку состричь? Я хочу, чтоб как у Ориона! Августа схватилась за голову. Орион был стрижен по-маггловски, какими-то немыслимыми вихрами, что, однако, очень шло к его образу великосветского хулигана. И, как он говорил, по утрам можно не тратить время на то, чтобы причесаться: прошелся по макушке пятерней - и готово. - Когда вырастешь, тогда и делай с собой, что угодно, - сурово сказала она, но все же добавила: - Но без челки тебе и впрямь будет лучше. - Ура! - подскочил Гарри. - Послушай-ка, мальчик, - наклонился к нему Абраксас, - а что ты чувствовал или, быть может, видел? - Ну... - Поттер задумался. - Сперва ничего, я же зажмурился. А чувствовал только руку Ориона. А потом... потом появились огоньки. - Какие огоньки? - Ну такие... как он нас развлекал, когда мы совсем маленькие были! - А, я догнал, - сказал Орион, вызывая карусель ярких огоньков. - Такие? - Да! Их все больше было... Вот. Еще немножко жглось, но не больно, а так, чуть-чуть щипало. А потом... - Гарри поежился. - Потом там внутри что-то начало скрестись, противно так... Как будто это большой паук, его тянут, а он всеми лапами цепляется... На этот раз передернулась Лорейн. - А огоньки слились в один большой, - продолжал мальчик, - прямо светло стало, я даже испугался, что случайно глаза открыл... А паук все равно цеплялся. И вдруг ка-ак полыхнуло! Только не жаром, как из камина, а светом, ярким таким, бело-голубым... И я чуть не оглох, - неожиданно добавил он. - От света? - удивился Абраксас. - Не-ет, это паук завизжал, лапы отпустил, его наружу потащило. Вот тогда ужасно больно было, - сознался Гарри. - Прямо до слез. - Но ты все равно не шелохнулся. - Ну так Орион же велел сидеть смирно! - Вот интересно, - сказал Абраксас Люциусу, - отчего это дети беспрекословно слушаются твоего сына, но не взрослых? -Это потому, что я авторитетный и харизматичный чувак, - подал голос Орион, подумал и добавил: - И вломить могу. Миссис Лонгботтом, а поесть-то уже дадут или как? А то я щас в голодный обморок грохнусь! - Идем, идем, - засуетилась та. - Гарри, позови Невилла! - Сейчас, бабуля! - подскочил тот и убежал. - Очень похоже на то, что описывал ты, - негромко сказал Абраксас Люциусу. Тот кивнул, глядя на Ориона с некоторой опаской. - Не понимаю, откуда это у него, - сознался тот. - Драко тоже любит пошалить с огнем, но здесь... что-то запредельное. Порой я его боюсь. - Не бойся, - усмехнулся Абраксас. - Тех, кого он любит, он не тронет. - Полагаешь, нас Орион любит? - Конечно. Просто вслух никогда не говорит, не привык и не умеет... Да даже если и не любит, ответственность перед семьей чувствует. Да-а, сынок, ну и чудо ты... гм... сделал. - Я нечаянно, - в который раз буркнул Люциус. Лорейн подошла и крепко обняла сына. - Шатает тебя, наказание мое, - сказала она. - Не выпендривайся, возьми отца под руку, я тебя уже не удержу, если что, на карачках поползешь! - Ла-адно... - фыркнул тот. - Ну че, пошли отмечать? - Да, пожалуй, есть что отметить, - согласился Абраксас, поглядев на внука и сына. Конечно, младшего сына Люциус обожал, и при иных обстоятельствах тот точно вырос бы избалованным донельзя и капризным... но только не в присутствии Ориона, который на любые капризы реагировал однообразно — хорошим пенделем. Никакие "дай, хочу!" на него не действовали, а поскольку Люциуса целыми днями не бывало дома, то воспитание наследника рода легло на плечи его старшего брата и мачехи. Ну а у тех разговор был коротким: чуть что, капризнику прилетало по заднице или по шее, вот и все дела, хнычь там, не хнычь. Как говорится, не можешь — научим, не хочешь — заставим. Там и дедова трость не потребовалась... Конечно, у отца Драко мог что-нибудь выклянчить, но очень быстро усвоил: лучше этого не делать, потому что Орион ему это припомнит. Не из зависти, нет, смешно уже совсем взрослому парню завидовать ребенку, а из принципа. Сказано — нельзя, значит, нельзя, а если ты действуешь в обход запрета, то либо делай это так, чтобы не попадаться, либо получай сполна! А вот к Ориону Люциус относился совершенно иначе. Так, словно это был не просто его внебрачный сын, а, скорее, младший брат, или, точнее даже, верный товарищ. В общем, так оно и было: если бы не Орион, все могло повернуться иначе. Правда, тот никогда не упоминал о своих заслугах. "Забей, пап, - всегда отвечал он Люциусу на попытки поговорить о тех страшных днях. - Что было, то прошло". Пожалуй, только он сам да Лорейн знали, каково им тогда пришлось, но рассказывать не желали. Между собой тоже вряд ли обсуждали, зачем, если мать с сыном привыкли понимать друг друга с полувзгляда и, собственно, всегда только тем и занимались, что пытались выжить? Для них, скорее всего, это ничем особенным и не было, дело привычки... Абраксас только усмехнулся: вот расфилософствовался! Наверно, от усталости: Адский огонь — это вам не простенький Люмос. - Ура-а! Жратва! - раздался голос Ориона. - В смысле, спасибо, миссис Лонгботтом, а то б я щас подох! -Ты невыносим, - начала та привычную нотацию, которые от Ориона отскакивали, как от стенки горох, - когда ты возьмешься за ум? Люциус, отчего ты не обращаешь внимания на манеры сына? - Бесполезно, - посмеиваясь, ответил тот. - Когда ему надо, он само обаяние, а в тесном кругу не считает нужным разводить политес. - Не считаю, - подтвердил Орион с набитым ртом. - Нафиг? Все свои. Так мы че, отмечать будем, нет? Деда, вы че тормозите? Абраксас снова усмехнулся и присоединился к компании за столом... Пожалуй, можно позволить себе рюмочку бренди, он у Августы очень хорош. Все-таки большое дело сделали...