Охота

Из темноты доносились странные звуки. Кто-то сильно кричал. Женщина. Я попыталась открыть глаза, но их, будто, кто-то залил цементом. Голова разрывалась от боли. Особенно там, куда пришелся удар преступника. Нога ныла, но не так сильно, как в тот раз. По всему телу плавно переливалась слабость. Мозг, казалось, частично отключился. Рычание, звук шлепка, резкий крик. Снова рычание. Возня по земле. - Нет! – протяжно закричала девушка. Ее голос я узнала сразу. Это была разведчица. Что происходит сейчас? Я попыталась повернуть хоть одной частью тела, но оно не поддавалось. Резкий металлический звук, похожий на тот, когда оружие охотников вылезало из наручей. Резкий крик. Глухой непонятный звук. Возня, крики и рычание прекратились. Послышалось довольное стрекотание. Приближающиеся шаги. Что-то упало передо мной. - Корнат, - шепотом протянула я, открывая глаза. Голова резко заболела. Передо мной все расплывалось. Впереди что-то лежало. Я напрягла зрение. Красно – бежево – коричневое расплывчатое пятно превратилось в голову разведчицы. На ее лице застыла гримаса страха. Глаза так и остались расширены, только стеклянные. Рот приоткрыт. Застыл в немом предсмертном крике. Меня кто-то бережно повернул на спину. Я узнала это горячее прикосновение шероховатых рук. Охотник погладил меня по лицу, издавая урчащие звуки. Я чувствовала, что кто-то прикасается к больной ноге. Жжение. В следующий момент Корнат открыл мой рот и, как ни странно, положил между моими зубами большой палец. Через мгновение я почувствовала резкий укол. От него по всему телу пошла дикая боль, сопровождающаяся жаром и непонятной вибрацией изнутри. Сработал рефлекс. Я сжала зубы. Охотник не дрогнул. Из глаз текли слезы. Чем больше нарастала боль, тем сильнее была моя хватка. Я почувствовала во рту странный вкус. Хищник неприятно заурчал. Когда боль прошла, я отпустила его. Я повернулась, чтобы сплюнуть жидкость изо рта. Зеленая кровь охотника. - Твей, - сказал Корнат, сажая меня. В глазах снова все поплыло, голова неистово закружилась. - Спасибо, - прохрипела я, не в силах, даже, посмотреть на хищника. Так сильно все болело. Охотник приложил указательный палец к моим губам. - Молчать. Не тратить сила. Его голос снова был металлическим. «Маска,» - подумала я, и слабо улыбнулась инопланетянину. Боль в ноге немного стихла. Я заметила, что рана от ножа была зашита самым странным образом – вместо привычных нитей, края раны скрепляли металлические скобы. Рядом был едва заметный след от укола. - Приживется? – спросила я, пытаясь собрать мысли в кучу, что не очень получалось. - Да. Мы колоть сыворотка. Наш ген, - спокойно сказал охотник, поглаживая рану. От его прикосновений было немного больно, но терпимо. Унам-тер, сидевший рядом, недовольно зарычал. В воздухе чувствовалась непонятная тревога. Стало неприятно. - Что случилось? – я понимала, что происходит что-то странное, возможно – опасное. - Мы улетать, - сказал Корнат. – Мы сохранить тайна. Другие не знать о тебе. Мы оставить оружие, припасы. Ты должна скрыться. Спрятаться, когда придет следующий сезон. - О чем ты? – в голове все окончательно запуталось. Улететь? А что со мной? Как я выживу здесь? Придут другие? В новый сезон? Где гарантия, что они не убьют меня? - Ты быть эта планета, - продолжал охотник. - Нет, - прошептала я, заплакав. – Мо! Второй хищник рыкнул. - Ты прятаться эта планета, - настойчиво сказал Корнат. - Заберите меня, - попросила я, хватая его за руку. – Отвезите на мою планету. Я не скажу. Слышишь? Я никому не скажу! Скажу, что ничего не помню! Прошу, увезите меня. Я не выживу! - Мо, - прошептал охотник. – Тебя заметить на корабль. Убить тебя, убить нас. - Мо, - я наклонилась, и прижалась к нему. Я плакала. Просто, плакала. Я не хотела оставаться здесь. Мне было страшно, что никого не останется рядом. - Мы вернуться через сезон, - сказал Корнат, поглаживая меня по голове. – Ты должна выжить один сезон. Потом мы вернуться. - А если меня убьют? Охотник наклонил голову. Казалось, что его голову терзают какие-то мысли. - Прятаться. Не высовываться. Охота кончаться – ты выходить. - А если тебя убьют? Наступила тишина. Даже, Унам-тер, наклонив голову, наблюдал за нами, слушая и переводя каждое слово. - Ты выживать без нас, - сказал охотник и встал. - Если вы уйдете, я не смогу вылечиться, - я с трудом поднялась, взяв его за руку. - Мы вылечить тебя сейчас. Научить тебя. Потом улететь. - Мо, - я прижалась к его горячему телу, не желая отпускать. Корнат заурчал, обняв меня и осторожно прижав к себе. Оказавшись в его объятьях, я почувствовала себя слабой и беззащитной. Я понимала, что он намного сильнее, быстрее. Он охотник. Я и остальные люди – дичь. Так, почему же, он не убил меня до сих пор? Почему говорит прятаться? Почему помогает? Охотник наклонил голову и жадно втянул воздух. Приятно заурчав, он отстранился от меня и отошел. Я чувствовала, что слабость перестает меня одолевать. Я увереннее стояла на ногах и ощущала себя. Корнат вернулся. В его руке было что-то, напоминающее длинные кривые пальцы. Одной рукой он посадил меня обратно, перед горящим костром, и сам уселся рядом. - Быть мало больно, - сказал он, беря мою правую руку. – Не волноваться. Он взял один из пальцев, нажал на него – из него стало сочиться что-то зеленое. Охотник прислонил «палец» к плечу. Я почувствовала сильное жжение. Послышалось шипение. - Ау, - вырвалось у меня. - Терпеть, - спокойно сказал хищник, продолжая что-то выжигать на моей руке. Через несколько минут, он закончил. На моей руке, от плеча до запястья, были выжжены странные иероглифы. С другой стороны, там, где отмеряют пульс, был символ, напоминающий знак бесконечности. - Что значит? – спросила я у Корната. - Твое имя, - ответил он, вешая «пальцы» на пояс. – Чтобы ты не забыть, Гуан’Луэ-раш. * * * Прошло несколько дней. Этого хватило, чтобы научиться обороняться и прятаться. Корнат проводил, так называемые, испытания. Я пряталась – он искал. Если находил, я получала розгой по спине. Со временем, охотники стали немного теряться – я находила способы прятаться от их супер-зрения самыми разными способами. Хорошо помогала грязь. В смысле, обмазавшись грязью, я не попадала им на глаза. Они не видели меня, благодаря этому, я могла незаметно подкрасться к ним сзади. Время улетать. Корабль завел системы, земля завибрировала. Охотник, положив руку на мое разрисованное плечо, печально заурчал. - Я буду ждать, - произнесла я, отходя от охотника. Он заурчал, и пошел на корабль. Унам-тер уже ждал его. Дождавшись, когда корабль скроется, я ушла в лагерь. Забрала черепа – разведчицы и преступника, и пошла в сторону водопада. По дороге туда, я наткнулась на лагерь, образованный, когда-то самим русским преступником. Я решила переночевать там, предварительно, заперев саму себя в клетке. Чтобы дикие животные не смогли тронуть меня. С утра, когда я проснулась, я увидела в небе парашюты. Нужно было готовиться. Сезон охоты начался.