Reciprocity of feeling/Взаимность чувств

Утром Шехзаде Мустафа сидел в отведенных для него покоях. Шехзаде был зол на собственного друга, но одновременно не мог его наказать. Да, честь родной сестры, и тем более в мусульманской стране очень важна, но верный товарищ в борьбе за трон тоже значит не мало. Сомненья терзали голову Шехзаде, но он все же смог принять верное решение. Нет ничего лучшего, чем разговор. Ведь взмахнуть мечом не сложно, в разобраться во всем, другое дело. Мустафа роскошно сел на лоджию, Ташлыджалы вошел в покои и вежливо склонил голову. Настало молчанье, гробовая тишина, которая заставляла сердце стучать быстрее. Яхья набравшись смелости начал разговор. - Шехзаде, вы отдадите приказ о моей казни? – Яхья вопросительно взглянул на наследника. - Я хочу разобраться, отдать приказ не сложно, - Мустафа осуждающе замотал головой. - Позвольте начать свое повествование, - Шехзаде одобрил и подтверждающие кивнул. - Если тебе важна собственная жизнь, можешь говорить, - в глазах наследника были смешанные чувства. Осуждение, жаль, замешательство, надежда. - Еще тогда, когда Михримах Султан впервые прибыла в Манису я влюбился в нее. Дни и ночи я терзал себя, пока не узнал, что мои чувства взаимны. Султанша не раз признавалась мне в любви. Но потом повело холодом. Когда я знал, что Султанша выходит замуж за Рустема, я еще мог сдержать себя, но когда я узнал, что она отвечает ему взаимностью, я не выдержал, гнев овладел мною. А вчера, под действием алкоголя, - ему было трудно говорить. - Если ты так любил, или любишь, не знаю, как правильно сказать, то почему ты не обратился ко мне, или к Повелителю? Как известно, Повелитель всегда давал право выбора Михримах. - Я узнал о свадьбе уже тогда, когда начались подготовки, было слишком поздно, - оправдывался мужчина. - Я прощу тебя только в том случаи, если: ты больше никогда не приблизишься к моей сестре; моя сестра простит тебя; такое повторяется в последний раз, - Мустафа был разгневан. - Благодарю Вас, Шехзаде, - Ташлыджалы кинулся к ногам Мустафы и поцеловал его руку. - Сейчас придет Михримах, попросишь у нее прощения. Рустем Паша уже приказал приготовить коней, скоро отправимся в путь, - Мустафа встал и отвернулся спиной, Шехзаде устремил свой взгляд в окно, и наблюдал за Рустемом Пашой, который дает указания слугам. Михримах разбудили служанки, они сказали, что Шехзаде Мустафа желает ее видеть. Она догадывалась, что это связанно с ночным происшествием, но все же сомневалась. Впопыхах Султанша надела сиреневое платье. Оно было простым, но одновременно милым. Не надев украшения, девушка вышла из опочивальни и отправилась в покои брата. - Мустафа, - девушка поклонилась, не заметив сбоку стоящего Ташлыджалы. – Что-то случилось, ты так рано меня позвал? - Михримах улыбнулась. - Михримах, Яхья Ташлыджалы обязан перед тобой извиниться, за вчерашнее, - Мустафа жестом указал на стоящего друга. Михримах недовольно повернула голову и обвела бывшего возлюбленного недовольным взглядом. - Султанша, позвольте извиниться за содеянное, я очень сожалею об этом поступке, - Яхья виновато опустил голову. Временная слабость овладела Султаншей. - Так и быть, я прощаю тебя. Но больше я не желаю видеть тебя. Надеюсь это наша последняя встреча. Брат, с твоего позволения я отправлюсь к себе в покои, тем более тебе уже пора ехать, - Султанша обняла брата и с гордой походкой вышла з покоев. Шехзаде Мустафа, Рустем Паша и Яхья Ташлыджалы отправились в Топкапы. Михримах вновь осталась одна. Конечно же в окружении служанок, но с ними особо не о чем поговорить. Но иногда бывают исключения. Михримах позвала Гюрай Хатун в свои покои. - Султанша, вы чего-то желаете? – девушка поклонилась и улыбнулась. - Нет, мне уже все принесли, - Михримах указала на угощения. – Мне стало скучно захотелось с кем-то пообщаться, - Луноликая улыбнулась и похлопала рукой по месту возле себя, тем самым приглашая служанку сесть рядом с ней. - Султанша, не скучайте. Наверняка Рустем Паша скоро придет, или давайте я подготовлю карету, вы отправитесь в Топкапы, - предложила девушка. - Нет, нет, я не хочу в Топкапы. Расскажи мне что-то интересное, - попросила Михримах. – Угощайся, - девушка протянула лукум. - Благодарю, Султанша, - девушка взяла кусочек лукума. – Я расскажу Вам о своем детстве, если пожелаете, - Михримах одобрительно кивнула и девушка начала свой рассказ. Почти до самого вечера Михримах слушала истории Гюрай. Уставшая от разговоров Султанша отправила служанку подготовить хамам. В хамаме Султанша расслабилась. Служанки заботливо делали ей массаж, заботливые руки втирали ароматные масла в тело Луноликой. Запах виноградного и персикового ароматного масла раздался по всему хамаму. Служанки ополоснули волосы отваром трав. Девушка одела длинный халат и замотала голову полотенцем. Девушка вошла в покои и устало легла на кровать. Она даже не заметила мужа сидящего на тахте, мужчина с интересом наблюдал за ее действиями. Паша тихо подошел к кровати и обнял Михримах. Девушка вздрогнула, и испугано открыла глаза. - Не пугай меня так, - Михримах поцеловала Рустема. - Больше не буду, солнышко,- Паша ответил поцелуем, он снял мокрое полотенце с головы жены и повесил его на перила кровати. – Сейчас принесут ужин. - Я не буду ужинать, - Михримах вспомнила обидные слова тетушки. - Ты еще не забыла слова Шах Султан? – немного разгневано спросил Рустем. - Нет, вовсе нет. Я перекусила в хамаме, и уже не голодна, - соврала Султанша. - Допустим, что я поверил, - мужчина оставил пристальный взгляд на Михримах. Служанка вошла в покои и расставила еду. На подносах были: плов, перепелки, овощи, баранина, обилие сладостей, фруктов и ягодный щербет. Вслед за служанкой вошел Тургай Ага. Он принес письмо, от Повелителя. Михримах открыла свиток и быстро провела глазами по строчкам. Девушка улыбнулась и отложила письмо. - Что пишет Повелитель? – спросил Рустем, пережевав мясо. - Говорит, что в Османскую Империю приезжает сын испанского короля Карла V - Филипп ІІ. - Мне известно об этом. Неужели тебя это так обрадовало? – насторожено спросил Рустем. - Не только. Я с Филиппом знакома с детства, так что мне было бы интересно с ним пообщаться. И еще Повелитель сказал, что ему не место в дворце Топкапы, ведь Карл послал его не просто так, а для того, чтобы узнать государственную информацию, поэтому он будет жить в нашем дворце, а завтра в честь его приезда, вся семья соберется за ужином в нашем дворце. - И это тебя так обрадовало? – раздраженно спросил Рустем. - Конечно, вся семья будет, матушка, отец, братья, - Михримах улыбнулась не понимая к чему клонит ее муж. - Посмотрим, - настроение Паши пропало. - Эй, ты чего? – Михримах перебралась к мужу на колени и поцеловала его в густую щетину. Султанша понимала, что супруг ревнует, но не подала вида. – Я такая голодная, - Михримах схватила первое, что попало под руку. - А говорила, что не голодная, - рассмеялся Рустем. - Каждый может ошибаться, - комната залилась хохотом. – Пока все не съем, из-за стола не встану, - Михримах разглядывала сладости. Ближе к ночи супруги уснули в сладких объятьях друг друга. Утром Рустем Паша отправился встречать испанского принца, а Михримах Султан с помощью Хюррем Султан готовилась к вечеру. Девушка надела белоснежное платье, оно предавало ее свежести. В основном, девушки терялись надевая светлый наряд, но только не Михримах. Наряд был расшит золотистыми нитями и украшен драгоценными камнями, которые заботливо пришивали служанки и портнихи. Султанша отдала предпочтение жемчужным украшениям. Кольцо, брошь, серьги, колье, корона были сделаны из чистой платины и искусно украшены жемчугом. Волнистые волосы спадали по плечам и спине Михримах. Служанки нанесли на щеки девушки румяны и подвели и без того алые губки. Легкий аромат цветочных духов окутывал Луноликую. Султанша спустилась в нижнее покои, там ее ожидала уже Хюррем Султан и Шехзаде Джихангир. - Михримах, моя красавица. Это платье тебе очень идет, покрутись, - произнесла Хасеки и осмотрела дочь. – Очень красивое. - Спасибо, матушка. Оно и вправду прекрасное, очень нравиться, - Михримах улыбнулась. - Как твоя с Пашой жизнь? – спросила Хюррем и они присели на Диванчик. - Благодарю, матушка, что интересуетесь. Все хорошо. Брак с Синаном Агой был бы огромной ошибкой, хорошо, что я ее не допустила, - Михримах посмотрела на мать и расплылась в улыбке. - Хвала Аллаху, что не допустила. Я уже жду того дня, когда стану бабушкой, - Хюррем улыбнулась, но увидев смятение на лице дочери, задала вопрос. – Дочка, все хорошо? - Да, мамочка, все в порядке, - Михримах утвердительно улыбнулась. Настало молчание, каждая задумалась о своем. - Внимание! Султан Сулейман Хан Хазретлери! Достопочтенный принц королевства Испании – Филипп ІІ! Великий Визирь Рустем Паша Хазретлери! – голос стражника вырвал Султанш из раздумий. Госпожи выстроились в ряд вместе с Джихангиром. Троица склонилась в вежливом поклоне. В покои вошли мужчины. Султанши обратили внимание на принца. Высокий парень с широкой спиной, весьма привлекательный на лицо, я ярко выраженными зелеными глазами и черными как смола волосами. - Это моя жена – Хюррем Султан, - Повелитель представил супругу. - Приятно познакомиться, - на ломаном турецком произнес принц. - Это моя дочь – Михримах Султан. Султанша Османской Империи, - Михримах вежливо улыбнулась старому знакомому. - Признаюсь честно, не узнал, с последней нашей встречи прошло много времени, - принц поцеловал руку Султанши в знак приветствия. Рустем Паша закипал от гнева.