15 глава
9 июня 2014 г., 20:18
Беллатриса
Беллатриса не могла успокоиться, она ходила по своей палатке как загнанный зверь, желающий вырваться из клетки. Что это было? Зачем она так сделала? Столько «зачем» и «почему» вертелось в голове хранительницы северных земель, что голова шла кругом. И что мне теперь делать? Как вести себя рядом с ней? Беллатриса не всполошилась бы так, если бы не увидела боль и обиду в глазах Королевы, когда Беллатриса отказала ей. Это была не игра, это был не хитроумно придуманный план, чтобы избежать наказания. Это была правда. Этот поцелуй и желание, которое чувствовала Лестрейндж в Реджине это все правда. Возможно, поэтому Беллатриса и чувствовала страх Королевы. Она боялась не саму Беллатрису, а чувств, которые появлялись у Реджины, когда хранительница северных земель находилась рядом. Это стало понятным для волшебницы. Это объяснение она могла принять. Но что ей, черт возьми, делать!? Как быть? Беллатриса устало села на кровать и зарылась пальцами в волосы, стараясь хоть как-то собраться с мыслями. Она вздрогнула, когда плеча коснулись. Подняв взгляд, она увидела перед собой Мелису. Девушка была взволнованна состоянием своей хозяйки. Она еще ни разу не видела ее такой подавленной и словно растерянной. - Госпожа, что с вами? – девушка искренне переживала за свою хозяйку. А у Беллатрисы мелькнула безумная мысль. - Поцелуй меня, - голос тих, но тверд. Девушка удивленно распахнула глаза. - Госпожа? – было видно, что девушка растеряна и не понимает что происходит. - Поцелуй меня так, чтобы я поверила, что ты меня любишь, - Мелиса шумно сглотнула и нежно погладила по лицу свою хозяйку. Присев рядом с ней она смотрела ей в глаза и все так же нежно гладила лицо женщины, пока не пропали морщинки между бровей, и она не успокоилась. Девушка наклонилась ближе и на расстоянии вдоха тихо прошептала в губы своей госпожи: - Я вас люблю, Беллатриса, - в устах девушки имя Лестрейндж прозвучало как молитва, как самое прекрасное на свете имя, а потом она поцеловала ее. И Беллатриса чувствовала любовь девушки. Искреннюю любовь, не поддельную. Но внутри все оставалось спокойным и даже дыхание не сбилось. Не так как было с Реджиной. Совершенно не так. И как только в мыслях появилась Реджина, Беллатриса мягко отстранилась от девушки. - Прости Мелиса, прости меня. Я не должна была тебя заставлять, - Беллатриса покачала головой и, закрыв глаза, уткнулась в свои ладони. Спины коснулась нежная рука девушки. - Госпожа, не плачьте! Я сама этого хотела, - как и всегда Мелиса пыталась утешить свою хозяйку, но все ее слова еще сильней расстраивали женщину. В конце концов, Беллатриса расплакалась и, уткнувшись в грудь девушки, плакала, не понимая, почему она собственно плачет. Что такого произошло, что Беллатриса позволила себе так сильно расстроиться. Вконец уставшая и измученная слезами, она сама того не заметив заснула на руках у девушки, которая так и не уснула за всю ночь оберегая сон своей хозяйки, которую любила всей своей душой.***
Утро принесло облегчение обеим женщинам. Беллатриса встала и быстро собрала весь свой отряд, и уже через час после рассвета они снова двинулись в путь. Шли они пока что по северным землям, направляясь в сторону восточных земель, где хранительницей была Арминта, и цветом ее земель был желтый цвет. Через неделю они все же добрались до западных земель, где находился замок Малефисенты. До замка осталось полдня пути, когда Беллатриса приказала установить лагерь. За всю неделю она мало общались с Реджиной после той ночи. Иногда Беллатриса помогала Реджине справляться с трудностями забытыми, за время пребывания в мире Беллатрисы. Она исцеляла бедные ноги Королевы, которые постепенно привыкали и вспоминали, что такое длительная верховая езда. Каждый сеанс исцеления приносил обеим женщинам толику смущения, но не более того. Ни Беллатриса, ни Реджина не поднимали вопроса о том, что произошло тогда в палатке Реджины. Сейчас же пока разбивался лагерь, Беллатриса подошла к Реджине и предложила немного пройтись. Они шли, какое-то время, молча. - Большая часть отряда останется здесь. С тобой в замок поеду я, Мелиса, и пара воинов, - Беллатриса заговорила без предисловий. Реджина посмотрела на хранительницу северных земель. - Как скажешь, - Реджина пожала плечами. Ей было все равно, сколько народу пойдет за ней следом в замок ее бывшей подруги. Она знала, что после той ночи, когда отобрала у нее заклинание, Малефисента не желает ее видеть. Ведь она чуть не убила ее любимого единорожка. - И ты не будешь спорить, что должна пойти только ты, и тому подобное? – Беллатрису действительно раздражала эта тихая и спокойная Реджина, на все соглашающаяся. Интересно если попросить ее прыгнуть с утеса, она выполнит это? И вот то, чего так не хватало Беллатрисе, опасный огонек зажегся в глазах женщины, и она с ухмылкой смотрела на Беллатрису. - Так лучше? Такой ты хочешь меня видеть? Надменной стервой, идущей по головам? И берущая что хочет, не спрашивая разрешения? – Реджина с грацией кошки вплотную подошла к Беллатрисе и идеально наманекюренным ноготочком очертила овал лица женщины. - Ты этого от меня хочешь, Беллатриса? - Реджина буквально мурлыкала на ухо женщины ее имя, и невольная дрожь прошла по телу хранительницы северных земель. Это безумие. Это какое-то безумие! Я не должна трепетать перед такой Реджиной. Не должна ее хотеть. Но от себя не убежишь. От правды не скроешься. Ей нравилась именно такая Королева. Злая Королева. Не раздумывая, Беллатриса резко притянула к себе Реджину и впилась в ее губы страстным поцелуем. Они пожирали друг друга, и каждая старалась взять верх в этой странной борьбе. Наконец они отстранились друг от друга. Они обе тяжело дышали. В глазах Реджины появилась боль, смешанная с желанием. - Да, - это все что ответила Беллатриса, прежде чем, развернувшись уйти в лагерь. Она не заметила стоящую в тени деревьев Мелису, которая закусив губу, наблюдала за всем, что происходило между ее хозяйкой и Королевой. И доселе неизвестное ей чувство поселилось в груди девушки. Ей хотелось покалечить Реджину, хотелось стереть с ее губ ухмылку. Девушка не знала, что это чувство называлось ревностью. И что она не должна иметь подобных чувств. Но она имела, и они ее душили. Мелиса резко развернулась и ушла прочь, пока не натворила бед.
