I want to feel you

      Я хочу видеть тебя. Видеть каждый день, час, минуту, секунду. Ловить твои взгляды и эту ухмылку. А твой смех? Ты даже представить не можешь насколько он чистый и заразительный…       Снова перед твоим домом. Ты не увидишь меня и лишь лёгкий ветерок, посланный мной, намекнёт тебе на то, что ты не одна.       Шторы плотно задёрнуты и дверь закрыта на ключ. В комнате почти нет света и ты стоишь у зеркала.       Волосы развеваются из-за этого странного аппарата…фена? Что-то мурлычешь себе под нос и улыбаешься.       Я знаю, что на самом деле, в тебе нет и капли огня. Ты притворщица, актриса, и играешь в это прекрасно. Спокойная, милая, добрая девчонка с коробкой желаний под кроватью. Хотел бы и я там оказаться.       Сажусь на край твоей постели, чтобы получше тебя рассмотреть. В наших краях зима отступит нескоро, так что, у меня есть немного времени, чтобы вот так его с тобой проводить. Пусть даже инкогнито.       Ты – это олицетворение всех самый моих скромных желаний. И нашёл я тебя на своей Родине. Мне кажется, что это символично. Определённо не спроста.       Опираюсь посохом на стену и…о чёрт! Чёрт! Твои фигурки! Фотографии!       Я – это слон в посудной лавке!       Вздрагиваешь и оборачиваешься. Фарфоровые статуэтки принцесс из мультфильмов, которые ты так любишь, летят на пол и я успеваю кинуть подушку. Лишь бы обошлось!       Нет-нет-нет!       Одна всё-таки разбилась. Я болван.       Ты тяжело вздыхаешь и положив фен на столик подходишь к ней и садишься на колени. - Прости, прости меня. – Шепчу, садясь рядом. Не услышала. – Прости меня. - Что? – Пятишься в угол, быстро передвигая по паркету длинными ногами. – Кто здесь?       Я от шока теряю дар речи. Неужели ты сумела расслышать? О, Господи. Что я натворил!       Внезапно слышу этот лёгкий перезвон колокольчиков и понимаю, что помощь уже здесь. - Песочник! Приятель! Ты очень вовремя!       Он качает головой и сыплет на глаза этого испуганного ребёнка золотую пыль.       Ты ещё пытаешься поднимать веки, но всё бесполезно, и, вскоре, твоя голова опускается на плечо, а я спешу тебя подхватить. - Доброй ночи. – Укладываю твоё бесчувственное тело на кровать и накрываю пледом. Ты ведь можешь замёрзнуть, в отличие от меня.       …День, ещё день и ещё…Я не прихожу к тебе, но очень хочу. В мои мысли прокрались неприличные фантазии, от которых мои бледные белые щёки розовеют.       Что же ты делаешь со мной? Почему именно ты?       К чёрту! Мне катастрофически необходимо снова увидеть тебя!       Хотя, они запретили мне приближаться к твоему дому. Мне наплевать.       Солнце снова почти село за верхушки сосен, а это значит, что ты уже вернулась и ещё не спишь.       Сажусь на подоконник – ты приоткрыла окно. Это так предусмотрительно, даже, если ты не знаешь о том, что я часто сидел здесь последние несколько лет. - Привет. – Произношу я, когда дверь тихонько приоткрывается и ты входишь внутрь. Уставшая и лохматая. Так даже лучше.       Ты не услышишь моего голоса больше, я надеюсь.       Садишься рядом со мной и немного ёжишься от холода. Ты не знаешь обо мне, но я здесь, я рядом с тобой, глупая. Протяни руку и я накрою её своей ладонью.       Провожу пальцами по бархатной коже щеки, а ты замираешь, будто всё чувствуешь.       Другой рукой разрисовываю окно. Твоё большое окно. Там будет твой большой портрет. Я хорошенько постараюсь, чтобы тебе понравилось.       Твой рот открывается, а глаза становятся больше, когда ты видишь, как прорисовываются контуры на стекле.       Молчишь и наблюдаешь. А затем густо краснеешь. Я выбрал самый стоящий сюжет: ты рассматриваешь себя в зеркале, держа в руках одно из немногих платьев.       Затем, другой: ты сидишь на балконе и читаешь какой-то древний роман. - Это невероятно. – Произносишь одними губами и я больше не могу сдерживаться, впиваясь в них своими ледяными.       На минуту я забываю, что ты не видишь меня. А ты как-то странно поднимаешь руку и ладонью находишь мою щеку. Чувствуешь холод?       Я смотрю прямо в твои глаза и замираю, когда вижу, как в них просыпается какой-то…ужас? - Кто ты такой? – Смотришь на меня? Видишь меня? Это невозможно! ...Только, если ты веришь в меня? - Я, я, я… - Я растерялся, пытаясь ухватиться рукой хоть за что-нибудь.       Неожиданно для нас обоих, из книжного стеллажа выпадает большая синяя хранительница сказок и раскрывается точно посередине. - Этого не может быть…Джексон? Это ты? – Недоверчиво смотришь на меня, то на книгу.       …Промолчали около двух часов. А потом ты спросила, и ещё раз спросила, и ещё… И это было волшебно. Наши встречи стали частыми и жаркими. Я никогда не был так счастлив.       Мы были вместе не меньше ночи, а с наступлением рассвета мне приходилось уходить.       Не было так больно, как в эти минуты. Сегодня в свои права вступает Кестрель, а я буду вынужден покинуть наш с тобой город.       Держишь меня за руку и рассматриваешь, словно, новую игрушку. - Мне пора. – Произношу тихо, смотря в твои глаза. Почти не смущаюсь, будто знаю тебя с момента своего обращения.       Закусываешь губу, нервно теребя кончик блестящего локона своих волос. - Я читала о тебе в тот день, когда разбилась статуэтки Авроры. – Поначалу я не сразу понял о чём ты говоришь, но та наша «встреча» вернула мне память. – Думала, что это был сон, а потом оказалось, что нет. Мне кажется, что это немного странно. – Смотришь в окно, куда-то в лесную чащу, а затем поворачиваешься ко мне. – Влюбиться в героя детских историй. – Я вздрагиваю и чувствую, как кусочек люда в моей груди начинает биться и не знаю куда деть улыбку. – Ты ведь вернёшься? – По-детски наивно, смотришь в мои почти бесцветные глаза и ищешь ответ в них, а не в моих словах. - Непременно. Жди с первыми заморозками. А я постараюсь, чтобы они наступили как можно раньше. – Касаюсь губами твоей щеки, отчего та покрывается колючим узором и покидаю тебя.       Подвергнусь осуждению со стороны всех, кто меня окружает. Ну и пусть.       Я сделаю всё, чтобы нас вдвоём признали, а ты постарайся меня дождаться.