Неизвестное завтра

Это раннее утро понедельника было похожим на все другие дни недели, которыми пестрила жизнь семьи Савада. Тсуна проснулся из-за звонка будильника. Поправив коричневые взлохмаченные волосы, с которыми не мог справиться ни один гель для укладки — до того те были непослушными, он пошел будить своего брата, который был младше его самого на четыре года. Икиру, разбуженный Тсунаеши, нехотя поднялся с кровати. Шатен в это время уже успел умыться и спуститься на кухню. Вскоре подошел и младший Савада. Он еще не проснулся до конца: его черные волосы были взлохмачены так же, как и у родственника, а карие, как и у Тсуны, глаза были сонными. Старший по-быстрому приготовил завтрак. Постоянно печальную маму будить не хотелось, чтобы проделать такую нехитрую каждодневную операцию. Парень уже давно научился хорошо готовить, чтобы хоть как-то порадовать свою безутешную мать. Поев, братья покинули дом. Как обычно, они вместе шли в школу, по очереди спотыкались и поднимались и, наконец, увидели нужное им учреждение. До звонка было еще далеко, но грозный глава дисциплинарного комитета Намимори, который караулил у крыльца школы нарушителей правил, не забил братьев до смерти — не за что было. Брюнет так наказывал тех, кто не подчинялся уставу учебного заведения, хотя таких было мало: не каждый рискнул бы попасть под стальные тонфа известного всем своей жестокостью Хибари Кеи. Одни только холодные глаза цвета стали вызывали дрожь. Тсуна боялся его и еще ни разу не опоздал: шатен не хотел причинять страдания своей матери, которой и так тяжело воспитывать детей без отца, что давным-давно сбежал от семьи. Но учиться на «отлично», даже ради матери, парень все равно не мог. За него это делал младший брат, у которого почти все оценки были пятерками, исключая лишь некоторые предметы. Возле ворот братья встретили Ямамото Такеши, известного в их школе бейсболиста и друга Тсуны, который только пришел в учебное заведение и сразу направился на тренировку по своему любимому виду спорта. Обычно все было идеально, но только броски у кареглазого слишком сильные, и мяч часто вылетал за пределы поля. Брюнет учился в одном классе с шатеном. Даже непонятно, почему они стали общаться. Может быть, потому что старший Савада часто покупает продукты в суши-баре отца Ямамото. Да, именно продукты, а не готовую еду, но Тсуеши, отец Такеши, с радостью их продает, хоть никому более не разрешает. Находясь рядом с другом, Тсуна по какой-то причине чувствовал спокойствие. В школе парень ничего нового для себя не узнал, он совершенно не выспался, и поэтому учителей почти не слушал. Шатен бы даже не заметил, если бы его спросили. А преподаватели, на удивление, не обращали на это внимания. Дома Тсуне приходилось делать почти все домашние дела. Он не хотел перетруждать маму, которой без мужа приходилось очень тяжело. Нет, он не умер. Просто Емитсу почти не навещает свою семью. Уже пять лет прошло с его последнего приезда. Шатен считал раньше, точнее, прислушивался к чужому мнению детей в детском саду, что этот человек полюбил другую девушку. Но сейчас Савада думал иначе. Он не знал причину такого поведения отца, но это была однозначно не любовь к другой женщине, а что-то иное. Так, по крайней мере, говорила интуиция парня, не подводившая того ни разу. Шатен решил зайти в суши-бар Ямамото, чтобы купить немного рыбы и просто поболтать со своим другом. Икиру тоже дружил с Такеши, поэтому сидели они все вместе, втроем. Пробыв примерно до пяти часов, Тсуна отправился домой, ведь ему нужно было еще приготовить ужин и сделать домашнее задание. Парень предлагал Икиру остаться у Ямамото еще ненадолго, но тот решил помочь брату. Они оба хорошо готовили, поэтому Нана за плитой появлялась очень редко, только если ее сыновья задержались у друзей, а готовой еды дома не было. Эта добрая женщина тоже отлично приготовляла пищу, но она и так работала по дому по мере своих сил, например, стирала одежду. Тсуна был и это готов делать, но мать отмахивалась, говоря, что ей тоже нужно хоть что-нибудь делать. Шатен торопился домой. Он не оставил дома обед, и Нане пришлось готовить его самой, а если парень не придет, то она и ужин будет делать. Тсуна вернулся в половину шестого. Он положил рыбу, что купил в суши-баре Ямамото, в холодильник и достал продукты, необходимые для приготовления ужина. Быстро соорудив незамысловатый набор блюд, парень позвал свою семью за стол. Икиру все же помогал своему брату с готовкой, поэтому тот, получается, сказал это только для мамы. Когда шатен достал тарелки, Нана уже уселась за стол. Все уже собрались есть, как вдруг в дверь позвонили. Стрелки на часах показывали шесть часов вечера. Тихо и неторопливо подойдя к двери, Тсуна спросил: — Кто это? — его голос был немного встревоженным. — Это я, твой отец! Парень чуть не упал возле двери. Емитсу не появлялся дома пять лет, целых пять лет, а сейчас он вернулся, как ни в чем не бывало. Потому шатен ненавидел Саваду-старшего за то, что он бросил маму и семью, и никогда, ни за что не собирался прощать его за это. Но Тсуна все же открыл дверь. Неприлично не пропускать гостя, если тот посетил дом. Больше хозяина этого дома никак не назовешь, ведь настоящие обладатели не покидают свой дом на такой срок. Хоть мама и была доброй, но была обижена на мужа. Но лишь немного. Она спросила: — Почему ты так долго не появлялся дома? — Прости, работа была без отпуска, — слегка виновато и с улыбкой сказал тот, кого уже нельзя назвать отцом, но по документам таковым, к сожалению, является. — Ты надолго приехал? — вполне понятный вопрос. — Я завтра уже уезжаю, — спокойно ответил этот чужой всем человек, просто никто для семьи Савада. — Зачем же ты тогда приехал, скажи? — спросил Тсуна. Неприятные чувства бушевали в груди парня. Это была злость, раздражение, ненависть, обида и другие негативные эмоции. — Я же хотел вас увидеть! — удивился виновник этих чувств. — На один день мог бы и раньше приехать! — разъяренно воскликнул кареглазый. Это уже слишком — приехать, чтобы все вспомнили о том, как его ненавидят, и разозлить сына. Перед отцом он уже не смог скрывать этих чувств, но все же осилил бурю эмоций. — Ладно, я пойду в свою комнату, — шатен попытался успокоиться, но этого не вышло. — Тсуна-ни, ты даже не поужинал! — крикнул Икиру вслед уходящему брату. — Хорошо, я сначала поем, а потом пойду в свою комнату, — ответил парень, зло поглядывая на «отца». Ужин проходил, на удивление, тихо. Отец не рассказывал своих историй о шахтах, где тот работает, а мать молча смотрела на мужа, который непонятно зачем приехал. В комнате чувствовалось напряжение. К счастью, трапеза быстро закончилась, и Нана ушла выделять комнату для Емитсу. Тсуна пошел мыть посуду, а Икиру последовал за старшим, чтобы помочь ему. Савада быстро помыл грязную посуду и расставил все на места. Братья разошлись по своим комнатам. Закрыв дверь в свою обитель, шатен стал думать, что ему сделать. Через несколько минут раздумий, парень решил, что стоит осторожно залезть в вещи отца и узнать, что тот скрывает. Может быть, это поважнее того, что Емитсу мог влюбиться в другую женщину. Эта мысль появилась неожиданно и не хотела вылетать из головы: интуиция говорила, что нужно так сделать. Дождавшись, пока все заснут, Тсуна аккуратно, без лишнего шума, вышел из своей комнаты и направился в комнату гостя. Мама поселила его отдельно от себя, что сыграло на руку Саваде. Войдя в комнату отца, подросток огляделся и почти сразу нашел сумку с вещами. Он рылся там очень долго: сначала ему попадалась повседневная одежда, потом выудил на свет пару деловых костюмов. На дне сумки, до которого шатен докопался далеко не сразу, лежали пистолеты и наборы патронов, что уже навело на странные мысли. А вот под ними лежала ничем не приметная толстая папка. Интуиция подсказывала, что там что-то важное. Парень вышел в коридор и осторожно посветил фонариком на вынесенный из комнаты предмет. Он открыл обложку, и первый увиденный им документ гласил: «Отчет № 2354 от 27.04.ХХ на имя Дона Тимотео и Дона Савады об устранении семьи Гамбино в количестве 56 человек». Тсуна так удивился, что смог промолвить шепотом только: «Что это значит?..»