Порода древних.

Алан только подъехал к своей лечебнице. Мужчина вылез из машины, захлопнув дверь, убрал ключи в карман. Интересно, Стаилз уже дошел? Друид улыбнулся уголками губ, понимая, что мальчик теперь точно в безопасности. Древний к нему никого не подпустит, насколько не был силен «враг». Паренька начнут искать, скорее всего, завтра или послезавтра, на что рассчитывал ветеринар, открывая дверь лечебницы и сталкиваясь с рубиновыми глазами Дерека. - Где он?! – Дерек выглядел обозленным в конец, будто кто-то его вывел из себя, но на самом деле его выводил внутренний волк, который почему-то настолько спокойно себя вел, что бесил своего хозяина покруче, чем разжигание маслом огня. Дитон стоял как вкопанный, понимая, что все складывается отнюдь не в его сторону. - Э… - Мужчина перевел взгляд с оборотня на рябиновую дверцу, которая была открыта. Дерек выломал заднюю дверь лечебницы в его поисках. – Кто? – Он пытался сделать голос более удивленным, но видимо на Хейла это не действовало и тот схватил друида за ворот рубашки, вжимая того в стену. - Где. Стаилз. – Оборотень прожигал глазами мужчину, пока тот не вздохнул, будто сдаваясь. Алан знал, бесполезно врать оборотню, особенно, который разозлен и который ищет свою пару. Так что, если друид не ответит, его порвут на части и не задумаются. Дитон поднял руки вверх в знак побежденного, но его так и не отпустили. - Скажем так… Я знаю, куда делся Стаилз, но я не знаю где он именно сейчас. С минуту ничего не происходило, пока руки не отпустили ветеринара и тот чуть не упал. Благо Хейл держал его не за шею, иначе бы тот уже давно задохнулся. Когти на руках Дерека не исчезали, а будто становились длиннее и острее, казалось что вот-вот с них начнет капать яд. - Поздно, Дерек. – Алан вздохнул, готовясь к удару, которого так и не последовало. Оторвав глаза от пола, он никого не увидел. Хейл ушел. Но тот еще вернется, мужчина был уверен в этом как никогда в своей жизни. Если Стаилз уже дошел, то он должен был наткнуться на дом. Территория Древнего маленькая. Всего километр в диаметре, но на таком небольшом участке земли поместилось очень большое количество ядовитых для оборотней растений. Сам Дитон не раз и не два приходил туда за травами, но перед началом сбора просил разрешения у хозяина земли. Он всегда получал согласие и всегда уносил с собой почти десять килограмм разнообразных цветов, которые, в последствии, высушивались и раскладывались по небольшим баночкам в кабинете лечебницы. Если Стаилз прошел свой путь, то он начнет новую жизнь, в которой он перестанет быть обычным подростом, что лезет в разнообразные проблемы, при этом вылезая живым из смертельных передряг. Стаилз вернется уже другим. Он вернется друидом, обученным молодым человеком с ребенком, который не будет лезть на рожон, если того не потребует ситуация. Он будет мудрее, будет знать тонкости жизни. Будет не хватать «того» Стаилза… *** Дерек вновь бежал. И вновь он достигает крыльцо своего сгоревшего дома. Ему до чертиков надоело бегать за сегодняшний день. На кой он так долго думал? На что ему был дан мозг? Он мог бы давно узнать, кто его пара и сейчас бы он был рядом с этим неугомонным мальчишкой и всячески привязывал бы того к себе, чтобы тот не сбежал. Но нет. Разум будто отказывался работать эти чертовы пять дней, оставляя Хейлу только депрессивное настроение и клочки воспоминаний, которые, кстати, очень сильно резали душу. Он слишком жестко поступил. Он не смог себя удержать. Волк внутри него не просто животное, а эгоистичное существо, желающее только того, чего желает его извращенный разум. Ноги не хотели идти дальше, но тело понесло обратно вглубь леса. Мысли хотели наконец синхронизироваться и разложиться по полкам разума, пытаясь тем временем не свести с ума своего хозяина. Воздух, стоящий в лесу совсем отличался от городского, он был свеж и одновременно затхл, будто ветра вовсе не существовало в этом замкнутом мире. Нос вел куда-то далеко, следуя за непонятным, и Дерек ему подчинился. Мужчина уже почти смирился с мыслью, что он не успел. Что он потерял. С одной стороны Хейл злился на то, что оказался слишком глуп в такой ситуации и не просчитал последствия, что могла повлечь за собой луна. Ему следовало сильнее держать зверя под уздой и в таком случае, он бы пробудился после соития с парой. С другой стороны бесил тот факт, что Стилински не повел себя, как должен был. А должен был тот заявиться сразу после ночи и навесить люлей Дереку за произошедшее, ведь в тот момент память еще не восстановилась, и оборотень был бы в большом удивлении. Но все случилось по-другому, сосем по-другому… Что вообще происходило в жизни Хейла эти последние два года? Что так его изменило? Всего два года обычной, или не совсем обычной, жизни в месте, где он появился на свет. Молодая стая, собранная из подростков, которые не видели жизни как таковой. Постоянные ссоры и драки, плюс проблемы и беды новопришедших. Но что-то определенно было странное в этом отрывке жизни. Он приехал, чтобы отомстить за смерть своей сестры, а в итоге нашел родственника, что стал одной из крепких опор в его стае. Всю жизнь он старался не заводить никаких связей, а сейчас в его окружении множество людей, которые готовы (не всегда, конечно) помочь в трудной ситуации. Раньше он никогда не терял контроля, если дело касалось инстинктов, теперь же тело дребещало в возбуждении, каждый раз, когда до ушей достигал голос этого недоразумения… Стаилз. Нет, он был определенно интересен не только волку, но и человеку. Дерек с самого начала приметил что-то особенное в этом ребенке. Тот его не боялся, хотя его коленки дрожали каждый раз, видя разозленного оборотня. Стилински умел отлично играть, и играл он на нервах альфы постоянно, сам того не замечая, дергая за нитки самообладания. Когда в мальчишке поселился Ногицуне, то Хейл боялся потерять эту частицу, видя покрасневшие от усталости глаза, наполненные безысходностью. Возможно, именно в тот момент с лисом, Дерек не хотел быть тем, кто последний увидит горящую душу Стаилза. Он не хотел быть тем, кто будет свидетелем полной «поломки» личности. Он не хотел. Где-то вдалеке послышался хруст и Дерек очнулся от раздумий, резко останавливаясь. Прошло, наверное, минут пять от силы, пока ступни чувствовали ход организма, двигаясь вперед, но вот голова как-то не просчитала расстояние, от этого альфа не знал, сколько он шел по времени и насколько далеко ушел. Но хруст повторился, а за ним последовал вздох и тихий знакомый голос: - Девять тысяч девятьсот девяносто… восемь…