Порода древних.

Стаилз повис над распечатками листов, в коих стертым карандашом делал пометки. Дельта мило предложил свои услуги, сгоняв в город и сделав не цифровой формат книг. Листы юноша раскладывал не только по нумерации страниц, но так же странно их путал в своем каком-то ритме, понятном только юному друиду. Белая бумага с черным набором букв постепенно окрашивалась в серый, приобретая скрытый смысл. Стилински пытался собрать всю информацию в одно место, поэтому создал новый документ на рабочем столе своего ноутбука, и начал заново переписывать данные, вставляя новые факты. Так же под вечер перед Древним появлялся лист или парочка листов, на которых были расписаны вопросы, а так же они были конкретизированы по пунктам. Впоследствии время тянулось под мирное постукивание по клавиатуре и тихую лекцию Дельты. Стаилз все записывал. - Стаилз… Он пинается… Смысл слов дошел до ушей друида с опозданием. Лишь после минуты молчания, юноша обратил внимание на девушку, что сидела меж разведенных коленей, положив голову на выпуклый живот. - Да. Я заметил. – Стилински сосредоточенно вглядывался в яркий экран. Эрика пришла неделю назад. Древний никак на это не отреагировал, однако дал девушке и крышу и еду, оставляя ее на попечение беременного паренька, которому общение было так же необходимым. Стаилз уже успел проесть плешь Делу по этому поводу. Когда же прошел день, затем два. Древний заметил перемены в поведении ученика. Тот стал тише и ему хватало тактильных ощущений от девушки, что сама их давала в нужных количествах. Рейс могла часами сидеть подле юноши вслушиваясь в быстрое биение маленького сердечка. Спустя неделю, блондинка начала считать. Считать количество пинков по своему уху, потому что маленький потомок Дерека Хейла был наделен таким же скверным характером. - Пойдешь на озеро? – Эрика подняла свои яркие темные глаза, удовлетворенно смотря на друида. - Сколько времени? – Стилински не отрывался от ноутбука, изредка что-то поправляя в своих записях. Карандаш уже стерся, а подняться с насиженного места, где он успел принять удобную позу так, чтобы пятая точка не становилась деревянной, не хотелось. - Семь вечера. После озера ужин. - Да… - Юноша сохранил запись. – Осталось две недели. – Ладонь коснулась верха живота, слегка нажимая подушечками пальцев. - Он быстро растет. – Блондинка улыбнулась. Она выпустила парня из своих объятий, позволяя тому встать. Затем поднялась и сама. Когда Эрика ушла из дома стаи, в коем пробыла уже более года, то она не знала, что ей делать. Ее внутренний сожитель бился о стенки грудной клетки, выл и раздирал глотку непонятными звуками. Блондинка все чаще и чаще садилась на землю, не понимая, что от нее хочет волчица. Спустя почти сутки, Рейс наведалась к Дитону – едиственному человеку, кто мог объяснить ей ее состояние, и тот обьяснил. В тот же вечер волчица пробралась на территорию Древнего, сразу же натыкаясь на небольшое мелкое озеро, глубиной всего полтора метра. В середине водной глади, без единого шелоха на подводном булыжнике сидел Стаилз. Юноша закрыв глаза, тянул свой нос к нему изредка сглатывая. В таком положении выпирающий кадык, казалось мог прорвать кожу шеи. Эрика залюбовалась этой картиной, не заметив, что на другом берегу, прямо за спиной к Стилински, стоял тот самый Древний и ждал окончания медитации. Так прошел час и следующий. Тишина стояла над озером, будто вакуум. Когда юноша начал опадать назад, погружаясь полностью в воду, а затем не вынырнул, Рейс подорвалась его вытащить, но тут же была придавлена широкой белой лапой к земле. Зверь не позволил девушке мешать. - Вода одна из сильнейших стихий, коей присуще спокойствие. Окунаясь в нее и отдавая ей свое тело, вода способна наполнить душу энергией. Ты ее боишься. – Лапа исчезла со спины, позволяя Эрике приподняться, опираясь на ладони. – Боишься, что она заполнит твои легкие и тело станет камнем. Если ты испытываешь страх к ней, то она тебя убьет. Если нет, то она будет помогать. Серебристый волк сел подле Рейс. В таком положении, Древний был выше гостьи более чем на полтора метра. Оборотень мог легко накрыть девушку своим телом, и той не было бы видно вовсе. - Если долго находиться в воде, то кожа начинает отслаиваться. Недели хватает, чтобы человек превратился в кости. Вода его пожрет, как дань стихии. Если ты веришь воде, то она тебя защитит от своего голода. Поэтому у русалок кожа покрыта прозрачной жидкостью. Она не дает воде растворять. - Разве русалки не сказка? Блондинка внимательно следила за гладью, она не хотела пропустить момент, когда юноша вынернет. - Что-то вымысел, что-то нет. Люди всегда придумывали разных существ, веря в них. А как известно – мысли материальны. Если долго во что-то верить, то это родиться. Вы верите в бога, читая библию, но ранее люди не верили ни во что, кроме своих сил. Лишь как только в них появился разум, их фантазия начала окрашивать неизвестность в свои цвета, давая свои имена. Ведь было бы скучно жить, будь на земле лишь люди и животные. - А ангелы есть? - Есть. Но я их никогда не встречал. Но знаю одну интересную историю. - Расскажете мне? Пожалуйста. - Я старше тебя всего на три тысячелетия. Я еще не настолько старый, что бы ты обращалась ко мне уважительно. – Древний фыркнул, поднимаясь и уходя от озера. Эрика улыбнулась, принимая странную шутку, она решила не мешать Стаилзу и пошла следом за оборотнем. Девушка не успела поймать момент, когда Древний обратился в человека, приглашающего гостью к столу. Эрика молча села на крайний стул, наблюдая, как мужчина, что-то готовит. - А вы.. ты…Знаешь много историй? Раз так долго живешь. - Да… - Седовласый вздохнул, он не привык с кем-то общаться на равных, однако посчитал, что это будет на пользу и ему и юному друиду, который вскоре постигнет то, что ему не понравиться… - Я могу тебе поведать многое, думаю, тебе это понравиться. - Тогда расскажите мне о вас. О Древних. - Это долгая история. Правда. Она может занять месяцы, даже годы. - Питер… - Девушка замялась. – Это дядя нашего альфы… - Я знаю. Я знаю все о вашей стаи. - Питер, в общем, он рассказывал нам о…вас… Но я думаю, он многого не знает. И раз уж мне дался такой шанс с тобой поговорить, то я хотела бы знать о вас. Ведь вы останетесь рядом со Стаилзом, так ведь? - Нет. – Оборотень улыбнулся уголками губ. - Я умру. - Что? Почему? Вы же бессмертны. - Когда ты переживаешь свой первый век, то понимаешь, что твое тело не стареет, твоя память берет свое, храня любое воспоминание. Когда проходит второй и третий век. То ты замечаешь, что уже попробовал в своей жизни все, что хотел. Едой тебя не удивишь, не удивишь ни запахом новых цветом ни их цветом, потому что ты видел все. Когда проходит десять веков или одно тысячилетие, ты вспоминаешь эпохи в которых ты жил и понимаешь, что те люди с которыми ты общался на протяжении пятидесяти лет или больше уже мертвы, их тела давно разложились в земле и они больше не вернуться к тебе и не переродятся. Тогда мне наскучило жить. Обычные наши правила нас не ограничивали ни в чем, но из-за этого мы и познали все что могли и более познавать не хотели. Тогда я начал ставить себе цели, чтоб хоть как-то дать смысл своему существованию. Когда он примет нас как свою семью, я покину мир живых, оставив ему свою силу. - Он? Стаилз? Примет вас? Стойте! Это же… Нет не может быть. – Девушка разинула рот, смотря как Древний ухмыляется. – Почему вы не сказали сразу? Почему мы этого не заметили? - Мы умеем прятаться. Он сам еще не знает. - Вы сказали, что вам три тысячи лет, но семья Стилински не такая уж и старая, как те же Хейлы, например. В ней всего три поколения. Я знаю, что у Стаилза был только дедушка, про его супругу ничего не известно. - Я не хотел, что моя пара светилась на фамильном древе. «Но она отлично засветилась на древе Хейлов.»