Магия без разбору

      Наследник рода Ля'Росса по крови и магии, Дантеллион никогда не забывал своего прошлого в лице Гарри Поттера и где-то в глубине души знал, что оно еще настигнет его: когда-нибудь ему придется встретиться с бывшими родителями и братом. Одно время мальчик даже просыпался от ночных кошмаров, где его забирают из дома, а отца и сестренку отправляют в Нурменгард*, самую страшную тюрьму в Европе. Конечно, умом ребенок понимал, что этого не произойдет, но сердце его каждый раз билось быстрее при виде стражей порядка. - Прошлое нужно отпустить. - Мэрион опустила руку на подрагивающее плечо Данте. - Братик, не переживай ты так! Нервные клетки не восстанавливаются. Это всего лишь на год. Я буду рядом и навешаю на тебя кучу артефактов.       Парень с разными глазами рассмеялся, обняв самое близкое на свете существо. Что бы он делал без своей сестренки? - Мэри, спасибо. Нет, правда, спасибо, не отмахивайся! - проведя рукой по отливающим алым волосам, Ля'Росса встретился с такими пронзительными глазами, что гиппогрифы порой отводили взгляд. - Думаю, нужно обсудить с отцом наше поведение. Чего от нас будут ожидать в Хогвартсе?.. - Милые и безобидные детишки, едва знакомые друг с другом, но очень упрямые - вот те, кого ожидают увидеть Дамблдор и Поттеры на месте жившего в глубинке Гарри и девчонки из Японской школы. Эти детишки до поры до времени не лезут во все дырки и притворяются обычными мирными подростками, - с нажимом заметил Бальтазар, без стука входя в комнату сына. - Как скажешь, отец...       Данте не знал, что уже через несколько часов ему будет далеко не до соблюдения конспирации по отношению к Дамблдору. Какие политические игры, когда дело идет о Паре?..       Драко неслышно выругался, когда дверь купе, в котором он, признаться, прятался, открылась. Друзья блондина, Теодор и Блейз, были вынуждены отойти: в обязанности Тео как старосты входило патрулировать коридоры Хогвартс-Экспресса и разнимать драчунов, Блейз же вызвался ему помочь вместо оставшейся дома по болезни старосты девочек, Дафны. Юный Малфой надеялся, что если он запрется в купе, то сможет избежать встречи с давним "другом", но - увы. - А вот и мой мальчик! Рад встрече, Дракуся? - Джексон Поттер мерзко ухмыльнулся, плюхаясь на сиденье рядом с Драко. Последний поморщился, пытаясь выбраться из плена загорелых рук гриффиндорского ловца. - Неужели сложно отвалить, Поттер? - почти жалобно спросил он.       Рон Уизли, взглянув на дерганья тупого слизеринца, не осознающего своего счастья: сам Джексон Поттер покусился на его тощую бледную задницу! - заржал: - Малфой, ты как девственница перед брачной ночью! Че ты за представление тут разыгрываешь? - Все верно, милый, оставь этот фарс. - протянул Золотой Мальчик Гриффиндора. - Не выйдет набить себе цену, пойми это, моя маленькая шлюшка... Пойми и прими: ты принадлежишь мне.       На глазах Драко появились слезы: его отец сейчас не на лучшем счету у Темного Лорда, получается, защитить его семью некому. Неужели и правда придется?.. - Нет, никогда! - с этими словами наследник рода Малфоев выхватил палочку. "Алохомора!" двери и "Остолбеней!" ненавистному Поттеру - и вот уже юноша бежит по вагонам поезда под разъяренные крики преследователей.       Слизеринец дураком отнюдь не был, потому, стоило ему только скрыться из виду, забежал в первое же купе. Делая резкие, судорожные вдохи, он пытался отдышаться, когда встретился с самыми необыкновенными на свете глазами...       "Сапфир и изумруд" - такова была первая ассоциация наследника древнейшего и благороднейшего рода Блэк и не менее родовитого и богатого рода Малфой. Однако приглядевшись, аристократ понял свою ошибку: разве могут такие прекрасные глаза, полные жизни, быть похожими на прекрасные, но такие холодные и бездушные камни? "Нет," - решил для себя юноша, - "Эти глаза - одновременно и бескрайнее ночное небо, полное тайн и загадок-звезд, и сочная зелень травы на лужайке, залитой лучами теплого солнышка - спутника поздней весны. Теплого, как его улыбка".       В этот момент для Драко не существовало таких мелочей, как собственные растрёпанные волосы и синяки на изящных запястьях, как удивленный взгляд прекрасного незнакомца - это все ничто по сравнению с ликующим пением вейлы внутри. "Пара!" - нежно шептало что-то внутри, подталкивая к решительным действиям: "Быстрее, пока не забрали!..".       Не успев до конца осознать, что же он делает и почему, блондин стремительно шагнул к сиденью, которое удостоил чести быть своей опорой самый восхитительный человек на Земле, и поцеловал темноволосого парня с разными глазами.