Восемь путешественников в Капитолии.

Повстанцы продвигались к центру Капитолия медленно, но верно. Жители столицы, привыкшие к беззаботной и богатой жизни были изрядно напуганы, поэтому при приближении восставших, обитатели богатых особняков спешили покинуть свои дома, напяливая на себя кучу одежды и дорогих украшений. Беглецы спешно продвигались ко дворцу Кориолана Сноу, справедливо полагая, что все оставшиеся миротворцы расположатся именно здесь. Но с каждым часом, этих "защитников" оставалось все меньше и меньше. Сталкиваясь с восставшими, миротворцы довольно быстро уясняли, что главной целью воинских частей из тринадцатого дистрикта является окончательное прекращение Голодных Игр, а вовсе не месть или мародерство. Поэтому, многие военные переходили на сторону восставших, или просто складывали оружие и ретировались с поля боя. Настроение Китнисс заметно улучшилось, несмотря на многочисленные ловушки на улицах. Цель была так близка, исполнение заветного желания все приближалось! Сойка-Пересмешница буквально грезила наяву. О том, как пускает стрелу прямо в грудь Сноу. Возможно, это неуемное желание Китнисс, привело к тому, что подразделение изрядно опередило остальных повстанцев. Наконец, после ожесточенных боев, настало временное ночное затишье, которым повстанцы и капитолийцы воспользовались, чтобы перегруппироваться. Тор, Наташа, и Тони Старк решили на время отделиться от Сойки-Пересмешницы, и пойти ко дворцу окружными кварталами, "вскрывая" по пути коварные "капсулы-ловушки". Под влиянием неведомых механизмов, прямо посреди улиц рушились дома, и земля уходила из-под ног, образуя глубокие овраги, ведущие вниз на десятки метров. Пару раз, Тони выдергивал Наташу из под снопа стальных стрел и смертоносных лучей, плавящих все живое и неживое вокруг. Зато, после "прохода" Мстителей, воинские части из тринадцатого дистрикта могли двигаться почти беспрепятственно. Подразделению же, в котором состояла Китнисс, просто необходимо было где-то укрыться - они прошли слишком далеко вперед, и оказались в тылу противника, в нескольких кварталах от дворца Сноу. Сойка-Пересмешница не без оснований полагала, что ее могут узнать на улице - любой из самых обычных прохожих. К счастью, девушке и ее соратникам удалось пристроится на ночлег - в подвале дома бывшей победительницы Голодных Игр, по имени Тигрис. Со времени той победы миновало очень много лет, и женщина давно жила в Капитолии, торгуя поношенной и карнавальной одеждой. Тигрис не была профи - а значит, никаких симпатий к капитолийцам не испытывала, хоть и жила в столице. Увидев Китнисс в темном переулке, бывшая трибутка безмолвным жестом просто пригласила повстанцев к себе. К этому времени, в подразделении осталось только около десяти человек, так что места хватило всем. Благополучно переночевав и немного перекусив, Китнисс и ее соратники решили "замаскироваться". Этому помогли длинные капитолийские наряды и необычные головные уборы, которыми снабдила гостей Тигрис. Теперь, члены воинского подразделения не торопясь продвигались в общем потоке капитолийцев прямо ко дворцу Сноу. Еще немного - и показались ступени, ведущие к величественному зданию. На подходах ко дворцу виднелись баррикады из досок и мешков с песком, за которыми скрывались вооруженные миротворцы. Простых капитолийцев ко дворцу не пропускали, поэтому растеряные люди кутались в наряды, и жались на ступеньках. - Вот, подонок! - только и смогла пробормотать Китнисс, увидев эту картину, - Решил спрятаться за спинами мирных людей! За теми, кто даже не знает, как оружие в руках держать надо! И действительно - здесь были люди самых различных возрастов. Старики, взрослые, школьники, тинейджеры. Все - измученые страхом войны, и голодные. Китнисс, закутанная в цветастый плащ с глубоким капюшоном, пару раз увидела в толпе знакомые лица - это были солдаты из других подразделений, замаскированные точно также, как и сама Сойка-Пересмешница. Все ждали, пока основные воинские части приблизятся ко дворцу, чтобы можно было начать общий штурм. Откуда на ступенях неподалеку взялась Прим - этого Китнисс не смогла понять. Но, каким-то внутренним чутьем, девушка узнала младшую сестру. Светлую косичку, полу длинного платья, выглядывающую из-под плаща подобно утиному хвостику. - Прим! Утенок, как же ты сюда попала?! - только и смогла прошептать Китнисс. Хотя ответ на этот вопрос не так уж и трудно было найти. Прим либо сбежала на фронт самовольно, либо упросила-таки кого-то из военных, зачислить себя в подразделение. Сестра Китнисс уже давно работала в госпитале, перевязывая раненых. У Прим был в этом явный талант. И милосердие, проявляющееся порой с избытком. Откуда взялся планолет, сбрасывавший сверху парашютики с небольшими свертками, Китнисс тоже так и не поняла. Ведь все капитолийские летательные аппараты были блокированы в "Орешке". Люди, толпившиеся на ступеньках дворца, решили что в пакетах еда, и тинейджеры принялись ловить свертки. Сестра Китнисс тоже ухватила один из пакетов. Но никакой пищи там не оказалось. Взрывчатка, срабатывающая при первом же прикосновении - Китнисс поняла это, когда взрыв произошел рядом с Прим. Спустя секунду, у Китнисс уже не было сестры. Только лужа крови, и почерневшее, разорваное в клочья тело. Из горла девушки вырвался душераздирающий вопль, а земля вдруг закачалась, и стала уходить из под ног. Когда Сойка-Пересмешница очнулась, все было уже кончено - дворец успешно был взят, Сноу арестован. Но Китнисс не чувствовала ни малейшего облегчения - слишком велика была боль от потери. Приходя в себя, девушка каждый раз рыдала навзрыд, и только очередная порция лекарств помогала впасть в блаженное небытие. Альма навестила Китнисс, спустя пару недель. Рассматривая измученную, и полувменяемую девушку, Койн совершенно не испытывала сострадания. Сойка-Пересмешница теперь только мешала Альме - она почти "отыграла" свою роль. - Сноу арестован, и ждет приговора. Сейчас идет суд, думаю он закончится как раз к тому времени, когда ты поправишься, солдат Эвердин. Разумеется, никто не удивится, когда объявят смертный приговор - ведь погибло много тинейджеров. После всей этой истории со взрывчаткой и твоей сестрой, именно ты должна осуществить казнь. Это не подлежит сомнению! - госпожа Койн внимательно смотрела на Китнисс, как будто пытаясь проникнуть в мысли девушки, - Ты сможешь лично засадить в господина Сноу стрелу. Прямо на площади. Ты ведь не промахнешься по такой близкой цели? Ты довольна? - Я хочу увидеть Сноу до казни, хотя бы раз. Посмотреть на него. Сказать, все что посчитаю нужным. Плюнуть в его поганую морду! - произнесла Китнисс, с трудом приподнимаясь на постели. - Я устрою тебе это свидание, поскольку это совсем несложно. Сноу здесь, во дворце - я не стала отправлять его в тюрьму. Здесь намного надежнее, поскольку ему некуда бежать. А сейчас - я вынуждена возвратиться к делам! - кивнула Альма. Дел у госпожи Койн действительно прибавилось, поскольку буквально около часа назад, во дворце появился новый гость из прошлого. Кардинал Ришелье. Естественно, это было дело рук Тони Старка, почему-то решившего, что герцогу Бэкингему и его давнему противнику необходимо окончательно объясниться. Когда Альма выходила из помещения, разговор между Ришелье и Джорджем Вильерсом шел на повышенных тонах. Возможно, истинной причиной этого, был внешний вид англичанина. Бэкингем явно похорошел, и военная форма только украшала его. Стройный, сильный, и гибкий, Джордж Вильерс стоял рядом с кардиналом, полный уверенности в собственных силах, независимый и гордый. И Ришелье осознавал, что если англичанин сейчас вдруг надумает вернуться в прошлое, то Анна Австрийская ни за что не устоит. А еще, кардинал отлично понимал, что у Джорджа Вильерса теперь хватило бы знаний, чтобы без труда взять Ла-Рошель, и одержать победу над войсками французского королевства. Разница между нынешним Бэкингемом, и Бэкингемом из прошлого, была такой же, как разница между тигром и ручным домашним животным. Матерый хищник - это подходило к англичанину больше всего. Кардиналу Ришелье больше всего хотелось убедиться, что Джордж Вильерс не намерен больше возвращаться в 17 век. Госпоже Койн, без сомнения, хотелось того же. Особенно теперь, когда руководство Панемом было не за горами. Вожделенная цель была почти достигнута. И мужчина, которого Альма так жаждала, был совсем рядом. Только Ришелье и Тони Старк могли помешать получить желаемое. Из-за визита кардинала, Бэкингем мог вспомнить об Анне Австрийской. Тони же - мешал одним только фактом своего существования. - Два поганца! Я не дам им отобрать у меня то, чего я хочу! - сквозь зубы цедила Альма, направляясь в апартаменты, где находился Бэкингем, - Если будет нужно, то я пойду на все, чтобы убрать этих двоих со своего пути. Хитрость, ложь, дипломатию, убийство - все что угодно! Но своей цели, я все же достигну!