В двух шагах от рая...

Швейцария, г. Цюрих       Доктор проводил Мариссу до реанимации. - Я выторговал для вас пятнадцать минут, - сказал он. - Спасибо вам, доктор. - Я вас оставлю. Если что-то насторожит вас, зовите… - Да, конечно, - кивнула Марисса.       Она подошла к больничной койке. Пабло лежал, обмотанный всевозможными трубочками. Тихо пикал аппарат, считающий сердечный ритм. Ангельское лицо сплошь перечеркнуто бесконечными царапинами. Видно, что на мягкие ткани черепа накладывали швы. «Когда ты очнешься, милый, тебя ждет адская боль, - с горечью подумала Марисса». - Привет, - тихо сказала она, - ну и болван же ты… Я знаю, что ты пытался спасти Мию, и ненавижу себя за то, что хотела бы, чтобы тебя не было здесь… Но я не могу предпочесть смерть моего племянника… Пабло, я горжусь тобой и одновременно заявляю, ты идиот! «Темнота… Одна сплошная непонятная темнота… Где я, черт возьми? Ни черта не помню… Что случилось? Чей это голос? Это же Марисса… Моя Марисса… Почему ее голос срывается, как будто она плачет…» - Не вздумай умирать! – твердо потребовала Марисса. – Ты меня слышишь? Борись! Не смей меня бросать! «Бросить тебя? Умирать? Конечно же, нет! Почему ты меня об этом просишь? Разве я собрался умирать? Где ты? Почему я тебя не вижу?» - Ты обещал! Ты поклялся, быть со мной до конца! Обещал, что не бросишь одну! Ты помнишь это, Пабло? «Конечно, помню… Почему ты спрашиваешь меня об этом? Я же не умираю… Я не собираюсь тебя бросать! Разве ты не слышишь, Марисса?» - Ты должен бороться! Борись, Пабло! Ради меня, если ты любишь меня, карабкайся! «С кем бороться? Куда я должен карабкаться? Разве я умираю? Где я, скажи мне, Марисса? Авария… Вспомнил…Я вспомнил… Как хочется спать… Я хочу спать…» - Не бросай меня… - тихо попросила Марисса и слезинки скатились, намочив его простыни. «Не плачь… Я постараюсь… Марисса, ты же знаешь, как я тебя люблю… А сейчас, иди… Я хочу спать… Я устал…»       Марисса смотрела на него и вдруг ей показалось, что его лицо разгладилось и на нем отразился покой… Она посмотрела на аппарат, пульс стал немного спокойнее. Она взяла его руку в свою и молилась все оставшееся время. Молилась горячо и отчаянно.       Когда зашел Ривас, она не хотела уходить, не хотела оставлять его с чужими людьми. Но доктор был неумолим. Она вышла в коридор и уткнувшись в грудь Франко, тихо заплакала. - Тише, все будет хорошо, вот увидишь… главное верить… - Спасибо, - тихо выдохнула она. - Мы позвонили Море и Мартину, они уже мчаться сюда, - неуверенно сказал Ману. - Спасибо, я о них даже не подумала. Папа так его любит, а не сообщить матери, настоящее свинство с моей стороны… - Ничего, милая… У тебя просто шок… - прошептала Соня, перехватив ее из объятий отчима. - Что мне делать, мама? Я умру без него… - Он справится! Не сомневайся! - Его вытащат, я сделаю все возможное, - пообещал Хавьер. - Спасибо, Хави… Но Ривас верно говорит, ты не бог и мы все не боги… Мы мало на что способны… Я бы все на свете отдала, чтобы он не лежал там… И если он не сможет… если он… - она нервно сглотнула, - тогда я найду этого ублюдка и отправлю его на тот свет, собственными руками… - Расскажи мне о подробностях аварии, - попросил Хавьер, - может я смогу найти его и мы накажем виновного? - Я расскажу, - вызвалась Мия, - я помню мало, грузовик был зеленый, фары не горели, поэтому номер мы не знаем, но у него на капоте какой-то рисунок, животное с рогами… Скорее всего он что-то перевозит… И он был пьян… - Где произошла авария? - На двенадцатом шоссе, на повороте, - вмешался Франко. - А ваша машина где? - Все еще у обочины, всмятку… - Мне надо позвонить, - сказал Хавьер и отошел.       Марисса села в приемной и уронила голову на руки. Сидеть вот так, двое суток, не имея возможности прикоснутся к нему, кроме этих коротких пятнадцати минут, это невыносимо… Как это можно вынести? Боль топила, изматывала ей душу, перемешиваясь с океаном страха и лужицей робкой надежды. «Нельзя расклеиваться, - приказала она сама себе, - слезами ему явно не поможешь. Надо как-то заставить его бороться… Но как? Этот тупой Ривас с его глупыми больничными правилами…» - Может ты что-нибудь съешь, дочка? – спросил Франко. - Не хочу… - Милая, тебе надо, ты еще не до конца оправилась… - Нет, я не могу, правда.       Марисса уставилась на часы. Стрелки застыли вне времени… Пока он лежит там, время умирает… Ведь его нет рядом… А он там один… И воспоминания набегают, как волны на берег… И хочется просто держать его за руку, чтобы он знал, что он не один. Что она рядом с ним. Всегда…

***

      Мора прилетела утром. Вбежав в приемную, она наткнулась на Мариссу. Ее глаза были пусты и она была парализована страхом. На щеках застыли дорожки от бесконечных слез. Она ничего не могла с собой поделать и ей не удавалось взять себя в руки. Время все же тикало, а у Пабло никаких изменений. Мора обняла ее и слезы хлынули на ее рыженькую макушку. - Прости меня, Мора… - глухо прошептала Марисса. - За что, милая? - Я не знаю… что мне делать… не знаю, как… его вытащить… помоги мне… - Что говорят? Как он? - Плохо… он должен очнутся… или… - Марисса пошатнулась от приступа боли. - Где он? Я хочу его увидеть! - К нему не пускают… - На каком основании?! - Больничные правила… здесь в Швейцарии… нельзя… - А мне плевать! Где у них главный?! - Не знаю… - Я сейчас, не бойся… Мы вытащим его… Верь мне… Мы скоро будем рядом с ним… Присядь, милая. Не изводись.       Мора посадила ее на стул и пошла на пост, чтобы узнать, где можно найти глав. врача. Девушка за стойкой перебирала истории болезни. - Где я могу найти главного в этом сарае?! – рявкнула Мора. - Что случилось? – испуганно промямлила девушка. - Меня не пускают к моему сыну! Я хочу узнать на каком основании? - Где лежит ваш сын? В реанимации? - Да. - Это прописано в уставе. Родственников не пускают в помещение реанимации. - Куда мне идти, чтобы услышать заведующего? - Я провожу, но это мало, что изменит…       Девушка вздохнула и вышла из-за стойки, чтобы показать Море дорогу…