Глава 1
9 июня 2014 г., 22:07
Что мы знаем о стриптиз клубах? То, что девушки оголяют свои тела ради денег? Мужчины, залюбовавшись телами длинноногих красоток, забывают о жёнах, которые целыми днями сидят с детьми. От чего девушкам приходится так опускаться на дно, чтобы танцевать в таких заведениях? Явно не от хорошей жизни. Этот рассказ будет о девушке с нелёгкой судьбой. Она была вынуждена танцевать для мужчин, пускающих слюни от одного её выхода, чтобы прокормить свою семью: мать, отца и двух сестёр. Нет, конечно, её родители работали, но денег для пятерых человек было довольно-таки мало.
Отец — Гарольд — был разнорабочим. Он делал всю грязную работу в производстве, которую ему поручали. Платили мало, но уж лучше так, чем совсем голодать.
Мать — Элеонор — шила одежду, продавая её на рынке. Выручка была так же мала.
Сестра девушки — Серена — целыми днями читала журналы, совершенно не заботясь о семье, хотя и была всего лишь на полтора года младше главной героини. Единственная радость, которую она приносила в дом, была её лучезарная улыбка. Ей стоило только улыбнуться и сказать что-нибудь нелепое, чтобы усталым родителям, вернувшимся с работы, стало немного легче.
Джорджина была старшей сестрой. Она помогала семье так же, пытаясь хоть что-то делать. Она работала, кажется, уже везде, но душа не лежала ни к одному месте, поэтому, проработав месяц, максимум два, она увольнялась и устраивалась на новую работу.
Наша главная героиня — Блэр Уолдорф — не рассказывала ни одному из членов семьи, чем она на самом деле зарабатывала на жизнь. Родители не очень-то и интересовались, а от сестёр она всячески отмахивалась, говоря, что это не важно. Блэр с самого детства была замкнутым ребёнком. Она не говорила больше, чем от неё требовалось, мало что рассказывала о себе чужим людям, у неё не было подруг, кроме, пожалуй, Джорджины.
А что Серена, спросите вы. Блондинка была слишком легкомысленна для Блэр, она не понимала, как Эс может совершенно не беспокоиться о своей семье, своём будущем. Её оценки в школе были далеко не идеальны, так что на бюджетную основу в колледже она могла и не рассчитывать. Блэр же успевала днём хорошо учиться, а ночью зарабатывать. В клубе не мало платили, так что она могла кормить вместе с Джи семью, и откладывать на всякий случай деньги на колледж.
Би надеялась, что сможет поступить на бюджет, чтобы не напрягать ни себя, ни родителей. Если ей эти деньги не понадобятся — она отдаст их Серене, не раздумывая. Как-то же надо будет Серену выучить. Каждый день в восемь вечера Блэр отправлялась в клуб «Hot Lap Dance», находящийся в центре Манхеттена. За полчаса в метро она от корки до корки обдумывала свою жизнь.
Может, она смогла бы работать в другом месте? Не тереться о колени стариков и мажоров, а работать в приличных заведениях? Хотя, кому нужна девчонка, ещё не закончившая школу? Верно — никому.
Вот и снова наступил тот момент, когда она стояла в той душной комнате, натягивая платье, которое в реальной жизни не могла себе позволить. Последние мазки косметики, обувь на высоких каблуках и, ох, ей уже пора на сцену. Люди в этом месте знали её, ожидая выхода. Но ей наплевать. Она танцевала не для них — для себя.
Она плавно выгнулась, покрутившись вокруг шеста. Скинув с себя платье, мешающее двигаться, подошла к краю сцены, опускаясь на колени, предоставляя мужчинам более обширный вид на её красивые формы. Не прошло и мгновения — как в её трусиках оказалось около сотни долларов. Она продолжила танцевать, виляя бёдрам, потому что, чёрт возьми, от этого зависела вся её жизнь!
Выход закончился. Она собрала деньги у мужчин, которые готовы за пятьсот долларов хотя бы прикоснуться к ней — жалкие, — и упорхнула со сцены.
— Блэр, ты была бесподобна, — мистер Крейфорд, администратор заведения, ободряюще улыбнулся, помогая ей спуститься по лестнице.
— Спасибо, — устало улыбнулась Блэр, кладя деньги на тумбочку.
— Заказали один приватный танец с тобой. Восьмая комната через пять минут.
— М-м-м, восьмая. Кто-то богатый, — протянула Би.
— Так и есть. Вот, одевайся, — он отдал ей вешалку, на которой висело чёрное кружевное бельё. — Я ухожу.
«Это того стоит, Блэр, — успокаивала себя девушка, глядя в зеркало. — Тебе заплатят много денег лишь за танец. Соберись.»
Переодевшись, Би вышла из гримёрки. Дойдя до нужной двери, она вздохнула, моля в мыслях, чтобы там не оказался старый толстяк, жаждущий молоденькую девочку.
С опаской открыв дверь, она зашла в комнату, замечая привлекательный интерьер. Впрочем, это не играло большой роли, ведь она знала это комнату от и до, лишь бы вернуться поскорее домой и на секунду забыть, что она находилась тут.
Блэр с облегчением вздохнула, заметив молодого парня на диване. Он был хорош собой: каштановые волосы, ярко выделяющиеся скулы, светло-карие глаза и довольная ухмылка. Дорогой деловой костюм, сшитый как с иголочки, добавлял серьезности, опасности и… страха. Блэр медленно приблизилась к нему и присела на колени, начиная извиваться на нём так, что буквально через полминуты почувствовала, что парню уже очень нравится.
— Сколько стоит ночь с тобой? — возбуждённо спросил незнакомец, опаляя горячим дыханием ей ключицы.
— Я не продаюсь. Лишь танец. Большего я не даю, — спокойно ответила Блэр, говоря эту фразу на автомате, продолжив плавные возбуждающие движения.
— Я заплачу сколько угодно, — процедил он, оглаживая её бока.
— Нет, только приватный танец. Наймите себе проститутку, если Вам угодно. Я такие услуги не предоставляю, — голос дрожал.
— А если я скажу директору заведения? Он мой друг. — Пытался надавить мужчина.
— Вы меня пугаете? Он в курсе того, что я предоставляю максимум приватные танцы.
— Неужели тебе самой не хочется, — пытаясь поцеловать Би, спросил парень. Девушка не ответила на поцелуй, отстраняясь от него.
— Нет, не хочется, — серьёзно ответила Уолдорф. — Или я продолжаю танец, или ухожу. Поцелуи в танец не входят! Выбирайте.
— Можно на «ты», дорогая. А если доплачу сверху только тебе, а не заведению, можно будет целовать? — с ухмылкой спросил парень.
— Хм… Смотря сколько, — у Блэр округлись глаза, но подумав несколько секунд, она нашла идеальный вариант, для нее точно. Поиграть с такими «кошельками» огромная редкость.
— Сколько ты пожелаешь.
— Тысяча долларов сверху.
— А ты не дешёвая, — ухмыльнулся парень.
— Так да или нет?
— Я согласен.
Блэр снова села на колени к парню. Он расстегнул её лифчик, оголяя прекрасную грудь девушки. Блэр толкнула его на кровать, чтобы тот лёг, и начала отрабатывать свою тысячу долларов, покрывая шею парня поцелуями и оставляя красные отпечатки, которые завтра станут синими. Она никогда не целовала клиентов, потому никто и не предлагал. Она почувствовала приятную тяжесть, завязывающуюся внизу животу, но тут же отогнала плохие мысли прочь.
Прильнув к губам парня, нежно огладила его губы языком, затем переходя к более страстному поцелую. Когда Блэр закусывала губу парня, оба возбуждались так сильно, что еле сдерживались. Незнакомец, чтобы не сорваться, сминал груди девушки, переходя к ягодицам, но Би каждый раз перемещала его руки с заветных мест, ведь это всего лишь игра.
— Пожалуйста, один раз, — прошептал он в губы Би.
— Я же сказала, нет, — шёпотом ответила Блэр, углубляя поцелуй.
— Почему? Почему ты не хочешь? Я доплачу ещё, пожалуйста. — Казалось бы, клиент стал более настойчив, но Уолдерф его прервала.
— Это не стоит никаких денег, извини, — Блэр остановилась, вставая с парня.
— Ты куда? — приподнявшись на локтях с голым торсом спросил мужчина.
— Твой оплаченный час закончился, мне пора уходить.
— Как тебя зовут?
— Рейчел.
— А по-настоящему? — прищурился парень, чувствуя подвох.
— Для тебя это по-настоящему, — надевая лифчик, улыбнулась Блэр. — Давай деньги.
— Меня зовут Чак. Чак Басс. Держи чек.
— Это неважно, Чак, мы больше никогда не встретимся, — ухмыльнулась девушка, как делал до этого Басс, закрывая за собой дверь.
— Встретимся, — услышала она вслед.
Дойдя до гримёрки, Блэр присела в кресло. Ещё никому не удавалось так возбудить её. Ещё немного, и она сама бы сдалась. Хорошо, что она во время прервала этот контакт. Чак Басс. Его имя было ей знакомо, но она не знала, почему. Наверное, когда-то в телевизоре говорили о нём.
Би натянула джинсы, лёгкую блузку и балетки. В повседневной жизни она не любила каблуки — на работе ей было достаточно хождения на них.
Приехав домой в час ночи, девушка заметила, что все уже спали. На носочках она дошла до своей комнаты, где посапывали сёстры, сняла с себя одежду, надела пижаму и легла в кровать. Чак Басс — последнее, о чем она подумала, перед тем как уснуть.
