Безжизненный

Несколько дней для капрала пролетели совсем незаметно, сливаясь в одну, бесконечную вереницу посетителей, спешащих узнать о самочувствии сильнейшего бойца человечества. Для самого же капрала это было настолько неважно, что сейчас он даже не смог бы сказать, прошли ли три дня, или же неделя, или же больше. Вот и сегодня, он сидел возле стены, слушая их бесполезную болтовню, громкие ахи и вздохи и пустые пожелания, и смотрел, как очередные посетители сменяют друг друга. Когда в палату вошла Петра, он встрепенулся - девчонка додумалась притащить еще один веник растений, именуемый как "букет цветов" и поставить на тумбочку у изголовья кровати, прямо под самый нос реального тела капрала. Ривай недовольно поморщился - ну, в самом деле, он же не сопливая девчонка, чтобы цветы ему таскать. Передвигать предметы больше не выходило, как бы он не старался, и мерзкие веники продолжали стоять у изголовья. Впрочем, Петре хватило ума поменять цветы, когда лепестки предыдущего начали опадать. Девушка краснела, бледнела и постоянно что-то лепетала себе под нос. Кажется, просила прощения за то, что не успела на помощь. Мужчина закатил глаза – как будто эта дуреха смогла бы что-то сделать. Но если ей так нравится себя накручивать, пусть продолжает. А ещё мальчишка. Воспользовавшись разрешением Ханджи, он просто целыми днями торчал в палате, как будто больше заняться ему было нечем. Эрен болтал, рассказывал нелепые случаи из своего детства, читал вслух книги, помогал медсестричкам, в общем, занимался ерундой. Если бы в данный момент Ривай мог покраснеть и побиться головой об стену, он бы непременно так и сделал, ибо Йегер уже как заправская сиделка менял повязки, кормил и мыл капрала. Все же, физиологические потребности ещё никто не отменял. - Недоносок, у тебя других дел нету что ли? – грубо спросил у него Ривай, понимая, что тот его не слышит. Он опять сидел на стуле у кровати, и читал книгу сказок, принесенную нервничавшей Ханджи. - Когда очнусь, я вас обоих прибью, - Риваю очень хотелось отвесить подзатыльник Эрену и дать хорошего пинка Ханджи, но оставалось только подпирать плечом стену и злиться. В том числе и от невозможности сделать хоть что-то. Помнится, Эрен тоже был удивлен выбором литературы для капрала, но прохиндейка Ханджи ловко задурила парню голову слезной историей о бедном сиротинушке, выросшем в трущобах и мечтавшем о нормальной жизни, но у которого не было даже игрушек, не говоря о книжках, и не было родителей, кто бы рассказывал сказки на ночь. И как следствие, тайной страсти капрала к сказкам и прочим детским увлечениям. Риваю показалось, что у его тела зашевелились и встали дыбом волосы, но пацан принял эту ахинею за чистую монету и теперь с энтузиазмом исполнял "тайную страсть капрала к сказкам". Ривай прислушался к бормотанию мальчишки: - Рапунцель, Рапунцель, проснись, спусти свои косоньки вниз. Мужчина фыркнул. - Ну, если я ещё тут немного проваляюсь, то не удивлюсь, если вырастут такие же. Краем глаза уловив движение, мужчина развернулся и теперь с интересом смотрел на Эрена. Мальчишка снял с себя куртку и одним небрежным движением закинул ее на спинку стула, закатал рукава рубашки, и теперь обмахивался раскрытой книгой. По виску медленно стекала капелька пота – было видно, что ему действительно жарко. Негромко хлопнула дверь, и они синхронно повернулись к очередному посетителю. Вошедшая медсестра катила маленький столик, накрытый белой пеленкой. Девушка нахмурилась: - Как тут жарко. - Ага, - отозвался Йегер. - Я даже окно открыл, но все равно не помогает, как будто что-то мешает свежему воздуху сюда проникать. Может дверь ещё открыть? - А вот этого делать не стоит – сквозняк во время перевязки тут не нужен, потом откроете, - вошедший следом врач протянул Эрену папку. - А пока иди к командору, и передай ему эти документы. Тут отчет о состоянии капрала. - Командор вернулся? - Эрен нахмурился и снял куртку со спинки стула. Он ответа не ждал, впрочем, врач и без этого понял, что вопрос скорее риторический, поэтому молча склонился над своим пациентом. Уже в дверях Эрен обернулся и похолодел, увидев инструменты на столике, с которого медсестра сняла пеленку. - Что происходит? Доктор обернулся, чтобы отчитать рядового, лезущего не в свои дела, но вспомнил об особом отношении майора Ханджи к юноше и соизволил объяснить: - Рана на бедре нагноилась, будем вскрывать, чистить и зашивать по новой. А теперь иди отсюда и не мешай, и чтобы до вечера тебя тут не было. Эрен вылетел в коридор, аккуратно прикрыв за собой дверь и глубоко вздохнул. Он надеялся, что с капралом все будет в порядке, а сейчас следовало отнести отчет. - Командор будет в ярости, - Прошептал он себе под нос. - Да, я тоже так думаю, - Ривай уже привык говорить с мальчишкой, даже зная, что тот его не слышит. - Пройдусь с тобой – нет желания видеть, как кромсают мое тело. Ривай с интересом смотрел на парня, который, по мере приближения к кабинету командора, все больше бледнел, и шел все медленнее. - Тряпка, где вся твоя решительность? Эрен робко постучал в дверь и дождался короткого "Войдите", прежде чем проскользнуть внутрь. Тишина кабинета угнетала. Командор сидел за столом и уже читал какой-то документ. Майор Майк Закариас со скучающим видом стоял у окна, а вот майор Ханджи Зоэ нервно переминалась с ноги на ногу, близ двери. Эрен протянул папку с отчетом командиру и тихо спросил: - Я могу идти? - Нет, пока останься, - Эрвин снова углубился в изучение бумаг. Йегер встал рядом с Ханджи и, дождавшись, когда женщина повернется к нему, одними губами прошептал, незаметно кивая на командора: - Что там? - Отчет о вылазке, - так же тихо прошептала женщина. Резкий хлопок заставил обоих вздрогнуть – Эрвин закончил изучение отчета, и с силой захлопнул папку, которую протянул Майку, и взялся за изучение документа, только что принесенного Эреном. Даже Риваю стало не по себе от вида командира. С каждой прочтенной строчкой Смит мрачнел все больше. Вторую папку он закрыл уже аккуратнее, положил ее на край стола и откинулся на спинку кресла. Повернувшись к Майку, он дождался, пока тот дочитает, и коротко побарабанил пальцами по столу. - Скажите мне майор Зоэ, за каким таким хером вы полезли за стену? – его голос звучал очень спокойно и сухо. Ривай нахмурился – он не помнил, чтобы командор прежде матерился. Конечно, все можно было списать на дурное шестилетнее влияние самого капрала, который в выражениях обычно не стеснялся… Но командор всегда держал себя в руках. Это была его отличительная черта. - В отчете все написано, сэр, - Ханджи попыталась ускользнуть и от ответа, и из кабинета. Но тяжелый взгляд голубых глаз буквально пригвоздил её к месту, и она сдалась. - Эрвин, послушай, мы просто хотели поймать титана, вместо уничтоженных Сони и Бина. И заодно проверить способности Эрена в бою. Мы ведь даже лошадей не брали, снаряжение для поимки ещё ночью на приводах перекинули. А караульным просто ящик пива поставили, чтобы прикрыли. По ходу её тирады командор мрачнел все больше, и, заметив это, женщина говорила все тише. - Черт, очкастая, когда же ты научишься держать язык за зубами, - теперь уже начинал злиться Ривай, хотя сначала и чувствовал вину за произошедшее. - То есть, это ты была автором сомнительной авантюры по выходу за ворота. Бога ради, Ханджи, ты чем думала? - Эрвин перевел взгляд на замершего от страха Эрена. - Теперь на счет тебя - пока капрал не поправится, будешь под опекой майора Закариаса. Докладывать ему обо всем, никаких экспериментов без его одобрения и присутствия. Ханджи, тебя это тоже касается, без одобрения Майка даже не вздумай ничего делать. - Так точно, сэр. Я могу идти? - Эрен вытянулся в струнку, отдавая честь. Эрвин кивнул, и перевел взгляд на женщину, уже готовую разразиться гневной тирадой, что и произошло, стоило молодому солдату покинуть кабинет. - Но Эрвин, мои эксперименты очень важны! Хотя мы и не поймали титана, зато Эрен окончательно понял механизм запускающий трансформацию! Командор устало откинулся на спинку кресла и произнес: - И какую цену вы заплатили за это знание? - Но ведь никто не погиб! Эрвин вскочил и с силой хлопнул ладонью по столу: - А ты не подумала, что теперь наша вылазка за стену под угрозой срыва? Из-за того, что в лазарете при смерти лежит мой... - Эрвин, заткнись! - забыв о том, что его сейчас никто не может слышать, капрал взорвался. Подскочив к столу, он со всей силы ударил кулаком по столешнице. Стол жалобно скрипнул, покачнулся и… развалился ровно посередине. Ривай ошарашенно смотрел на стол. У него снова получилось соприкоснуться с материальным миром. Правда, на этот раз более разрушительно – если в прошлый раз медсестры списали все на сквозняк, то тут уже гораздо сложнее. Разбитый стол на сквозняк не спишешь, да и надо ли? Возможно, у него будет шанс достучаться до них. Капрал смотрел, как Майк с Ханджи помогают Эрвину собирать разлетевшиеся документы. Сейчас каждый из них пытался для себя найти объяснение произошедшему. Ведь это очень странно - крепкий дубовый стол просто взял и раскололся пополам без видимой причины. Хотя Эрвин был весьма благодарен неожиданной помехе. Он успел удержать язык за зубами, так что теперь мог собраться с мыслями и не проболтаться о своей тайне в порыве нахлынувших эмоций. Забрав у Ханджи очередную стопку бумаг и положив их на подоконник, Эрвин все-таки закончил: - Послушай, сейчас там умирает мой лучший боец, - он прикрыл глаза и вздохнул. - У меня были на него большие планы во время вылазки. Так что, я отправляюсь в столицу, просить перенести наш выход на неопределенный срок. Ты подставила всех - и Эрена, которому дали всего месяц, и разведку. А теперь уходи и будь умницей, никаких рискованных экспериментов в мое отсутствие. Майк остается за старшего. Свободна. Ханджи обиженно надулась, но удержала свое мнение при себе, кивнула и молча вышла из кабинета. - Знаешь, - Майк задумчиво осмотрел беспорядок в кабинете. - Все это очень странно. А за секунду до того, как раскололся стол, я почувствовал запах капрала. Так сильно, как будто он был здесь.