Давай поспорим?!

- Нет. - Ну Скалли… - Нет. - Подумай, это же отличный шанс. - НЕТ. - Это твое окончательное решение? - Нет. То есть, Да! – Скалли чертыхнулась про себя, досадуя, что ему в очередной раз удалось подловить её, - ДА, Малдер, это мое окончательное решение. И убери эту самодовольную улыбку с лица. В такой критический момент она смотрится как нечто нездоровое. - Критический? Скалли, о чем ты говоришь? По сути, не происходит ничего такого, с чем мы не сталкивались раньше. - Я согласна с этим, Малдер, но мы по-прежнему не продвинулись ни на шаг к твоей версии, – она раздраженно продолжала в тысячный раз перелистывать материалы дела, - к тому же количество пропавших детей увеличивалось с завидным постоянством, пока мы не арестовали директора. Что мы скажем начальству? А родственникам? Что, Малдер? Чего ты так улыбаешься? Тебя это забавляет, не так ли? - Вовсе нет. То есть да, но не по тому поводу, о котором ты думаешь. - Малдер, если бы ты радовался по тому поводу, о котором я думаю, я бы с тобой уже не работала. - Нелестное замечание, - грустным голосом проговорил он. - Тебя бы упекли в психбольницу, - закончила Скалли и, тяжело вздохнув, опустилась на стул. - И на том спасибо. Так ты думаешь, что я чокнутый? - Пока не думаю, но если… - Я докажу тебе, Скалли, - резко произнес он, - нас обвели вокруг пальца. Директор не похищал и, уж тем более, не убивал этих детей. Однако, он хотел, чтобы мы так думали. - Хочешь сказать, что мы что-то упустили? – она недоверчиво приподняла бровь. - Нас снова пытались надуть, Скалли. Все, чему мы с тобой стали свидетелями – хорошо спланированный спектакль. Эти люди хотели, чтобы мы увидели это… и мы увидели. Заставили думать нас в том направлении, в котором им было нужно. В остальном, наши дальнейшие действия их вполне устраивали. - Какие действия? - Ну, как какие? Шумиха, всеобщее волнение и окрашенное в официальные тона заключение экспертов. Я уже молчу о том, какими заголовками будут пестрить завтрашние газеты. - Прекрасно, Малдер… поздравляю, у тебя паранойя, - она утвердительно кивнула, одобряя собственные слова. - Но почему ты так уверена в том, что мы все поняли так, как есть на самом деле, а не так, как нам это показали? – он обезоруживающе улыбался. - Очень просто – даже у спектакля должен быть мотив. Как, по-твоему, в чём он тут? Зачем этим людям это нужно? Похищать самих себя и вводить следствие в заблуждение. Подставлять директора. Зачем ему самому подставляться и брать на себя такие тяжкие преступления. По-твоему в этом есть хоть толика здравого смысла? - Скалли, если причина нам неизвестна, это не значит, что ее вообще нет. Очень жаль тебя разочаровывать, но я видел глаза нашего единственного свидетеля в момент допроса. Я тебе точно говорю – он лгал. - Я это тоже видела, однако он может просто бояться за свою жизнь и за жизнь своих родных. Ты, конечно, отмёл эту версию. Да и вообще - почему ты не потрудился сказать об этом пока мы были там? – Скалли уже начала волноваться, а не придется ли снова тащиться в эту глушь. - Это разные вещи. Лгать ради кого-то или ради чего-то. Глаза, Скалли, …они по-другому светятся. Вот ты, например, прости, что перехожу на личности, но все-таки – когда ты выгораживаешь перед начальством меня у тебя глаза горят, а голос, словно жидкий лед – холодный и гладкий, и не-возможно понять твое настроение, если не смотреть в глаза. То ли дело наш просроченный отчет или километровые счета за бензин и номера в отелях – да, хоть ты и будешь доказывать: «Сэр, это правда, корова…. сэр, влетела в номер через крышу… да, нам пришлось заплатить за ремонт… нет, я не пьяна, бла, бла, бла…», глаза остаются равнодушными, как льдинки, а взгляд скучающим. Очень неприятно, когда тебе не верят, но так оно и есть. А вот когда напарник… - Малдер, - Скалли почувствовала, как кровь прилила к ее голове. Вторую часть его пламенной речи скрали мысли, навеянные первой. Она и предположить не могла, что Малдер мог наблюдать за ней в такие моменты. Но он был прав, хотя и сейчас, похоже, не предполагал, как велик смысл и как глубока истинная причина его знания, - кажется, ты собирался мне что-то доказать…или рассказать. - Показать Скалли. Уверен, тебе будет интересно, - он улыбнулся и выпустил ее испуганный взгляд из плена своих глаз. Малдер не намеревался смутить её, хотя эта реакция его приятно удивляла. Он знал, что в большинстве случаев Скалли защищала его не столько по необходимости, сколько по инерции и еще по причине, известной только ей и свято оберегаемой от него самого. В любом случае, как бы то ни было, он очень ценил это и любил. - Мне уже не интересно, так как я не верю в это, так что лучше просто расскажи. - Скалли, ты меня обижаешь, честное слово, - на лице Малдера отразилась настоящая печаль, которую он даже не пытался скрыть. Плохой знак. Видимо, он действительно решил, что изобрел по меньшей мере лекарство от рака, а Нобелевскую премию ему давать не собираются. - Я готова поверить, только не раньше и не позже, чем сейчас. А именно, когда я сижу в теплом, сухом, почти уютном кабинете, а не таскаюсь по каким-нибудь лесам и болотам. Расскажи мне свою версию событий. - Что ж, Скалли, только я попрошу тебя не перебивать и дослушать меня до конца. - О’кей, как скажешь, - она подняла ладошки, капитулируя. - На прошлой неделе мы с тобой получили задание…, - начал он с энтузиазмом. - Нет, Малдер, мы его не получали. Ты сам его выпросил... зачем-то. - Какая разница? Я же просил не перебивать! – он звучал уже немного раздраженно. - Прости, продолжай, пожалуйста. - Так вот, на прошлой неделе мы…. я «выпросил» для нас занятное дело, которое, кстати говоря, куда интереснее мышиной возни с отчетами и приятнее геморроя, насиженного на казенной мебели. В небольшом городишке Еллоутаун штата Мичиган пропало несколько подростков – учеников одной из местной школы. Все дети разного возраста, пола, успеваемости, в общем, совершенно ничего общего. Никаких требований о выкупе, шантажа - ничего. Более того, некоторые из них не вернулись из школы, некоторые пропали из собственных комнат. Несмотря на то, что в комнатах был полный разор, а в некоторых случаях выбиты стекла, на первый взгляд все выглядит как похищение. Никаких следов, отпечатков и прочего дактилоскопического добра на месте преступления не обнаружено. Есть следы крови, но все они принадлежат пропавшим детям… - Малдер, это больше похоже на мою версию событий, но ты обещал доказать, что они сами сбежали. - Скалли! - Извини, ну … - Основным подозреваемым по этому делу проходит директор школы, в кабинете которого были обнаружены личные вещи пропавших детей со следами крови. Отпечатков директора на них не обнаружено, как и других, за исключением отпечатков жертвы. Ключи от кабинета имеет только уборщица, (которая, кстати в силу своих физических возможностей не может быть убийцей и у которой железное алиби) ну и сам директор. - Малдер, прости, что снова перебиваю, но это полный бред. Ты, наверное, проспал тот день, когда директор Кроусон подписал признание, что детей похитил именно он. Более того, он категорически отказывается сотрудничать со следствием и не говорит, где они. - Ну, естественно! Потому что он этого не делал, Скалли! Это я и собираюсь тебе доказать, - похоже было, что Малдер начинал выходить из себя. - А что, по-твоему произошло? – как можно непринужденнее поинтересовалась Скалли. - Я думаю, что это хорошо спланированная провокация, и что подростки сейчас скрываются в лесистом пригороде Еллоутауна - Что ж, возможно их тела он спрятал именно там, - она коротко кивнула. - Нет, Скалли, я уверен, что они живы. Все. - Да что с тобой, Малдер? Преступник пойман, он сознался в содеянном. Расколоть его и найти детей – живых или мертвых. Дело времени и местных властей. Это НЕ СЕКРЕТНЫЕ МАТЕРИАЛЫ. Вот она и сказала это. Снова. В такие моменты мысль о том, что Скалли его друг и напарница…да и вообще 156 сантиметров счастья, однажды спустившегося в его подвал – всё уходило на второй план. «Интересно, что со мной будет, если я ее удушу?» - Малдер криво усмехнулся своим мыслям. - Ладно, Скалли, мне кажется этот спор бесполезен. Нам нужно вернуться, - он выдохнул это, заранее зная, что эта идея ей изначально не мила. - Малдер, - только и сказала Скалли после минутного молчания, прикрывая ладонями лицо, - ты опять за своё. - Скалли, никогда не думал, что скажу тебе такое, но для такой умной, красивой и по настоящему профессиональной в своем деле женщины иногда ты чертовски узко мыслишь. - Хмм? – она изумленно посмотрела на него, - не согласна… - Прекрасно! – он снова поймал ее взгляд, - тогда чтобы мы сейчас вели спор на равных, и чтобы хоть как то возместить ущерб моим нервам, предлагаю честное решение для нас двоих – пари.