Гражданка На'Тот отвечает на вопросы

Нет. Мне нужно время, чтобы привыкнуть к новому знакомому, приглядеться к нему. Я не люблю откровенничать с чужаками. Более того, я редко откровенничаю даже с теми, кого могу назвать своими друзьями. Знаю, что не всем нравится такое поведение, но это моя привычка, и я не собираюсь менять ее в ближайшее время. Полагаю, меня можно назвать необщительной даже по меркам моей собственной расы. Но это меня совершенно не беспокоит. У меня всегда было мало друзей. Даже в детстве. Возможно, это было связано с болезнью моего дедушки. Моя семья не хотела предавать это огласке. Поэтому я никогда не приглашала соседских детей, с которыми играла, в наш дом. Впрочем, играла я с ними очень редко, потому что времени на это не хватало. Затворницей я себя не ощущала. Мой кузен На’Ир успешно заменил мне целую банду друзей. Он был моим самым верным другом в детстве. И я надеюсь, что наша связь стала только крепче со временем. Простите, но я не люблю много говорить о себе. Особенно на публике. Поэтому лучше поговорю о другом. Когда я прилетела на «Вавилон 5», то услышала много противоречивых слухов о моем народе, в частности, о нашем отношении к дружбе. Говорили, что нарны очень недоверчивый и корыстный народ, склонный к паранойе и ксенофобии. Что наша дружба основана на взаимной выгоде: «Ты делаешь что-то полезное для меня, а я делаю полезное тебе». Конечно, в этих высказываниях есть доля истины. Но я позволю себе кое-что прояснить. Чтобы понять, что такое дружба для нарнов, вам надо родиться на нашей планете, вырасти в наших традициях, знать нашу историю и понимать нас. «Друг» — не то слово, которое нарн будет произносить всуе. В нашем языке это слово имеет те же корни, что и «брат», «сестра». То есть, друг для нарна — это член его семьи. Любой нарн с радостью отдаст за друга жизнь. Двери его дома всегда будут открыты для друга. Если друг попросит у него что-нибудь, будет сущим святотатством не дать ему это. Семья друга также не останется без защиты, если с ним случится беда. Таков закон. И мы соблюдаем его уже много тысяч лет. Этот закон вступает в силу, как только нарн назовет вас своим другом. Вот почему мы так осторожно присматриваемся к другим, прежде чем произнести это слово. Было бы глупо предлагать такой ценный дар, как нарнская дружба, тому, кто ее недостоин. К тому же, естественно, что мы ожидаем такого же самопожертвования от наших друзей. Не каждый способен выдержать подобную ответственность. Вот почему и ходят слухи о нашей корысти и ксенофобии. В завершении разговора хочу привести забавную поговорку, которую услышала на станции от одного пьяного бракири: «Очень трудно заполучить друга среди нарнов, но еще труднее избавиться от нарна, назвавшего вас своим другом».