3/173

Отдающая по всей поверхности кровати вибрация мобильного телефона с сопутствующим пронзительным раздражающим звуком отвлекла Макисиму от чтения. Длительная продолжительность оповещения явно указывала не на извещение о новом сообщении, кто-то настойчиво ожидал, когда ему наконец ответят. И это был не кто иной как Тодо. Первое время Юске частенько вздрагивал от неожиданных надоедливых СМСок и звонков "нового друга", но с течением временем свыкся. Исчез даже тонкий отпечаток неприязни, замененный едва уловимой ноткой радости. Он взял в руки устройство и легким нажатием на кнопку, принял входящий вызов.       - Ало, Маки-чан! Это я, Тодо! - Послышалась знакомая протяжная интонация с более чем превышенной дозой дружелюбия.       - Йоу, - Рассеяно поприветствовал зеленоволосый.       - Как жизнь, Маки-чан? - Дзинпачи, недавно закончивший прием водных процедур, еще совсем мокрый, но уже вооруженный синенькой раскладушкой.       - Чего тебе? - Велосипедист мысленно настраивал себя на очередной долгий разговор, в котором лидирующая роль принадлежала Тодо. Макисима, как человек вовсе не предпочитающий по своей натуре активное взаимодействие с социумом, добровольно отдавал место инициатора. Однако, иногда он делал исключения.       - Как грубо, Маки-чан. Я беспокоюсь о тебе. Как ты поживаешь? Ты хорошо себя чувствуешь? - Дзинпачи прислонившись спиной к стене, неосознанно начал теребить локон, по обыкновению накручивая его на палец.       - Отлично, я думаю.       - Завтра наконец начнется Летний Турнир, ты должен быть в форме! Мы наконец сведем наши счеты! Я дал первое обещание, Маки-чан!       - Я прекрасно помню. - Третьегодка Сохоку усмехнулся. Тодо в таком же предвкушении, даже более того. - "Последний раз."       - Маки-чан, ты поужинал? Ты должен быть полон сил!       - Угу.       - Ты уже принял душ, Маки-чан? Ты так долго не отвечал мне!       - Боже мой... - 9 неприятных вызовов с разницей приблизительно в 5 минут.       - Ты не забываешь ухаживать за своими волосами? Ты высушил их, Маки-чан? Ты уже надел свой ночной чепец? Спи в тепле. - Тодо медленно сполз по стене и плюхнулся на пол, смотря в потолок.       - Хватит вести себя как моя мамочка! - Его излишняя опека надоедала.       - Маки-чан, какого цвета на тебе нижнее белье?       - Что? - Макисиму ошарашило недоумением, как если бы его только что ударила молния.       - Я пытаюсь выбрать ободок на завтра, я должен быть неотразимым, как самый привлекательный горняк академии Хаконе! Сотни взглядов преданных фанаток будут направлены на меня. Красавец дремлющего леса должен быть во всей своей красе! Чего тебе стоит, Маки-чан!       - Я сейчас повешу трубку, спящая красавица. - Юске поражался тараканам в голове Тодо.       - Эй, Маки-чан! Что ты делаешь?       - Ты снова отвлек меня от книги, - Отозвался Макисима, делая неоднозначный акцент на слово "снова", который остался незамеченным.       - Я так взволнован в преддверии завтрашней гонки! Уверен, как и ты! Я не могу уснуть! Расскажи о чем ты читаешь, Маки-чан?       - Может хватит уже? - Неловкая неуверенная попытка отвязаться от собеседника       - Маки-чан, что ты такое говоришь?! Ты же в таком хорошем настроении! Давай, Маки-чан!       - Ладно... - Горняк приступил медлительно рассказывать, не горя особым желанием. Тодо не особо старался вникнуть в смысл повествования, хотя в целом излагаемая суть абсолютно не являлась значимой информацией. Это послужило обычной уловкой, как хитроумный отвлекающий маневр. Макисима не слишком словоохотлив, но ради Дзинпачи, по собственному желанию иногда переступает через грань своей флегматичной черты. И Тодо знал это. Горняк Хаконе нуждался лишь в безостановочном восприятии голоса своей самой большой фанатки. И хоть время располагало достаточно жестким ограничителем, он полон уверенности, что успеет до дедлайна.       - "Главное не замолкай, Маки-чан!" - Тодо, играясь, энергично поглаживал возбудившийся член сквозь трусы, другой же рукой неизменно придерживал сотовый телефон у уха, томно наслаждаясь речью Маки-чана. Дзинпачи прикрыв веки, тщательно воссоздал в воображении образ Юске, вспоминая его индивидуальный запах с примесью пота, его длинные пышные зеленые волосы с красноватым отливом, невероятно приятные на ощупь по причине каждодневного добросовестного ухода, его смелую ухмылку, не покидающую лица, когда он нацеленно стремится к финишу с одержимостью хищного зверя, его восхитительный паучий танец, во время которого он так сильно наклоняет велосипед. Мысли о Макисиме, порою, неконтролируемо интенсивно переходили из воодушевленной эйфории в сладостный экстаз. Ткань, укрывающая мужское достоинство, стала влажной от предварительных ласк. Тодо, оттягивая вверх резинку от трусов, любопытно оглядывал налившийся кровью набухший половой орган. Горняк судорожно выдохнул и после усмехнулся, по-видимому, глубоко довольный видом вызванной реакцией. Эффектно освободившись от излишнего предмета одежды, ас Хаконе, крепко обхватив свой атрибут сильного пола, принялся дрочить, постепенно ускоряя динамику движений, а увеличив скорость в разы, впоследствии сохранял привычный темп. Азартно скользя взад-вперед сжатой в кулак ладонью по всей области напряженного ствола члена. Тяжело дыша, с сопровождающим чувством нехватки воздуха, временами сладко постанывая от несдержанности удовольствию. Однако, специально стараясь приглушить издаваемые звуки, закусив губу и прикрывая пальцем динамик телефона.       - "Как это делает Маки-чан? О чем он думает, когда мастурбирует? Как же бешено колотится сердце." - Дзинпачи, поминутно придаваясь объятиям грез, мечтал, чтобы Макисима оказался здесь вместе с ним настолько близко, сколь это представлялось возможным,а не на другом конце провода. Фаворит его пошлой фантазии неумело орудовал язычком, непринужденно внося особый шарм первого раза, деликатно разбавленного неловкостью. Тодо, направляя Юске в собственном ритме, бережно придерживал его смущенное лицо.       - "Будь аккуратен с зубками, Маки-чан, это не твое излюбленное мороженое!" - Зеленоволосый сперва облизывал непрерывающимися кругами головку его члена, после перенаправляя действия к выпуклому чувствительному кончику, в дополнение слегка посасывая его. Дремлющего красавца накрыло жаркой волной греховного блаженства, точно в приступе лихорадки - "Аh...Маки-чан!" Макисима, несмело, шире развел ноги Тодо, удерживая за внутреннею сторону бедра. Обнажая обольщенному живому взгляду целостную картину раскрепощенной интимной зоны и предоставляющую в качестве специального предложения большее количество удобств. Юске взял его стоячую плоть в рот, неторопливо полностью заглатывая ее, а затем так же неспешно возвращаясь в исходную позицию, словно измываясь над невыносимой жаждой Тодо, издеваясь над несущей потребностью в сексуальном удовлетворении.       - "Ah, быстрее, Маки-чан!" - Дзинпачи не вытерпев, жадно вцепился Макисиме в волосы, фиксируя мертвой хваткой себя в роли руководителя, насилу подгоняя медлительного подчиненного. Горный паук безропотно подчинился, ибо, исключительно, только одному лишь Тодо известна верная стратегия командных действий, приводящая к желаемому результату. Велосипедист сам податливо умудрялся двигаться навстречу, расплываясь от нарастающего удовольствия. Плавные движения сменялись более резкими и стремительными. В ротике Маки-чана было так влажно и так горячо. Жаркий член, беспрепятственно смазываемый обильной слюной, с каждым разом уменьшая силу трения между соприкасающимися телами и умножая частоту цикличных повторений. Время от времени, правда, делая короткие передышки во избежание рвотного рефлекса, по случайности задевая корень языка. Юске закрывал глаза, очевидно принужденный стыдом, касательно обстоятельств ситуации. Стесняясь относительно взаимного влечения, по-настоящему правдивого ответа собственного Я. Внизу живота приятно заныло, пылая эффектным исступлением. Ему бесспорно нравилось, и Дзинпачи это знал.       - "Посмотри на меня, Маки-чан!" - Жалобно попросил он. Макисима не мог отказать, находясь под влиянием агитации обоюдного порыва, послушно поднимая не безучастный взор на опьяненного страстью Тодо. - "Маки-чан, лед твоих глаз! Маки-чан!" В его очах больше не было обычной невозмутимости, как и привычного ровного спокойствия, равнодушия, не так как прежде. Они принимали Тодо в другой нетипичной манере: с нежной теплотою, одновременно укрывая в тени отражения развратный зов. Дзинпачи всхлипнул, не в силах остановить проступавшие слезы.       - "Хочешь ли ты меня также, как я тебя, Маки-чан?" Любишь ли ты меня также, как я тебя, Маки-чан?"       - Эй, ты там хоть слушаешь? - Небрежно спросил Макисима, заподозрив неладное в притихшем Тодо, что крайне на него не походило, как и игнорирование собеседника. - С тобой там все нормально? Тодо! Горный король достиг грани заветной контрольной точки. Это был пик. Предел.       - Маки-чан! Маки-чан! Маки-чааан... - Неожиданно воскликнул он и так же неожиданно замолк, нервно выдохнув напоследок пред повисшим молчанием. Тодо кончил. Член напряженно вздрогнул, неравномерно брызгая липкой спермой. Излитое под давлением семя помимо рабочей руки, запачкало сырую футболку. Вся воображаемая утопия мимолетно развеялась, подобно сну.       - Дзинпачи?! - Макисима пребывал в легкой форме смятения, держа в уме тот факт, что с его "приятелем" действительно могло что-то негаданно случиться, однако интуиция уверенно шептала ему совершенно не такой расклад событий. Интуиция, которая всегда без исключений оставалась права.       - До встречи, Маки-чан! - Смирно попрощался Тодо, резко обрывая разговор, с громким щелчком захлопнув мобильный телефон, положив его подле себя. Дзинпачи, надменно обозрев произведенную белесую жидкость, как на доказательство высшего блаженства,как на творение жизни посредством наслаждения. Спящий красавец гордо слизнул ее с руки, расплываясь в счастливой улыбке.       - Черт бы тебя побрал, Дзинпачи! - Тихо выругался Макисима, сохраняя самообладание, однако прикрывая лицо, в котором заметно проступил румянец.