Один месяц: новая жизнь.

Hope Sandoval & The Warm Inventions – Charlotte Sparklehorse – Piano Fire

Дорогой дневник,

В моей жизни было много неудач. Слишком много. И каждая из них причиняла мне боль, ломала изнутри, заставляя отступать и сдаваться. Наверное, я слишком слабая, поэтому сразу же переставала бороться, желая найти самые легкие пути отступления. Я упустила много прекрасных моментов, теряя свое драгоценное время на попытки разобраться с самой собой. Мне кажется, настоящие наши враги — это мы сами. Мы, и только мы…

***

Легкий ветерок заставлял трепетать небольшой листок, мучая его своими резкими порывами, будто ждал, когда он сдастся и сорвется с ветки, кружась в безумном танце, прежде чем упасть. Неожиданно упало ещё несколько листьев, а ветер только увеличил свою силу. Раздался гром и резко хлынул дождь. Дерево, листья которого так беспощадно терзал обезумевший ветер, громко треснуло и, надломившись, упало. — Что происходит? — мой голос прозвучал каким-то странным эхом. — Все хорошо, Кесс, — сзади подошел Кол и мягко обнял меня, нежно целуя в шею. — Теперь все будет хорошо. Голос Кола звучал как-то отстраненно, будто с каждым словом он отдалялся. Я перестала чувствовать его прикосновения и задрожала. — Кол? — попыталась обернуться, но что-то мне не позволяло. — Кол? Что происходит? Мои попытки узнать, что находилось за моей спиной, становились все более резкими и частыми, несмотря на некий страх, сковавший мое тело, я не унималась, пока, наконец, не смогла увидеть, что происходит. — Нет, — закричала, видя как лицо Кола превращалось в кровавую маску с пустым, равнодушным выражением. Я пыталась взять его за руку, но неожиданно почувствовала, как земля ушла из-под ног. Ко мне не сразу пришло осознание, что я летела вниз, в темную и неизвестную пропасть. — Кол, — закричала я, хватая руками воздух, а затем неожиданно проснулась. Судорожно вдыхая воздух в ноющие от боли легкие, я схватилась рукой за живот, трогая то место, куда меня ударил несколько раз Кай. С воспоминанием о ране ко мне пришло осознание того, что произошло. Мы были на границе, Кол зашел за границу, а дальше… Я осмотрела место, в котором находилась. Светлые стены, противный пищащий прибор возле небольшой кровати, на которой я лежала, подключенная к этому самому прибору. Какого черта я делаю в больнице? Поднявшись с постели, перед этим отключив себя от всех этих противных штучек, я встала на ноги, правда чуть не упала, но благо удержалась, вовремя схватившись за край тумбочки. Я была одета в одну рубашку, поэтому поежилась, когда от холода мурашки пробежали по коже, заставляя волоски на руках встать дыбом. Как только я вышла из комнаты, то обнаружила сидящих возле моей палаты Джереми, который играл во что-то на небольшой приставке, и Елену, нервно перелистывающую какой-то журнал, но как только она заметила меня, то сразу же подскочила, роняя журнал на пол. — Кесси, — Елена подбежала ко мне и обняла. — Ой, больно же, — ойкнула я, пытаясь вырваться из крепких вампирских объятий. — Прости, — поморщилась моя сестра, вспомнив о моих ранах. Кстати о них, почему я в больнице с ранами, которые уже зашили, а не в своем доме, излеченная вампирской кровью? — А почему я здесь? — Джо сказала, что если мы заживим твои раны нашей кровью, то в Мистик Фоллс её магическое действие может закончиться, — с сожалением произнесла Елена, бережно кладя свою руку на мое плечо. — Кол? — вдруг вспомнила я. Моя сестра вдруг перевела взгляд на Джереми, будто не знала, говорить мне или нет, поэтому искала поддержки у своего брата, что меня напрягло.  — Елена? Что с Колом? — последние два слова дались мне с трудом, так как голос задрожал от мысли о том, что он… — Все в порядке, Кесс, — успокоила меня Елена. — Только произошло кое-что, во что сложно поверить, поэтому лучше увидеть. Недоверчиво посмотрев на сестру, я пошла за ней. Она привела меня в небольшую палату и, опустив глаза, указала рукой на одинокую кровать, стоящую посередине комнаты, а на ней лежал без сознания Кол. — Что с ним? — не понимала я. — Когда он перешел границу, магия начала покидать его тело, и он умирал, — Елена подошла ближе к кровати Кола. — Но Джо вовремя подоспела, конечно, сначала она решила помочь тебе, а потом только Колу, так что он сейчас находится в коме, борется между жизнью и смертью. Я не знала, стоит ли ему давать свою кровь, потому решать тебе, — она вздохнула. Я не могла понять, о чем она говорит, пока до меня не дошла одна мысль, которую я так долго боялась озвучить: — Он… он человек? — я пораженно посмотрела на свою сестру, которая согласно улыбнулась. — Тогда не может быть и речи, конечно же, ты должна дать ему свою кровь. Если он умрет, я не знаю, что буду делать. Моя сестра посмотрела на меня долгим изучающим взглядом, будто не решаясь сказать мне что-то. — Что? — не выдержала я. — Говори! Елена отвела взгляд и вздохнула. — Кол один из самых древних вампиров, боюсь, что человеческая жизнь может не показаться ему прекрасной. Он привык ни в чем себе не отказывать, быть сильным и опасным. Я просто не представляю, что может для него быть лучше, чтобы он смог этим пожертвовать. И как только он очнется с вампирской кровью в организме, он может сразу же… Я понимала к чему она ведет, понимала, что вряд ли он откажется от его прошлой жизни ради… ради меня. — В любом случае, не нам решать, кем ему быть. Я знаю только, что он должен жить, — все, что смогла произнести я. — Он спас меня, Елена.  — Хорошо, — она согласно покачала головой. — Я сделаю это.

***

Мистик Фоллс всегда был моим родным домом. Это место, где я родилась и выросла, где я счастливо провела свою жизнь до того, как потеряла родителей, это место, где я пыталась умереть, где я впервые влюбилась и даже сошла с ума… И это место, где я переродилась. Я думала, что застряла в этом маленьком загадочном городке, ведь раз за разом он засасывал меня, заставляя возвращаться сюда снова и снова, но ведь все случается не просто так. Погода была прекрасной, несмотря на то, что на дворе был октябрь. Деревья полностью покрылись золотыми листьями, хоть и часть из них уже давно украсила землю, а солнце заставляло их ещё ярче блестеть, при этом лаская жителей небольшого пригорода Бирмингема своими теплыми лучами. Хочу сразу сказать, что после тех событий, я уехала из Мистик Фоллс, решив, что все-таки хочу спокойной жизни. Приключение — это весело, но не тогда, когда страдают твои близкие и ты. Елена лично настояла на том, чтобы я и Джереми уехали, так как хоть кто-то из нас должен прекратить «проклятие» Гилбертов и прожить свою жизнь без вампиров, ведьм и всякой мистики. Мы с Джереми решили, что все-таки жить рядом безопаснее, чем разлетаться в разные стороны. У Елены остались братья Сальваторе и все друзья, а мы с Джером все, что у нас есть. Моя сестра вылечила тогда раны Кола. Но вот ему было сложно свыкнуться со своей новой ролью. Он не мог смириться с тем, что больше не мог защищать меня как прежде, что он не имел своих сверхъестественных способностей. Он больше не мог сам лечить свои раны, не мог внушать, двигаться с невероятной скоростью, иметь нечеловеческую силу с неуязвимостью и бессмертием. Кол был подавлен и разбит, но обратиться не решался, так как такой шанс стать человеком — редкость, поэтому он хоть и ненавидел это, но ценил. Я хотела его уговорить остаться со мной, воспользоваться таким шансом на счастливую человеческую жизнь, но не смогла. Не смогла лишать его права выбора, ведь это была его жизнь. Мы решили временно расстаться, чтобы он смог разобраться в себе, поэтому он уехал в Новый Орлеан, к своим родным, и я его не винила. Это был слишком серьезный шаг. Я не хотела, чтобы он потом жалел о своем поспешном решении. В любом случае, я и Джереми переехали на другой континент, а именно в Англию, в крупный, но уютный город под названием Бирмингем. Наивно, но мы подумали, что, возможно, здесь не будет всей это мистики, ведь на это просто нет времени. В этом городе всегда солнечно, в нем множество уютных кафе и просторных парков, а про местные университеты и колледжи можно рассказывать очень долго. Джереми поступил в школу искусств, решив, что последний год обучения он хочет потратить на то, что ему действительно интересно. Я же не знала, чего мне хочется, поэтому лишь спокойно наслаждалась последними деньками лета, гуляя в парке с новой собакой, которую Джер подобрал возле своей новой школы, кстати, мой кот Клося принял мою новую любимицу по имени Керри. Почему-то я сразу знала, что они полюбят друг друга. А потом случилось то, чего я так сильно ждала, но не хотела себе признаваться. Приехал Кол. Ему не было составило большого труда найти меня, ведь я, на всякий случай, если он передумает, оставила ему свои данные в надежде на его приезд. И он вернулся. Кол посоветовался со своей семьей и решил воспользоваться таким редким шансом на настоящее человеческое счастье. Он не стал обращаться, решив, что его чувства и желание провести всю свою недолгую, по сравнению с вампирским бессмертием, жизнь со мной. — Я не смог прожить без тебя и два года, — однажды признался Кол, лежа вместе со мной на диване перед небольшим камином, помню, тогда ещё шел сильный дождь, и крепко обнимая меня. — Вряд ли я смогу вытерпеть целую вечность. Эти слова расставили все точки, развеяв любые сомнения по поводу того, что он мог жалеть о своем выборе. В любом случае, мы были счастливы. Кол, несмотря на материальную поддержку со стороны семьи, все-таки решил вместе со мной поступить в Бирмингемский университет. Он, к моему удивлению, выбрал медицину, признавшись, что это всегда его интересовало. Я же выбрала факультет «социальных наук», решив, что меня всегда привлекала философия и психология жизни и людей. Возможно, в будущем, я смогу кому-то помочь, ведь таким опытом, как у меня, вряд ли сможет похвастаться хоть один психолог. Сейчас я допиваю свой горячий кофе в стаканчике, пытаясь попутно согреть хоть чуть-чуть руки. Да, на улице светит солнце и не так уж и холодно, особенно, если бегать с собакой, так как это делает сейчас Кол. Удивительно, какую гармонию нашли между собой мой парень и мои питомцы. Мы похожи на небольшую семью. Но больше удивляет, что Кол нашел общий язык даже с Джереми, хоть поначалу они друг друга не переносили, но похоже, что ради меня, Майклсон готов на любые жертвы. Хотя я совру, если скажу, что он выглядит несчастным.

***

— Сколько можно писать? Ты сейчас руки себе отморозишь, — подбежал ко мне запыхавшийся Кол. Так непривычно видеть на его лице легкий румянец и слышать его тяжелое дыхание. — Ну так согрей меня, — усмехнулась я, откладывая тетрадь вместе с кофе. Кол улыбнулся и неожиданно взял мою холодную руку в свою, поднимая меня со скамейки. Он так быстро поднял меня на руки, что я сначала не поняла, что он делает, а затем закрутил, заставляя меня вскрикнуть от неожиданности, а после звонко рассмеяться. Несмотря на отсутствие "сверхспособностей", он все ещё мог спокойно поднять меня, будто я ничего не вешу. — Ну же, отпусти меня, — я улыбнулась, глядя на любимое лицо. — Никогда, — он по-мальчишечьи хитро улыбнулся, а затем побежал, вырывая из моих уст такое нетипичное для меня девчачье визжание. Кэрри побежала за нами, то и дело обгоняя и пытаясь запрыгнуть на Кола. Я лишь весело засмеялась, наблюдая за слегка раздраженным, но игривым лицом Кола. Моя защитница. Нет, мои защитники.

Мой милый дневник,

Я никогда ещё не была так счастлива и спокойна. Больше нет секретов, тайн и тревог. Все, наконец, встало на свои места. И я благодарю всех Богов за то, что прямо сейчас я жива, дышу и нахожусь здесь. Да, в жизни бывают свои трудности, преграды и моменты, когда ты не понимаешь ради чего жить. И стоит ли вообще хоть что-то такая жизнь? Почему кому-то всё, а кому-то нужно бороться каждый день, чтобы побыть хоть на секунду счастливым? Теперь я знаю ответ. Жизнь стоит того, чтобы мучиться, плакать, переживать одни и те же проблемы по сотни раз, но каждый день вставать и наслаждаться любым прожитым моментом. Когда-то я хотела избавиться от такого прекрасного дара, хотела прекратить борьбу и покончить с этим раз и навсегда. И как же я была не права. Нет ничего легкого в том, чтобы стать счастливым. Это стоит большого труда, упорства и борьбы. Порой приходится пройти множество препятствий, чтобы дойти до финиша. В любом случае, нельзя сдаваться, нельзя опускать руки. В этой жизни нет победителей, есть лишь те, кто смог дойти до конца и прийти к своему собственному «хэппи-энду».