Я хочу жить, всем врагам на зло!!!

В этой больнице утро тоже началось внезапно, со стука в мои «личные апартаменты». «Господином Стуком» оказался сотрудник милиции. Как ни странно и его взгляд мне показался до боли знакомым. Такое ощущение, что меня окружает пара – тройка близнецов разных профессий, медсестра не в счёт, конечно. Кроме того, я ещё не видела своего «друга». Вот будет хохма, если и он похож на всех предыдущих! Тогда меня надо будет определять в другую больницу, где излечивают душевные болезни. А пока мне предстоит честная и задушевная беседа с представителем органов правопорядка. Валерий Валерьевич, старший лейтенант, представившись, сразу же приступил к заполнению протокола. А так как я уже большенькая девочка, и знаю, что надо говорить правду и только правду, я всё честно рассказала, что и было «с моих слов записано, верно». Лейтенант покинул меня так быстро, что я даже не успела очаровать его своей неприкрытой никакой одеждой, кроме простыни, наготой. Жаль, неплохая партия для девушки без имени, без племени. Ну да, ладно. Главное сейчас, поскорее встать на ноги. А там уж можно начать сезон охоты в полную загрузку. На сегодня у меня была запланирована беседа с лечащим по поводу моей нижней части тела. Что – то тут не так. А пока погоняю машинки по трекам, благо в этом компьютере море всяких игр. Да, конечно такое изобретение как компьютер, сильно разнообразило мои первые часы пребывания в клинике. В клинике ли, вот в чём вопрос. Но пока я не встану на ноги, мне будет достаточно сложно ответить на этот вопрос, а персонал, я смотрю, не особенно стремится помочь мне в его решении. Что же здесь происходит? Что мне делать? Почему никто не пришёл ко мне из нашего рекламного агентства «Эдельвейс»? Вроде бы мы находимся не в горах, и спускаться с высоты птичьего полёта совсем нет необходимости. Хотя я, по всей видимости, уже научилась летать. Пусть ещё плохо, но со временем быстро идущий или низко летящий автомобиль не будет составлять для меня большой опасности, в плане, несовместимой с жизнью травматизации. Однако, странно, что никто из моих сослуживцев не соизволил проведать свою «самую лучшую» сотрудницу, которая можно сказать, лежит при смерти, но её воспалённый мозг продолжает приносить пользу людям в виде разработанных под воздействием сильнодействующих препаратов рекламных проспектов, буклетов и т.д. и т.п. Неужели так сложно обзвонить больницы города? Всё это конечно смешно, если бы не было так грустно. Сколько я тут проваляюсь, интересно? Можно было бы и дома так лежать, но там некому присмотреть за умирающей в полном расцвете сил молодой девушкой. А ведь доктор мог бы предложить такой вариант, и не предложил. Ну, зачем я им тут нужна, только койку занимаю, да и хлопот со мной не оберёшься. Вот придёт Владислав Сергеевич, и я спрошу у него про возможность домашнего лазарета. Там никто не будет врываться ко мне, когда я сплю и пользоваться моей незащищённостью. Хотя придётся идти на поклон к соседке, Агафье Федосеевне, нудной старушке, но без её помощи я сгину в одночасье. Да, а как идти то, ноги то не ходят, и даже не слушаются. Где шляется, этот светила науки хирургии и травматологии? У меня к нему миллион вопросов, и он в раз почувствует себя «миллионером». День идёт, скоро обед, а я так и не поговорила с врачом. Не судьба, что ли?