Голос, в который ты до безумия влюблен

Когда ты влюбляешься до беспамятства, до того, что каждый день просто мука для тебя, когда ты не можешь нормально уснуть, понимая, что никогда не прикоснешься к Нему, и не можешь проснуться, чтобы не возненавидеть себя за эту любовь, которая отравляет тебе жизнь, которая ест тебя изнутри и выжигает все внутри черным огнем, ты хочешь убить себя? От этого никому лучше не станет, потому что ты никому не нужен. Ты тень, ты призрак, ты тот, кому дают указания, ты тот, кто беспрекословно выполняет все, что ему скажут. Тебя не хватятся, если ты умрешь, если твой пульс перестанет отбивать свои восемьдесят в минуту, тебя просто заменят такой же безвольной собачкой, которая будет на поводке у своего хозяина. Ты жалок, но тебе за это платят. И ты готов работать даже бесплатно, лишь бы слышать Его, того, кто дает тебе распоряжения, даже не видясь с тобой. Это голос сверху, который ты ослепленно любишь. Ты глуп, но ты полностью принадлежишь этому голосу, который слышишь в трубке телефона, когда тебе дают новый приказ. Ты режешь себя, господи, тебе самому не смешно? Но ты просто ничего не можешь поделать с собой, тебе нужно на что-то переключиться, тебе нужно просто найти более сильный раздражитель, чтобы заменить этот голос, который уже врезался в твою память, словно раскаленное железо оставив там свои следы. Ты даже готов на смерть, чтобы заглушить вой, заглушить свои же собственные стоны, когда ты сидишь в своей убогой квартирке и дрочишь на этот голос, записанный на диктофон. Да, ты уже изловчился сделать и это. Когда ты потерял себя, а? Когда ты стал таким? Ты хочешь Его. Безмерно, безгранично, исступлённо хочешь Его, чтобы наконец понять, как сладок на вкус этот голос. Ровный и спокойный, в моменты злости срывающийся на высокие нотки. Ты кончаешь, когда Его голос рвется ввысь. Если бы у тебя были хотя бы полторы минуты наедине с ним, с этим голосом во плоти, ты бы просто сошел с ума, до боли во всем теле трахая Его так, чтобы Он понял, как это больно – любить того, чей голос отдает тебе приказы. Но у тебя больше нет сил терпеть это, твои шрамы, на которых так много соли уже не успокаивают тебя, твои слезы, твои гребанные слезы, которые ты пролил, забившись под койку, потому что в очередной раз голос был тобой недоволен, уже не выходят из тебя. Ты готов на все, ради того, чтобы эта любовь умерла в тебе, чтобы ты просто сдох вместе с ней. И ты идешь на это, завязывая петлю на толстой веревке. Твои движения отточены, ты уже много раз инсценировал самоубийство, твои руки не дрожат, ты уже не боишься, твое дыхание ровно, твой пульс ритмичен. Несколько секунд уходит на то, чтобы закончить идеальный узел, и ты встаешь, спокойно, уверенно, ты медленно подходишь к трубе, висящей под потолком, которую раньше использовал как турник. Мгновение и затягивается новый узел, который станет последним в твоей жизни, последним узлом, который ты завязал, так глупо. Ты встаешь на стул и надеваешь на шею петлю, закрывая глаза. Сколько раз ты думал об этом моменте? Сколько раз ты говорил себе, что Он того не стоит? Сколько раз ты отдергивал себя? Сколько, скажи? А теперь ты просто смирился с тем, что ты жалкое и слабое существо, способное повесится в собственном коридоре, думая о самом любимом голосе, которому на тебя наплевать. Может быть, Он даже не вспомнит твоего имени через неделю, а может и на следующий день. Может, Он даже не вспомнит, что ты умер, собираясь отдать новый приказ. Какая ему разница, кто будет делать грязную работу? Ты заменяем, милый. Ты сглатываешь, чувствуя, как оплетает тебя своими сетями страх, как он проникает в твои поры, как он закупоривает твое сознание, но ты уже принял решение, ты просто ждешь, когда твои мысли перестанут сочиться как фонтан, когда ты хоть на мгновение забудешь о Нем, о человеке, который довел тебя до такого, - слишком много чести, еще умирать с желание прикоснуться к призраку. Секунда, другая, ты глубоко вдыхаешь, будто это поможет, и уже заносишь ногу для того, чтобы раз и навсегда покончить с желанием, которое бьется внутри загнанной птицей, но тишину отточенным лезвием прорезает голос. Его голос. Ты думаешь, что уже сошел с ума, или уже умер, но тебя обхватывают сильные руки, не давая тебе упасть. Голос внизу что-то говорит, что-то без остановки, и ты думаешь, что у тебя поехала крыша, и улыбаешься, ты смеешься. С твоей шеи соскальзывает веревка, ты вдыхаешь полной грудью, хотя даже не успел почувствовать, что задыхаешься, а твое лицо покрывают поцелуями, и голос… Этот голос что-то шепчет. - Ты чокнутый, господи, ты совсем больной… Поцелуи, они везде, словно тебя одновременно целует тысяча человек, но на самом деле Он только один, один единственный, чуть не сошедший с ума, потому что на камере наблюдения увидел тебя, завязывающего в узел свою судьбу, один единственный, кто бросился в твою затхлую квартирку сломя голову, расталкивая на своем пути всех охранников и водителей, всех своих «собачек». Один единственный, чей голос ты боготворишь. А ты все смеешься, пытаясь ухватить ускользающие от тебя руки, потому что они постоянно пытаются обнять тебя, постоянно проверяют твою шею, проверяют пульс и ощупывают лицо. У тебя получается вернуться в реальность из этого сладкого кошмара и ты видишь лицо, которое всегда видел в своих снах, которое видел засыпая и просыпаясь, которое ты так любишь. Он опять что-то говорит, и это уже не уверенный в себе, холодный голос, который ты привык слышать из динамика, а дрожащий и осипший, который сейчас смешивается с биением твоего сердца, и оглушает тебя. - Себастьян, ты слышишь, что я говорю тебе? - Я люблю тебя, - выдыхаешь ты, не в силах больше ничего сказать или сделать, потому что он слишком близко, слишком рядом. Его полные непонятных чувств черные глаза впиваются в тебя, говоря все, что надо без слов. И ты все понимаешь ,потому что ты всегда понимал, всегда знал все, что ему от тебя нужно по одним лишь ноткам в голосе. Но теперь тебе не нужен даже он, голос, в который ты до безумия влюблен, тебе нужен только взгляд . Хотя, кого ты обманываешь, ты без Него больше никогда не сможешь…