Глубоко.

      Никто не понял саму суть сказанного. Послышались лишь легкие усмешки в мой адрес. Костров с Яной куда отошли. Антон и Оля о чем-то спорили, а Кислый что-то шепнул Владе на ухо и сказал: - Ну, ты же когда-нибудь вернешься,- улыбнулся.       Его улыбка пропала, когда он посмотрел на меня. Меня его радость и на мгновение не посетила. Я упала на стул. По-моему никто и, правда, ничего не понял. Повисла тишина. Все оторвались от своих дел и ждали моего ответа. - Юль, ты чего молчишь то?- спросил Антипов, сведя брови.       Я шумно выдохнула. В горле образовался комок, и говорить стало еще труднее. Я набралась храбрости, но потеряла ее в тот же момент, когда посмотрела в глаза Щукину. В них было столько сожаления, столько нежности, но в то же время решимости и твердости. Я опять залипла в его глазах. Оторваться от них было сложно, но выбора не было. Если я сейчас все не объясню, Токарева, сидящая рядом, в меня бы что-то запустила. - Ребят, в общем, такое дело,- я запнулась, кроме вводных слов ничего не лезло,- Я уезжаю в Москву. Навсегда.       Я, наконец-то, спокойно выдохнула. Спокойно, но, к сожалению, ненадолго. Повалилась масса вопросов о том, зачем, почему, и что мне не нравится здесь. Да все нравится, все. Но я устала быть здесь, я хочу домой в Москву. К маме, к папе, к сестре. Я хочу сменить обстановку. Полгода назад я приехала за этим сюда и этого достаточно. А теперь я хочу вернуться. Только, как мне это все объяснить остальным? - Так, Князева,- Токарева встала в позу «руки в боки»,- Если ты мне сейчас все не объяснишь, я в тебя чем-нибудь запущу!       О, началось. Угрозы, психи. - Влад, успокойся и сядь. Не хочет говорить, не надо. Значит, время еще не пришло,- совершенно серьезно сказал Кисляк.       Он говорил это с таким лицом, что мне показалось, будто он скрывает свои переживания. Брат за меня заступился. Это было очень приятно.       Влада села. Она явно не ожидала такого поворота событий. Никто не ожидал. Я провела взглядом по всем присутствующим. Костров сидел, обнимая Яну, Антипов Олю. Алина сидела, прижавшись к Мише, Бакин вообще куда- то ушел. Никто не говорил ни слова. Взгляд упал на Андрея с Владой. Они сидели, держась за руки. А я ведь когда-то не верила в их отношения. Эта была моя ошибка. Они сломали все, что мешало их счастью, и это достойно уважения. Я смотрела на Кислого и улыбалась. Он очень изменился, стал на много серьезней и, кажется, правда, полюбил.       Я долго наблюдала за ними, пока не смутилась от пристального взгляда Щукина. Я не хотела смотреть в его глаза. Вообще не хотела его видеть. Было тяжело чувствовать всеобщее напряжение. Мне стало стыдно. - Ребят, ну, чего вы раскисли то?- я поднялась со своего места,- Я же не умираю. Сегодня вообще легендарный день! «Медведи» попали в Молодежку! Извините, что подпортила вам праздник, но, если бы я уехала, не сказав ни слова, вы бы расстроились больше.       Я посмотрела на каждого. Мои слова, кажется, на них ни как не повлияли. Черт. Вот, я идиотка. Такой день парням испортила. Я заметила, как у Яны на глазах выступили слезы. Е-мае, теперь еще тяжелее будет. - Так, ну-ка, отставить слезы,- вмешался Андрей,- Хватит траур устраивать. Действительно, мы теперь в Молодежке, а, значит, дальше будет что-то новое.       Кислый подошел ко мне. - А сегодня, Кзязева устраивает прощальную вечеринку.       Я посмотрела на Андрея и хотела сказать, что ничего я устраивать не буду и вообще не люблю проводы, но Андрей мне и слова сказать не дал. - Ждем всех в 19:00 у нас дома,- Кислый собрал много не понимающих взглядов,- Ну, у меня дома, в смысле.       Я усмехнулась. Послышались довольные возгласы. Ладно, вечеринка, значит, вечеринка. Выбора у меня все равно нет.       Все начали расходиться. Я не заметила, как Влада и Андрей уже куда- то ушли. Ну, замечательно, бросили меня тут. Я зашагала в сторону выхода из «Ледового». Ища в сумке плеер с наушниками, я резко остановилась. Да, правы были люди, кто сказали, что сама женщина не знает, сколько всего есть в ее сумочке. Вот! Наконец-то, пропажа найдена. Я всунула наушники в уши и направилась по направлению дома. Мне показалось, что меня кто-то завет, я обернулась. Черт, лучше бы я не делала этого. Ко мне приближался Щукин собственной персоной. Вот, кого мне хотелось видеть меньше всего, так это Егора. Мои чувства к нему не прошли окончательно, а его взгляды в мою сторону очень меня напрягали.       Егор в два шага оказался рядом со мной. Чего, спрашивается, звал, он же любит пугать меня неожиданностью. - Чего хотел?- резко спросила я, подавляя желание сказать ему все, что накипело.       Егор внимательно меня разглядывал. Я хмыкнула и направилась вперед. Вообще-то это он меня звал, мне его разговоры не нужны. - Ну, подожди,- я услышала его голос, но останавливаться не планировала.       Он резко взял меня за руку. М-да, где-то я это уже видела. Сейчас схватит меня за руку, прижмет к себе и начнет говорить о том, что я из-за себя что-то строю. Ничего нового. Хоть бы тактику сменил, Щукин. - Давай без рук,- резко убрала я свою руку и отошла от Егора.       Его присутствие меня не радовало. Меня к нему тянуло, да, но я не хотела с ним ничего иметь. Все давно выяснено, и разговаривать снова не было желания. - Скажи, зачем ты уезжаешь?- он шел рядом.       О, супер вопрос. Сегодня же его ни разу никто не задавал. Во мне кипела злость, вперемешку с сарказмом. - По-моему, я отвечала,- бросила я. - Ты думаешь, я поверю в этот бред про смену обстановки?- он ухмыльнулся.       Вообще не бред. Так и есть. - Не верь,- я спокойно ответила,- Я не обязана перед тобой оправдываться.       Я прибавила шаг. - Да, подожди ты,- он опять схватил меня за руку,- Давай поговорим.       Все, накипело. Молчать я больше не могла. - Да, убери ты руки! О чем мы поговорим, а? Мы все уже обсудили. Я не хочу объяснять кому-либо причину своего отъезда, ясно? Если об этом не знает Влада, то ты об этом не узнаешь точно. Я не хочу иметь с тобой ничего общего. И перестань за мной ходить.       Я направилась вперед, опять не давая шанс ему ответить. Не хотела его слушать, и видеть тоже. Слишком больно он мне сделал, чтобы я рассказывала о своих личных переживаниях.       Мне показалось, что я рванула с места со скоростью света, однако сильные руки успели меня остановить. Я не хотела оборачиваться. Эти руки я бы узнала из тысячи. Они так по-свойски легли на мою талию, что у меня дыхание перехватило. Так хотелось его простить, но гордость перевешивала. Глупая черта характера - гордость. - А меня ты выслушать не хочешь?- вопрос явно был риторическим, и, не услышав возражений, Щука продолжил, - Если ты уезжаешь из-за меня- это глупо, Юль. У нас с Касаткиной все в прошлом, понимаешь ты или нет? Вот, скажи мне, ты была рада меня видеть на игре?       Я закатила глаза. Это мы уже проходили. - Егор, это…- меня перебили. - Рада или нет?- его тон становился грубым и громким.       Я выдохнула. - Ну, допустим, дальше что?- я сложила руки на груди.       Щукин подошел вплотную ко мне. Я сделала шаг назад. - Это же все меняет,- он потянулся к губам. Ну, уж нет. Второй раз я на это не куплюсь. - Это ничего не меняет, ясно?- сказала я ему в губы и поспешила удалиться. Догонять меня он не стал, но я чувствовала, что разговор не закончен…